Чтение онлайн

— Да ладно. Подождём. — тут же её ответ: «Не дождёшься».

В этот раз всё прошло без дёрганий — попривык уже:

— Ну ты даёшь! А словами сказать не можешь? — опять: «Конечно же нет. Речь подразумевается, когда в лёгких воздух».

— Прикольно… А процессы в организме? Как? Побоку? — и снова она: «А никак. Они же не сами по себе». — поджав нижнюю губу, с лукавым и испытующим взглядом, одновременно.

А я ловлю себя на том, что это я, ни с того и ни с сего, начинаю задыхаться, вместо неё:

— Слушай. Хватит. Убедительно. Я сейчас посинею. — и она тут же усмехается, а значит уже и дышит, а дух перевожу я. — Фу. Ну и… Фу.

Коротко засмеявшись, она меня приободряет:

— Ничего, сейчас восстановишься. Кстати, ты тоже так умеешь, вернее… это и твоё тоже. Пару раз попробуешь и связи восстановятся.

К своему немалому удивлению, я здорово задохнулся пока переживал её вые… выкрутасы. Третий раз глубоко вдохнув, резко выдыхаю. Она же откидывается на спинку стула и коротко, пальчиками отстукивает дробь по столешнице:

— Правда, есть одно но… — дышит ровно, даже и не видно как, нормально, одним словом.

Вдруг чувствую в себе опустошённость — сразу всем. И сквозь своё какое-то ватное, потустороннее состояние слышу, как она продолжает говорить: «В таком режиме, эмоции сильно беднеют». А мне приходится признать, что она меня не переиграла. Она же спохватывается, всплеснув ладошками: «Ой, да что там, совсем на нет сходят. Поэтому таким образом, мы общаемся только меж собой». Она и не думала меня каким-то образом обыгрывать или как-то ещё. Конечно нет. «Знаешь и все без исключения любят обыкновенную речь». Она, что — не смогла бы настоять на своём? Да смогла бы. Запросто. Просто мою зашоренность, вернее мою неготовность, вот так скажем, она понимает гораздо лучше, чем я. «И лично мне, вообще-то, очень нравится жить и пользоваться всем тем, что система предоставляет». — эти слова она произносит с вполне заметной хитрецой во взгляде и выходит так, что играл-то я сам с собой и в одни ворота, то есть в свои.

Вообще-то я и не в обиде. А вот перекраивать самого себя действительно надо — это необходимость. И, причём, жёсткая.

— Ладно, не буду тебя больше дразнить. — поднимает пальчик вверх, и это я слышу, и вижу уже здесь. — Но только без дискуссий. Зачем выяснять или уяснять то, что для тебя естественно и что ты просто постигнешь.

Помедлив, а потом вздохнув, начинает тоном школьной учительницы начальных классов:

— Время, расстояние, скорость, старение… — многозначительный взгляд, подчёркивающий значение того, что мне предстоит услышать. — Этого всего, мой друг, как самостоятельных категорий, не существует. Более того, на чём твой ясный взор задержался, вот то оно и есть. Иными словами… — опять пауза и опять со значением во взгляде. — Система реагирует в соответствии с легендой… И с индивидуальной, то есть твоей легендой, в частности. — я тут же вспоминаю свою мантру, перед дверью. — А отсюда вывод простой, какая ж смерть, если мы сама система и есть.

— Сколько ж вас? — вопрос вылетает непроизвольно, переварить-то я, всё равно ничего не успеваю.

— Нас… Хм. — усмехается, качнув головой. — Много и имя нам совсем не легион. Семь миллиардов. Мм? Ну может быть чуть больше. — и опять усмехается, видя моё недоумение.

— Смеёшься, да?

— Совсем немножко. Извини. — машет ладошкой. — Но я, не такую уж и неправду сказала и, кстати, ты тому одно из подтверждений. — тут же, отрицая, качает головой в ответ на мою попытку вставить вопрос. — Про тебя позже и ни в двух словах. А в существовании системы участвуют все. Возможности разные. И с нашим уровнем… — большим пальцем указывает на себя, а указательным на этой же ладошке, на меня, — нас не так много, всего лишь сто четыре. Но, кстати, небесных офисов у нас нет, как впрочем и подвалов с цепями, и огненных ям тоже. И… всё. На этом закончим обсуждение. Кот Шрёдингера или… Ахиллес и черепаха, это ни про нас.

Говорит об этом спокойным тоном, безо всякого нажима и безо всякого желания в чём-то меня убедить — как бы между прочим, будто бы обыденность описывает, словно напоминает мне о чём-то, давно мне известном.

— Мм-гм. — соглашаюсь, оставив попытку выяснять о самом себе. — Ну, тогда… раз и кофе в чашках.

— Нет. — взглядом обозначает мой статус двоечника. — Для того-то это всё и создано, чтобы эти категории… и были в качестве инструмента. Мм-гм? Чтобы чередой всё шло. Причина и следствие, расстояние и время. Жизнь, одним словом. А ты сразу кнопку хочешь, нажал и game over.

Аккуратно, кончиками пальцев взяв свою чашку за ручку и скосив глаза на поверхность, и чуть выпятив губы потихоньку на неё дует. И я тоже пытаюсь остудить свой:

— И значит кофе твой, это…

— Совсем и не фокус. Хотя такое, может сделать и фокусник.

Подрагивая губами, опасаясь обжечься прикасаясь к краям, немного отпивает и ставит чашку на стол:

— Моих будешь?

Тут же протягиваю свою ладонь:

— Будешь.

Процесс доставания из сумочки ужеприкуренных сигарет. Затяжка под глоток. Отрешённое наблюдение за плавным движением сигаретного дыма в кухонную вытяжку. Всё это даёт возможность собраться мыслям:

— Ну лады… Система, эт понятно…

— Ой, ли?!

— Нет но… Вообще-то более менее да. Сам же давеча передвигался, чуть ли не на месте стоял. Но ты же… — и тут я непроизвольно спотыкаюсь, тема-то деликатная. — Ну в конце-то концов, ты же… — набираюсь духу и выдаю. — Ну не робот же, из конца в конец!

Затягивается и выдохнув тонкую дымную струйку вверх, наклоняется над столом. Подвигается лицом и втягивает трепещущими ноздрями кофейный аромат, и блаженно прикрыв веки, теперь уже выдаёт она:

— Стопроцентная женщина. — продолжает наставительным тоном. — И рожаю, как и все, от мужской спермы, раздвинув ноги и на столе. И ору тоже, как и все бабы в этом мире. Знаешь, может быть я и повторюсь, но мне это нравится. И ещё… — совсем коротенько вздохнув. — Бесплодных ангелов, впрочем, как и… плодных, не наблюдала. Да и, коль к слову, рая с адом тоже.

Замолкает. Но я выжидательно, настырно сверлю её взглядом:

— Мм-гм. Настаиваешь? — кивнув головой. — Ну хорошо.

Я подбираюсь на стуле, а она отстраняется от стола:

— Концепт-референты личностного конструкта. — кивком в мою сторону подтверждает сказанное и продолжает. — Анализ социального концепта. Плюс, когнитивности. Плюс, когнитивного диссонанса и определение тенденций.

Ещё раз, придвинувшись лицом и прикрыв веки, трепещущимися крылышками носа вдыхает кофейный аромат и с укором кивнув в мою сторону, продолжает:

— И, естественно, восстановление причинно-следственных связей. Ну и, конечно же, фиксация события. — совсем чуть отпивает кофе. — Или событий, в корреляции с реализацией потоковой реальности. — замолкает, медленно опуская чашку на стол и внимательно наблюдая за моей реакцией…