Ночь огня
Шрифт:
Вы не должны выходить замуж. Подождите Бэзила, он любит Вас больше, чем солнце, так же сильно, как Вы любите его и как я люблю Бога.
Аннализа.
Гэбриел поднялся, услышав, как резко она вдохнула. Его раскосые глаза сверкали как у кота.
– С тобой все хорошо?
Кассандра аккуратно сложила письмо и спрятала его за корсаж, поближе к сердцу.
– Да, – ответила она, – мне очень хорошо.
Эпилог
Англия
Осень 1788 года
Как и каждым вечером этой долгой осени, Кассандра сидела в одиночестве в отгороженном саду. Над ее головой трепетали оранжевые, желтые и красные листья, такие же листья ковром устилали землю. Кассандра сидела за железным столом, выкрашенным белой краской. На столе громоздились кипы бумаг. Она сосредоточенно писала, передавая цветистую итальянскую речь Боккаччо таким же цветистым английским языком. Это был прекрасный октябрьский денек, расцвеченный красками осени. Кассандра написала: «День десятый, в который рассказываются истории о тех, кто был великодушен или щедр в любви и других делах». Она невольно улыбнулась.
Перевод был почти готов, а с помощью влиятельного мецената Кассандра сумела возбудить к нему интерес издателя, согласившегося издать перевод, выполненный женщиной. Кассандра хотела опубликовать его под собственным именем.
Она не позволила себе уделять много внимания тому, как публика может воспринять ее работу. Кто-то станет возмущаться, кто-то смеяться над переводом, потому что это не женское дело, некоторые скажут, что она отклонилась от стандартов, которые они же установят, будут и другие критики, все выступления которых можно будет свести к тому, что Кассандра сделала перевод не так, как это сделали бы они.
Но все-таки ей хватило смелости сделать это, рискуя подвергнуться осмеянию за искренность и честность. Эту смелость придали ей Бэзил и Аннализа.
По солнцу пробежало облако, и, как будто вызванный внезапной нехваткой света, по саду пронесся ветер, сбивая листья вокруг ствола дерева и ножек стола. Вскрикнув, Кассандра удержала листы, над которыми работала. Пора возвращаться в дом, но она оттягивала этот момент.
– Тебе помочь?
Услышав голос брата, Кассандра вздрогнула. Джулиан, разрумянившийся от осеннего воздуха, протянул руку к камню, придерживавшему ее заметки.
– Спасибо, становится ветрено, к сожалению, мне придется зайти в дом.
– Все равно я пришел, чтобы отвлечь тебя от этой скучной работы, – сказал он, собирая чернильницу и стопу исписанных листов. – Ты давно не показывалась в обществе, все спрашивают о тебе.
Кассандра нахмурилась, но ответила только тогда, когда они зашли внутрь. Она положила вещи на загроможденный стол и покачала головой:
– Спасибо, Джулиан, но мне не хочется заниматься светскими сплетнями. Все эти люди слишком любопытны и болтливы.
– Какой язык! – насмешливо прокомментировал он и усмехнулся.
– Что это с вами сегодня, сэр? Вы такой же озорной, как Гэбриел. Я что, превратилась в предмет насмешек?
Он тихонько рассмеялся и вынул у нее из руки перо.
– Просто у меня для тебя сюрприз. Надень самое красивое платье и идем со мной. Ни слова более.
Она наклонила голову, улыбаясь озорному блеску его глаз. Кассандра вспомнила, что должен был приехать известный фехтовальщик, приглашенный для поединка с королем, и, может быть, Гэбриел будет с ним состязаться на публике. Или, может быть, предстояла какая-то вечеринка, которая должна ей понравиться.
– Ну хорошо, – ответила она. – Стоит посмотреть на то, что вызвало твою улыбку. Я скоро вернусь.
Джоан торопливо помогла Кассандре одеться в ее любимое платье из зеленой парчи и причесаться. Надевая капюшон, чтобы не простыть на холодном ветру, Кассандра устремилась обратно вниз. Джулиан помог ей сесть в ожидавшую их карету в тот момент, когда небо окрасилось в розовый цвет заката.
– Не намек ли это на то, чем мы занимаемся? – спросила она.
– Нет.
Он похлопал ее по руке, и ее сердце неожиданно сжалось от какого-то предчувствия.
Когда карета остановилась, Кассандра нахмурилась:
– Кофейная лавка? Это, случайно, не любимое место Гэбриела?
– Оно самое.
К тому же там было полно народу. Сквозь раскрытое окно она увидела, что внутри целая толпа – мужчины в камзолах и шляпах, стоявшие плечом к плечу.
– Да нас тут раздавят!
Гэбриел; явно ожидавший их приезда, появился в дверях, вытянув руку и помогая им пробраться вперед. Он весь сиял от возбуждения.
– Скорее! Уже началось!
– Что началось?
– Просто идем со мной.
Он потянул ее в гущу разгоряченной разношерстной толпы.
Из-за дыма и темноты Кассандра не видела почти ничего, а что и можно было бы увидеть, было закрыто плечами, многие из которых находились на уровне ее глаз или даже выше. Когда они вошли, раздались одобрительный гул и аплодисменты, а Гэбриел воспользовался этим внезапным порывом, чтобы пробраться сквозь толпу. Джулиан шел за ними, издавая аромат специй и чего-то сладкого. Кассандра с удовольствием вдыхала этот аромат в толпе. Какой-то человек отступил назад и наступил ей на ногу, Кассандра вздрогнула, с каждым мгновением она расстраивалась все больше и больше. Она остановилась.
– Джулиан! Это правда…
Он лишь подтолкнул ее. В этот момент Гэбриел взял сестру под руку и пропихнул сквозь толпу, собравшуюся вокруг стола, на котором стоял человек с пачкой листов в руках.
Почувствовав, что у нее кружится голова, Кассандра остановилась, закрыла глаза и снова открыла их.
Бэзил не исчез. Элегантный хвостик на затылке лишь немного пригладил его непослушные локоны. Он был красив, словно древнее изваяние, его длинные ноги и мужественные плечи понравились ей сейчас гораздо больше, чем тогда, когда она увидела его в первый раз. Когда он заметил ее, его глаза засияли. Она приложила руку к бешено бившемуся сердцу и услышала, как все в зале замерли в ожидании, едва он улыбнулся, поднял лист бумаги и начал читать веселым голосом: