Ночной народ
Шрифт:
– Психи чертовы!
– Эйкерман нервно сжал трубку.
Сообщение разозлило его - но не удивило. Худшие подозрения сбывались - только и всего...
– Дейкер!
– крикнул капитан.
Задремавший было в кресле психиатр дернулся и вскочил.
– Да, сэр?
– Я думаю, нам надо поехать туда...
Эйкерман не стал уточнять, куда именно, - это было бы излишним. Буквально весь участок уже знал, что следующий серьезный выезд может быть только в Мидиан.
Несколько удивил Дейкера другой поступок капитана: лишившись материалистической базы, Эйкерман тотчас впал в другую крайность и самолично поспешил в одну из камер предварительного заключения, чтобы пригласить с собой священника.
Разумеется, такое решение энтузиазма у доктора не вызвало, но и возражать он не стал. Его ли была вина, что полицейские мало отличались от большинства тупых обывателей? Во всяком случае, эти делали хоть какое-то полезное дело, и, значит, пока их можно было оставить в покое и заняться худшими представителями человеческой породы.
– Ну что, преподобный?
– загремел с порога голос Эйкермана, заставляя Гиббса уронить на пол Евангелие.
– Ты нам нужен позарез...
Дейкер заглянул в комнату и удивленно приподнял бровь: священника он представлял совсем не таким. Конечно, доктор понимал, что хорошего священника (вне зависимости от вероисповедания) современная полиция не станет запирать в кутузку (сам Дейкер пересажал бы их без колебаний), но этот экземпляр показался ему особенно жалким. Совсем молодой, но уже красноносый, с дрожащими руками, грязный, Гиббс вызывал у него отвращение.
– Он похож на пьяницу!
– удивленно произнес Дейкер.
Эйкерман в ответ только хмыкнул.
– Да он и есть пьяница, - сообщил он и снова повернулся к испуганному Гиббсу.
– Слушай, сукин сын, ты ведь не хочешь пропустить Судный день?
Гиббс растерянно вытаращил глаза. Он не мог понять, шутит ли капитан и если шутит - то зачем?
– Апокалипсис?
– неуверенно переспросил он.
– Сегодня?
Вопрос прозвучал довольно жалко.
Эйкерман снова хмыкнул.
– Ладно. Мы отправляемся в Мидиан, - снизошел он до объяснений. Возьмите Библию, кресты и все, что вы берете в таких случаях.
– Лицо капитана посерьезнело - теперь уже ясно было, что речь идет не о розыгрыше.
– Лучше, чтобы Бог был на нашей стороне... ведь правда?
Гиббс послушно закивал.
Как бы там ни было, о Мидиане и нечистых делах, с ним связанных, он был уже наслышан...
54
Все произошло настолько быстро, что Глория не успела ничего ни объяснить, ни возразить. Примчалась толпа, все затопали, кто-то начал ее жалеть, чтобы секунду спустя забыть о ее существовании. Затем девушка осталась одна.
Увезли Буна. Убрали трупы. Привели в порядок залитую кровью комнату. О ней никто и не вспомнил.
Глория ожидала, что ее начнут расспрашивать, что ей придется давать и подписывать показания; она уже заранее сочинила защитительную речь - но полицейские уехали, так ни о чем ее и не спросив. Наконец, Глория ожидала, что они хотя бы запишут ее адрес, чтобы потом вызвать в суд, - но даже эта формальность показалась им излишней. Мнение одной девушки, к тому же подруги арестованного, никого не интересовало.
Честно говоря, Глории еще повезло: у Эйкермана хватило бы ума прихватить ее с собой в качестве сообщницы, и она вполне могла бы познакомиться со всеми "прелестями" здешней тюремной жизни. По счастью, инспектор Джойс успел рассказать бравому капитану о ее существовании и приблизительной роли в этой истории. Так что в качестве подозреваемой Глория была неперспективна, а в качестве свидетеля - неудобна.
