Чтение онлайн

Проститутка. Попробуй, вышвырни! Что сидишь?

Дочь прокурора. Хочу и сижу! Я у себя дома!

Проститутка. Тебе велели сидеть, поэтому ты сидишь!

Дочь прокурора. И тебе велели сидеть!

Проститутка. А я могу встать!

Дочь прокурора. Тогда сразу ляжешь!

Вор. Если вы не умолкнете обе, я вас свяжу и заткну вам рты! Что за идиотки мне навязались?

Кашляет. Дочь прокурора, понаблюдав за ним, начинает плакать.

Проститутка. Ты-то чего расхныкалась, мелюзга? Тебе-то какое дело? Радуйся жизни.

Дочь прокурора. Нету у меня жизни!

Проститутка. Нету у неё жизни… Сколько же денег ты отдаёшь, что так убиваешься?

Дочь прокурора. Нету у меня денег!

Проститутка. То есть как – нету? Ты же им говорила по телефону: мол, приходите, если милиции не боитесь – деньги, типа, вас ждут!

Дочь прокурора. Я им это сказала, потому что я знала: пока милиция здесь, они не придут сюда за деньгами!

Проститутка. Вот это номер! А у тебя не возникла мысль, что милиция может в любой момент сняться с якоря? Ты решила, что мусора свили здесь гнездо, как птички-синички?

Дочь прокурора. Да мне было на всё плевать! Я шла сюда вскрывать вены! Подхожу, вижу – толпа милиции с автоматами. Вхожу – Будда валяется на полу. Меня осенило – он хочет этим что-то сказать! Ведь иначе-то он сказать ничего не может! Я поняла – пока есть за что уцепиться, надо цепляться, Терять-то всё равно нечего! Было ровно двенадцать. Как раз в двенадцать я должна была им звонить. Позвонила. Я , если честно, понятия не имела, что буду делать, когда менты уйдут из подъезда! То есть, конечно, знала… Но я об этом не думала! Я смотрела на Будду!

Проститутка. (сделав глоток ликёра) А что они грозят с тобой …

Вор. (перебивая) А почему ты к своему папе не обратилась?

Дочь прокурора. С ума сошёл? Если я ему расскажу об этом позоре, с ним тут же будет инфаркт! Да он и не сможет противодействовать этим людям. его начальник – ихний холуй! Я бы даже сказала – питбультерьер.

Проститутка. Гм! Ни этого ли питбультерьера я в позапрошлый четверг на цепи водила вокруг его стокомнатной конуры на Рублёво-Успенском шоссе?

Вор. Ты что-нибудь о них знаешь от третьих лиц?

Дочь прокурора. Знаю, что у них – связи в надзорных органах.

Проститутка. А милиции испугались?

Дочь прокурора. Да, потому что верхушка московского ГУВД сменилась на днях, а с новой они ещё не успели контакт наладить.

Проститутка. Всё ясно. Пошли их куда подальше!

Дочь прокурора. Иди ты, блин… ещё дальше! (резко встаёт )

Вор. Ты куда собралась?

Дочь прокурора. На кухню.

Проститутка. Я ничего сегодня ещё не ела!

Дочь прокурора. Сейчас сварю тебе геркулес с вареньем. (уходит)

Вор. (сев на диван) Кто тебя просил в разговор соваться?

Проститутка. А что, нельзя?

Вор. Могла бы заметить, что ты её раздражаешь!

Проститутка. Неудивительно!

Вор. Почему?

Проститутка. Она на тебя запала!

Вор. Конечно, больше ей думать не о чем!

Проститутка. А чего ты перед ней стелешься?

Вор. Потому что только она сможет нам помочь отсюда убраться.

Проститутка. Ты что-то путаешь. Ей, наоборот, нужно, чтоб мы торчали здесь до второго пришествия!

Входит дочь прокурора с открытой бутылкой пива. Садится на диван рядом с вором. Пьёт.

Проститутка. Ты не куришь?

Дочь прокурора. Нет, не курю. Мой папа…

Проститутка. Всё ясно!

Вор. (дочери прокурора). Что милиционеры тебе сказали?

Дочь прокурора. Что террористка в подъезде прячется. Попросили позволить им осмотреть квартиру. Я отказала. Они отстали, когда убедились, что дверь была на все три замка заперта.

Вор. (проститутке) Ты у нас террористка!

Проститутка. Так я об этом и говорила! Пырнуть ножом старого козла, чтоб он прекратил тебя убивать – это , несомненно, террористический акт. А сказать ему, что он – мразь протухшая, да и все они там такие – это раскрытие государственной тайны! Никто не знает ведь, что в Госдуме сидят козлы тупорылые!

Звонок в дверь. Все вскакивают. Немедленно раздаётся второй звонок, более продолжительный. Вор и дочь прокурора идут в прихожую.

Дочь прокурора. Кто там?

Голос за дверью. Милиция! У вас всё в порядке?

Дочь прокурора. Да, всё в порядке.

Проститутка снова садится и пьёт ликёр.

Дочь прокурора. (в прихожей, тихо) Музон включу.

Вор возвращается, садится на диван.

Проститутка. (задрав ноги и поставив их пятками на колени вору) Чего ты так долго там с ней стоял-то?

Вор. (раздражённо) Быстро совокупляются только кошки!