Чтение онлайн

Вздохнув, король удалился в кабинет, чтобы написать приказ об освобождении лорда де Уайлда. Он по-хорошему завидовал Киту – ведь его возлюбленная готова была пожертвовать всем, чтобы спасти его от казни! Едва ли хоть одна из многочисленных королевских любовниц испытывает к нему такие же чувства. Все они клянутся в вечной любви – и думают только о своей выгоде. Правда, королева любит его – но ее тихая, страдальческая любовь не приносит радости. Рядом с ней королю тяжело и неловко, он постоянно чувствует себя виноватым за то, что не хочет – и не может – менять свою жизнелюбивую натуру.

Вдруг кто-то гулко заколотил в дверь. Король поднял брови: его кабинет был для подчиненных святилищем, и никто не смел появляться у его дверей без приглашения.

– Что такое? – раздраженно спросил король.

Дверь отворилась, и на пороге появился взъерошенный, раскрасневшийся Вильям Чиффинч.

– Сэр, к вам гонец из Тауэра! – сообщил он.

– Из Тауэра? Отлично. Он отнесет туда приказ об освобождении лорда де Уайлда.

– Но сообщение как раз касается лорда де Уайлда! – воскликнул Чиффинч.

– Да? Что же произошло? – поторопил его Карл. По спине его вдруг пробежал холодок. – Надеюсь, он не умер?

– Нет, государь; по крайней мере, это маловероятно.

– Маловероятно?! Да что там происходит, черт побери?

– Сегодня утром стража обнаружила, что лорд де Уайлд сбежал.

– Сбежал! – вскричал король.

– Да, государь, бежал из Тауэра!

Потрясенный, король рухнул в кресло. Почему, черт возьми, де Уайлд не подождал всего несколько часов? Что теперь делать? Где его искать? Как сообщить ему о помиловании? И главное: как, черт побери, объяснить всю эту нелепую историю Блисс?

Вечером того же дня Блисс вместе с Мерси стояли у дверей «святая святых» – королевского кабинета. Лакей в раззолоченной ливрее, явившись в Барторп-хаус, объявил, что король немедленно требует Блисс к себе – и даже сэр Бейзил не мог оспорить королевского повеления.

Мерси, трепеща от восторга, следовала за Блисс по пятам. Простой крестьянской девушке король представлялся каким-то мифическим существом, сверхчеловеком, лишенным всех человеческих слабостей. От одной мысли, что ее, деревенскую простушку, допустили на порог королевского кабинета, Мерси охватывал священный трепет, смешанный с благоговейным страхом.

Вильям Чиффинч провел женщин через опочивальню короля и постучался в двери кабинета. «Войдите!» – ответил из-за двери приглушенный голос короля.

Чиффинч отворил дверь, и Блисс вошла в уединенный покой, куда входить дозволялось лишь двум-трем людям во всей Англии. Здесь, устав от министров, фавориток, назойливых придворных и хитроумных чужеземных послов, король наслаждался редкими минутами отдыха.

Комната была завалена книгами, бумагами и письмами. Повсюду взор Блисс натыкался на расставленные по столам и полкам безделушки – пресс-папье, статуэтки… Все эти вещи окружали короля в дни юности, а затем сопровождали в изгнании: он не расставался с ними в память о тревожной молодости.

На столе лежало неоконченное письмо, начинавшееся словами: «Дражайшая Минетта!» Так именовал король свою сестру Генриетту, ныне – жену принца Филиппа, брата Людовика XIV Французского.

Увидев Блисс, нерешительно остановившуюся в дверях, король встал с места.

– Входите, – пригласил он, – и садитесь. У меня для вас две новости: хорошая и дурная.

Блисс присела на краешек кресла.

– Что за новости? – с волнением спросила она. – Это касается Кита?

– Да, – ответил король. – Вот… – Он протянул ей указ о помиловании, подписанный и скрепленный печатью. – Это указ о помиловании, написанный согласно прошению леди Дафны Вилльерс.

– Дафны! – изумленно воскликнула Блисс. – Боже мой, как вам удалось ее у…

– Какая разница! – отмахнулся король. – Главное, что указ запрещает преследовать Кита за смерть Стивена Вилльерса. Держите.

Блисс прижала драгоценный документ к груди.

– Ваше величество, – прошептала она, – не знаю, как вас благодарить! Сейчас же отправлюсь в Тауэр! Пусть…

– Сядьте, Блисс, – приказал король. – Вы ведь еще не слышали дурной новости.

Блисс опустилась обратно.

– С ним что-то случилось? – едва дыша от волнения, прошептала она. – Но что?

– Как раз в ту минуту, когда я писал указ, во дворец явился гонец из Тауэра и сообщил, что ваш удалец сбежал!

– Сбежал! – ахнула Блисс. – Но почему, если его поми…

– Ну, он ведь не знал, что помилован. Он исчез, Блисс, и сейчас где-то прячется, уверенный, что его по-прежнему обвиняют в убийстве.

Вскочив с места, Блисс подбежала к дверям и позвала Мерси. При виде короля, сидящего за столом и как две капли воды похожего на обычного человека, Мерси тихо ойкнула, глаза ее стали огромными, как блюдечки.

– Мерси! – воскликнула Блисс. – Мерси! – Она встряхнула девушку за плечи, чтобы вывести ее из благоговейного оцепенения. – Ты знаешь, где Кит?

– Его милость? – ошарашенно переспросила Мерси. – В Тауэре, где же еще?

– Уже нет, – ответил король. – Несколько часов назад он сбежал. Раздобыл где-то веревку и спустился из окна в ров.

– В ров! – ахнула Блисс. Ей живо представилась вонючая черная вода, откуда то и дело вылавливали пропавший скот и пьяниц, по неосторожности свалившихся за ограждение.

– Стражники обшарили весь ров крюками, но тела не нашли, – успокоил ее король. – Очевидно, лорд де Уайлд благополучно выбрался изо рва и растворился где-то в Лондоне. Отчаянный малый этот ваш благородный разбойник!

– Он так и не знает, что его помиловали! – пробормотала Блисс, почти забыв о присутствии короля. – Бедный Кит! Сейчас прячется где-то, как зверь в лесу, думая, что на него охотятся…

– Мне жаль, что так получилось, – грустно заметил король. – Право, очень жаль. Если я что-нибудь узнаю о его местонахождении…