Ночь Серебра
Шрифт:
С хворью своей Славка справилась довольно скоро: ещё не минула седмица, а она уже встала на ноги, и всё снова пошло своим чередом: она хлопотала по дому, помогала Айдару, рана которого почти совсем затянулась, училась у дедушки управлять Светом. Теперь у неё выходило куда как лучше: Свет понемногу начинал подчиняться ей, слушаться. Она уже легко могла удерживать его в руках, могла приказать ему принести ей какую-либо вещь: экспериментировала и с листочками, и с веточками, и с клинком, и даже с одёжкой. Когда застудилась после долгого урока, создала лучик Света и велела принесли пуховый платок. Ярико долго смеялся и говорил, что этак она ничего сама делать не станет. Славка не обиделась, посмеялась над его шуткой и сказала, что скорее Тьма соединится со Светом, чем она станет так вести себя…
Астра исчезла и из леса, и из деревеньки, уже почти целая луна минула, а о ней поселяне не слыхали. Правда, без неё стало куда как спокойнее, тише: и хвори никакие не налетали, и скот ни у кого не косило, и даже сама природа без неё была будто бы добрее. Стояли солнечные деньки, по ночам прихватывал небольшой морозец, река замёрзла, загорские ребятишки бегали на берег играть в снежки, в салочки. Как-то в снежень-месяц в лесную избушку старого ведуна заглянули Всемир и Велена: кузнец поинтересовался, не надобно ли чем помочь, а невеста упросила его взять её с собою, как-никак, по брату стосковалась, да и со Славкой они стали за минувшее время подругами…
Ярико нашёл дело: в доме не худо было бы подлатать крышу, он частых дождей и снегопадов она кое-где совсем прохудилась, и в сенях, и в верхних горницах здорово сквозило. Велена и Славка ушли в избу и занялись рукоделием — Славка и сама давно собиралась украсить алой вышивкой белые холщовые занавески. Всемир и Ярико оделись потеплее, отыскали доски, гвозди и забрались на крышу. С высоты избы в два пола хорошо было видно окрестности: зима в этот солнцеворот выдалась на редкость красивая, такая, как и нужно: посеребрённые инеем пушистые деревья, низкое небо, затянутое светло-серыми облаками, под ногами — чистый снежок, покрытый хрустящей корочкой скользкого наста.
— Слушай, — голос кузнеца вдруг вырвал юношу из задумчивости, — ты на меня не серчаешь ли?
— За что? — искренне удивился Ярико. Всемир смутился, пожал плечами.
— За то, что к сестрёнке твоей посватался… Она ведь у тебя одна в целом свете осталась, а я…
— Да брось, — усмехнулся Ярико, поглядел вдаль, прищурившись от чистой, сверкающей белизны. — Ничего против не имею… Только об одном тебя прошу, — он вдруг посерьёзнел, обернулся, взглянул в глаза Всемиру, — береги её. Коли любишь, береги. Она ведь девчонка такая…
Всемир улыбнулся в ответ и серьёзно кивнул.
— Только вот тебе теперь одному оставаться, — добавил он со вздохом.
— Отчего? Не один… Будь Славка на весну-другую постарше, я бы тоже…
Вдруг снизу раздался знакомый весёлый голосок:
— Я всё слышу! Обедать ступайте, бесстыдники!
Шли дни. Славка понемногу набиралась опыта, теперь задания дедушки у неё получалось выполнять уже быстрее и лучше, да и сил она тратить стала гораздо меньше. Свет был ей послушен, только одно ей всё никак не удавалось сделать: пользоваться им, как оружием, чтобы он мог действовать отдельно от её рук. И ещё об одном жалела она: как ни старалась, не получалось у неё снова создать из Света живую птичку, как тогда, в горнице у Свартрейна… Быть может, это была простая случайность? Но тогда так здорово вышло…
Айдар к концу зимы и вовсе оправился, встал на ноги, и ничто не напоминало о его ране, он ходил по избе, по двору, даже не хромая, помогал старику-ведуну по хозяйству, даже крылечко старое да расшатанное от времени переделал. Славка и дедушка Любим предлагали ему остаться, но он, хоть и был благодарен им за всё, отказался.
— Как же я останусь-то? Жена моя, Надёжа, поди, стосковалась, уж половина солнцеворота минула, а я к ней воротиться обещал, — в очередной раз вздохнул он, разведя руками, на предложение старого ведуна пожить в его избе ещё немного, до тепла.
— А пошто ты уходил-то? — поинтересовалась Славка. — Не просто же так к князю в дружину пошёл?
— Да веришь ли, — Айдар даже усмехнулся неловко, — думал тоже эти руны поискать. Сам, мыслил, не справлюсь, пропаду, а княже как раз искал их, вот я и подумал, что не худо было бы с ним вместе, тем более, что мы с ним дружны были когда-то…
— Сколько горя людям это всё принесло! — Славка печально вздохнула, ни на кого не глядя. — И дались им эти легенды, эта слава, которой, быть может, и не было вовсе!..
Айдар мог только подивиться тому, как мудро рассуждает эта маленькая девчонка, которая и жизни-то толком не видала, а уж говорит, как совсем взрослая.
— Кто её ведает, — отозвался он. — Может, и не было… Только молва понапрасну врать не станет. Да чёрт с ними, с этими рунами, — Айдар вздохнул, задумчиво поскрёб в затылке, — мне земное дороже, а они — так, легенда. То, что вы их собрали, ещё не означает, что вам удастся их сохранить.
— Не говори так! — воскликнул Ярико, незаметно вошедший в горницу и доселе слушавший их молча. — Не за тем мы их искали, чтобы потерять теперь.
Айдар поднялся, развёл руками.
— Ну, стало быть, удачи вам, ребятки. А мне пора. Неправ я был, когда за славой погнался.
С этими словами он улыбнулся, кивнул на прощание, подмигнул растерявшейся Славке и направился к выходу. У крыльца попрощался с дедушкой Любимом, поклонился в пояс да и пошёл со двора. Когда его высокая фигура скрылась среди деревьев, Славка даже вздохнула грустно, проводив его взглядом.
— Что случилось? — Ярико подошёл к ней, приобнял её за плечи. Она молча пожала плечами: а как иначе объяснить то чувство, когда прощаешься с человеком, с которым за минувшее время успеваешь сдружиться…
А меж тем пришла тёплая весна, отпели-отзвенели первые капели, тепло согрело и разбудило древний лес. Сосны, ели, дубы и берёзки распушились, потянулись к солнышку, пробудились первоцветы, а звенящая зимняя тишина сменилась пением птичьим да звоном насекомых… Оглянуться не успели — уже и лето неслышной поступью прокралось на подворье, приласкалось золотистыми солнечными лучами, пушистым котом свернулось на ступенях, блаженно щуря золотистые глазки… Славка и Ярико не замечали, как шло-летело время, забот было много. Всемир и Велена готовились к свадьбе, и девушка всё печалилась, что брат и подружка не увидят этого празднества, не придут в деревню — им ведь там появляться и так нельзя, а ещё и после того, что Ярико на княжьем дворе устроил, и вовсе невозможно…