Поняв, что расспрашивать ее не собираются, и придя в себя после затяжного плача, Глория решила отправиться в полицейский участок сама.
...Внешне его здание выглядело весьма мирно и заурядно - как большинство местных строений, - и это несколько успокоило девушку. Как-то нелегко было представить этот двухэтажный белый домик в качестве мрачного застенка...
Глория остановилась на тротуаре напротив дворика, где в ряд стояли полицейские машины.
Во дворе суетились - по неопытности Глория не могла понять, что это не является нормой для полиции. Бегали одетые в форму люди, многие из них таскали с собой ящики с боеприпасами. Человек, сведущий в военном деле, наверняка подумал бы, что здесь готовятся к сражению.
Эйкерман пропустил вперед в арсенал Дейкера. У капитана была собрана неплохая коллекция оружия, и он ею очень гордился. Вот и сейчас он вдохновенно рассказывал доктору о своих достижениях.
– Если власть попробуют захватить коммунисты или психи или начнется третья мировая война, мы будем наготове. Я специально так воспитываю людей...
Глаза капитана гордо блестели. Дейкер был готов зауважать его в этот момент: ему показалось, что в Эйкермане можно найти единомышленника.
Всего этого Глория, разумеется, не слышала. Она смотрела на возню рассаживающихся по машинам полицейских и думала о том, как там поживает Эрон, приличные ли условия в камере, есть ли у него соседи, и если есть, как они отнесутся к дорогому ей человеку...
Вдруг ее глаза расширились, и все относительно благополучные мысли разом вылетели из ее головы.
На пороге в сопровождении капитана возник Дейкер.
Убийца Дейкер! Он был на свободе, и, похоже, полицейские прислушивались к его мнению. Так неужели Эрон снова был арестован именно по его инициативе?
Глория в этом не сомневалась. И еще не сомневалась в том, что если Дейкер тут, Эрону сейчас ой как не сладко!
55
Охранник прошелся по коридору. Ему было скучно. За исключением дежурного, с которым он не слишком-то ладил, с момента общей тревоги ему было не с кем перекинуться и словечком. К тому же у него забрали "клоуна" Гиббса - главное развлечение. Правда, оставался еще Бун, но избивать его в одиночку охраннику было боязно: уж слишком странные разговорчики вел после его посещения доктор. Так недолго нарваться и на неприятность. И все же больше разговаривать ему было не с кем. И после некоторого раздумья полицейский подошел к двери, больше похожей на дверцу сейфа.
– Эй, ты!
– крикнул он, постучав в нее.
– Мы нашли твоих друзей!
Бун молчал. Охранник поморщился: он ожидал по меньшей мере вспышки возмущения.
– Мы их поджарим, - после недолгой паузы добавил он.
– Как и тебя!
И снова ответа не последовало. Охранник в сердцах пнул запертую дверь и поплелся по коридору...
В этот момент одна за другой начали отъезжать машины. Глория невеселым взглядом наблюдала, как пустеет полицейский двор. Наконец въезд в него перекрыли, и девушка решила перейти к главному входу, тем более что возле него затормозил автомобиль-развалюха довольно странного вида...
56
Если Томлин был обижен тем, что капитан не взял его с собой на охоту, то Холт был этому обстоятельству даже рад. "Пусть рискуют холостяки-одиночки", - считал он. Вообще-то Холт не собирался задерживаться в полиции долго - как только его жена родила в четвертый раз, он начал присматривать себе другое место. Но вот беда: никто не торопился предоставлять ему хорошо оплачиваемые должности и Холту оставалось только ждать и мечтать, попутно под любым предлогом уклоняясь от наиболее опасных заданий. С той поры, как власть в участке захватил Эйкерман, это было вроде и нетрудно: набранные бравым капитаном ребята сами рвались в бой, но, с другой стороны, Холт теперь ежедневно рисковал вылететь с работы без выходного пособия, если Эйкерман заподозрит его в недостатке рвения.