Чтение онлайн

Алек тряхнул головой:

— Хорошо. Спросим Джинни, когда она проснется.

— Я не сплю… кажется.

— Мама, как ты себя чувствуешь?

Холли соскочила с колен отца и подошла к кровати. Маленькая ладошка легонько погладила Джинни по щеке.

— Прекрасно, дорогая. Но твой отец уже выбрал имя. Мы все решили, пока я рожала в том коттедже. Скажи ей, Алек.

— Джеймс Девениш Николас Сент-Джон Каррик. Холли широко распахнула изумленные глаза. Джинни, рассмеявшись, взяла девочку за руку.

— Он вырастет и станет достойным такого длинного имени. И кроме того, папа тверд в своем решении, как скала. Придется исполнить его каприз, а пока будем называть твоего братца просто Дев.

— Дев, — медленно протянула Холли. — Мне это нравится. Можно мне пойти посмотреть на него сейчас?

— Конечно, — кивнул Алек. — Только, если любишь меня, постарайся его не будить. У него слишком сильные легкие, чтобы я мог выдерживать эти вопли больше двух минут.

Дождавшись, пока за девочкой закроется дверь, Алек лег возле жены.

— Никакого выпирающего живота, — задумчиво заметил он.

— Благодарение Господу, — зевнула Джинни.

— Ты тоже рада?

— Конечно. Такого умелого мужчину неплохо иметь рядом, особенно когда дама готова произвести на свет младенца.

Джинни заметила, как нервно забилась жилка на шее Алека, а сам он сморщился:

— Поверь, я едва не лишился последнего разума!

— К счастью, временно. Миссис Макграфф сказала, что дня через два приедут Берк и Ариель.

— Да. Ариель изъявила желание посетить тебя, пока ты будешь возлежать в постели, принимая окрестных дам.

Джинни засмеялась, если хриплый звук, вырвавшийся из сорванного горла, можно было назвать смехом.

— Тише, мадам.

Он натянул на себя одеяло и осторожно обнял Джинни:

— Давай еще подремлем. Господь милостивый видит, я заслужил это, а поскольку ты всего-навсего слабая женщина, Господь милостивый простит, если ты уснешь без всякой причины.

— Ты великолепен, Алек, хотя мне и хочется огреть тебя чем-нибудь по голове.

— Знаю, — согласился Алек, целуя жену в щеку.

— И потом, за последние три месяца я заработала немало денег. Мои эскизы клипера превосходны, так что я вскоре совсем разбогатею.

Алек, улыбнувшись, прижался губами к ее виску.

— К чему ты вдруг об этом вспомнила?

— Только хотела намекнуть, как я великолепно умею вести дела. И кроме того, теперь я еще и мать. Знай же, перед тобой очень талантливая…

— Девица. Безудержная и самозабвенная… по крайней мере была раньше. Интересно, сможешь ты снова стать такой или все потеряно?

Джинни хотелось засмеяться, но усталость была слишком велика. Зато она чувствовала, как ей тепло и уютно, как греет сердце и душу ослепительное счастье. И как прекрасна жизнь.

— Возможно, — пробормотала она, уткнувшись в плечо мужа, — Очень вероятно.

— Я буду считать дни, — заверил Алек. — Но жаловаться не собираюсь. Стану заботиться о сыне и дочери, потороплю рабочих, чтобы поскорее закончили конюшню, и даже попробую стать приличным наездником, хотя, конечно, никогда не смогу сравниться с Найтом или Берком.

— Нет, Алек, давай лучше путешествовать. Дождемся, когда придет «Найт дансер», и уплывем далеко-далеко. Я хочу посмотреть обезьянок на Гибралтаре. И познакомиться с губернатором. Как его зовут?

И неожиданно Алек почувствовал, как от ее слов закипела кровь. Море. Да, он хотел вновь ощутить раскачивающуюся палубу под ногами. Конечно, можно вполне обойтись без проклятых мартышек, но раз Джинни хочет их увидеть, тогда…

Джинни заснула.

Алек поцеловал жену в висок и закрыл глаза, представив всех четверых, все семейство Карриков, на баркентине, идущей в Гибралтар. И он сможет показать Джинни и Северную Африку, и, наверное, им удастся добраться до Греции. Ах, Санторини летом… нет на земле места прекраснее…