Чтение онлайн

— Нет.

— Ты просто испугался, парень, и в этом все дело. Впервые в жизни ты вдруг ощутил себя потерянным и одиноким — и тебе стало страшно. Разве не так?

Ответный взгляд Джонни был исполнен страдания.

Доктор Брэннон встал и отодвинул стул.

— Джонни, я хочу доказать, что у тебя есть дом, — сказал он, — тебе нужно кое на что взглянуть, и мы сделаем это вместе.

У двери он остановился и сказал матери мальчика:

— Подготовьте его. Я вернусь через двадцать минут.

Когда доктор Брэннон вернулся, Джонни был уже готов к выходу. Если и раньше доктор двигался тяжело, устало, то теперь ему казалось, что он несет на своих плечах целый мир.

— Все в порядке, парень, — сказал он. — Пойдем.

Брэннон взял Джонни за руку. Медленно и неловко стали они спускаться по лестнице большого умолкнувшего дома. Они миновали детскую, ярко освещенную солнцем, и пошли вниз по наклонному коридору с отполированными до блеска стенами. Двери при приближении расходились с негромким гудением и бесшумно закрывались за их спинами.

Они прошли сквозь пять дверей с мигающими над ними лампочками и попали в другой коридор, который был больше похож на туннель. Казалось: еще секунда — и порыв холодного ветра ударит им в лицо.

В конце коридора они остановились, и доктор Брэннон сказал:

— Ты здесь родился, Джонни, вся твоя жизнь прошла в этом доме. Это хороший дом, и им можно гордиться. Я родился не здесь, но солнечный свет в этом доме такой же яркий и теплый, как тот, который я знал в детстве.

— Это ненастоящий солнечный свет, — сказал Джонни.

— Нет, конечно же, нет, но он такой же полезный. Видишь ли, дружок, даже сейчас нам — тем, кто должен быть сильным и уверенным в себе, — даже нам иногда бывает страшно. Мы позволяем себе бояться — и это очень глупо...

Доктор сжал руку Джонни.

— Мы надеялись, что сможем защитить вас от холода и тьмы, уберечь от чувства потерянности и страха. Мы хотели продлить счастливые годы вашего детства хотя бы лет до восьми. У нас, людей старшего поколения, детство было куда менее безоблачным...

Доктор почесал в затылке.

— Боюсь, нам это не совсем удалось — вы оказались слишком смекалистыми! Дети в самом деле отлично умеют резать углы на пути к истине. И когда им это удается, — улыбнулся он, — тогда, парень, нам приходится расхлебывать кашу!

Брэннон еще крепче сжал руку мальчика.

— Итак, сейчас ты впервые увидишь, как на самом деле выглядит твой дом. Я расскажу тебе, как он стал твоим, и ты будешь гордиться, по-настоящему гордиться теми, кто положил свои жизни на то, чтобы построить его для тебя. И страхи твои навсегда уйдут.

Теперь слушай внимательно. Этот скафандр очень тяжелый, ходить в нем трудно и неудобно. Но когда мы выйдем за пределы станции и покинем зону с искусственной силой тяжести, ты станешь легким и проворным, как мышонок.

Брэннон нажал на кнопку. Послышалось протяжное гудение, и доктор сказал:

— Теперь, парень, надевай кислородный шлем... Вот так, правильно. Пусть он крепко сидит на плечах, как у твоего отца, когда он навсегда покинул Землю и впервые вышел из ракеты. Он был отважным, как и полагается настоящему первопроходцу...

Доктору Брэннону на секунду показалось, что он и сам стал выше ростом и шире в плечах. Затем дверь шлюзовой камеры распахнулась, и пожилой мужчина с маленьким мальчиком, держась за руки, ступили на холодную, темную поверхность Луны.