Чтение онлайн

А у нее вряд ли будет другая возможность встретить сексуального француза.

Подождав, пока американка скроется за углом, Филипп направился к стойке администратора. Сидящая за ней хрупкая молодая женщина узнала его и тут же выпрямила спину.

– Я могу чем-нибудь вам помочь? – спросила она.

От его взгляда не ускользнул ни блеск ее глаз, ни игривый жест, которым она откинула назад каштановые волосы.

– Да, – ответил он. – Я подумал, что вы могли бы оказать мне услугу. Американка, мадемуазель Браун…

– О чем бы он ни попросил, Николь, ответ будет отрицательным. – Крупный пожилой мужчина с седыми волосами и грубыми чертами лица внезапно вышел из кабинета за стойкой и положил свою большую ладонь на плечо Николь. Это был Ив Сен-Дюмон, управляющий отелем. – Этот отель не место для развлечений, Филипп. Если хочешь кадрить женщин, делай это в другом месте.

– Ты меня обижаешь, Ив. Неужели ты думаешь, что, если я бы захотел соблазнить гостью, я не смог бы обойтись без помощи персонала? – Он подмигнул Николь, и та покраснела, подтвердив его правоту.

– Тогда что тебе нужно?

Ему нужно развлечься, прежде чем его снова надолго затянет рутина.

– Уже август, – ответил он.

Выражение лица Ива тут же смягчилось.

– Je suis desole [5] . Я не подумал. Я потерял ощущение времени.

– Я тоже.

О том, что лето заканчивается, ему, как всегда, напомнил календарь.

Ему было одновременно и смешно и грустно. Каждый год он давал себе слово, что в этом году нарушит установленный порядок, но, очевидно, он был мазохистом, если всякий раз возвращался сюда на время сбора урожая. Разве мог он этого не делать, когда участие в сборе урожая было традицией семьи д’Юсей? Он последний представитель семьи, и кроме него ее больше некому соблюдать.

Филипп заставил себя улыбнуться:

– Не беспокойся. Скоро я отсюда уеду и больше не буду тебе мешать.

Ему осталось продержаться еще несколько недель. Когда наступит сентябрь, тоска пройдет и он вернется в свою квартиру в Арле.

– Почему тебя так заинтересовала мадемуазель Браун? Она определенно не твой тип.

– Не мой, – согласился Филипп.

Он привык иметь дело с искушенными женщинами, которые предпочитали все самое дорогое и были не способны надолго на чем-то сосредоточиться. Рыжеволосая Дженна Браун в шортах, на которых были изображены маленькие киты, была полной противоположностью таких женщин. Возможно, именно по этой причине он и заметил ее в тот момент, когда вышел на террасу. Она расстроилась из-за того, что не смогла себя сфотографировать. Филипп нашел отсутствие у нее этого навыка привлекательным. Очевидно, она не из тех, кто по нескольку раз в день делает селфи и размещает фото в соцсетях. Также ему понравился ее острый ум и сдержанный юмор. Она определенно поможет ему отвлечься от того, что его тревожит.

– Тем не менее я нахожу ее весьма интересной и с удовольствием проведу с ней больше времени.

– Значит, ты уже провел с ней время. Почему бы тебе просто не пригласить ее на ужин? Подожди-ка… – Глаза Ива расширились. – Только не говори, что она тебе отказала.

– Она предложила поужинать в другой раз, – ответил Филипп.

В глазах Дженны явно читался интерес, но она почему-то сказала «нет». Он не помнил, когда в последний раз женщина ему отказывала. Он осознавал, что был хорош собой, но отдавал себе отчет в том, что женщин главным образом привлекала его фамилия. Мадемуазель Браун не знала, кто он, и это было большим плюсом. Он заинтересовал ее как человек, и это было для него в новинку.

– Вот поэтому мне и нужна помощь Николь, – сказал Филипп. – Она поможет мне подготовиться к этой встрече.

По его спине пробежала дрожь возбуждения. Он не мог дождаться, когда снова увидит Дженну Браун.

Из-за яркого солнца и сильных цветочных ароматов у Дженны разболелась голова. Ей нужна была таблетка и стакан воды. Она надеялась, что, если попросит аспирин по-английски, ее поймут.

Итак, второй день ее путешествия не задался.

Вчера она так и не поужинала. Она крепко уснула вскоре после того, как вернулась в свой номер, и проснулась рано утром. По совету Филиппа она записалась на экскурсию по шато д’Юсей. Спускаясь по лестнице, она надеялась, что встретит в вестибюле Филиппа, но единственным человеком, которого она увидела, была девушка по имени Николь, сидящая за стойкой.

Интересно, пригласил ли Филипп кого-то на ужин после того, как они вчера попрощались? Представив его с длинноногой француженкой, она почувствовала раздражение, и ее это удивило. Она не должна думать о мужчине, которого едва знает. Филипп, несмотря на его красивые глаза, не должен быть исключением.

Впрочем, она была ему благодарна за совет. Экскурсия на самом деле оказалась интересной. Она началась с посещения оранжереи, где Дженна и другие экскурсанты узнали, какие бывают разновидности лаванды и как их используют. Дженна узнала, что семья д’Юсей всегда выращивала лаванду узколистную, или настоящую, а не более популярный лавандин [6] .

– Из лавандина получается больше масла, – объяснила гид. – У семьи д’Юсей есть участок земли в нескольких километрах отсюда, где они собирают большую часть своего урожая. Однако здесь, в шато д’Юсей, они продолжают выращивать лаванду узколистную, как делали всегда. Она имеет очень короткий вегетационный период и намного меньший выход эфирного масла, но качество масла того стоит.

Дженна опустилась на корточки, чтобы сфотографировать изящный фиолетово-синий цветок.

После осмотра лавандового поля, во время которого экскурсанты узнали о климате и сельском хозяйстве Прованса и вдоволь нафотографировались, группа направилась в шато. Последней частью экскурсии должно было стать посещение сувенирной лавки, где можно было приобрести продукцию из лаванды.

На поле у Дженны начала болеть голова. Как назло, у женщины-гида был очень высокий голос, который превращался в писк, когда она хотела подчеркнуть что-то важное. Дженна поняла, что не выдержит экскурсию до конца, если не примет болеутоляющее.

Когда группа вошла в отделанный мрамором холл шато, который был настоящим спасением от жары, несколько человек облегченно вздохнули.

Экскурсовод указала на большую картину внизу лестницы:

– На этом портрете изображены Симон и Антуанетта д’Юсей, которые построили шато после Первой мировой войны. Оно считается одним из лучших образцов архитектуры французского неоренессанса. Мне жаль, сэр, но эта лестница закрыта для посторонних, – обратилась она к одному из туристов, который подошел слишком близко к мраморному канату, загораживающему проход. – Эта лестница ведет на частную территорию владельцев шато.