Нова
Шрифт:
— Мёрфи, прости, что втянул тебя в эту историю, — Габенс говорил прерывисто, его пальцы нервно теребили край униформы. — Обещаю, все медицинские расходы, которые не покроет страховка…
Он вдруг замолчал, глаза закатились — явный признак общения с чипом. Когда взгляд снова сфокусировался, в нем читался ужас.
— Черт! Он сделал аттестацию титульным боем! — сержант сглотнул ком в горле. — Даже ставки принимают… Похоже, тебе действительно достанется по полной.
Крас спокойно поднял бровь:
— Это ещё почему?
— Ставки двадцать к одному на твой нокаут в первую минуту, — прошептал Габенс. — Это значит, Шито задействует ВСЕ свои боевые импланты. Он тебя… — голос сержанта дрогнул, — он тебя просто размажет по рингу.
Вместо ожидаемой паники, лицо Краса озарилось хищной ухмылкой.
— Габенс, два вопроса: сколько ты должен этому ублюдку в общей сложности и сколько у тебя осталось на счёту?
Сержант отпрянул, почуяв неладное:
— Мёрфи, мне не нравится твой тон… Ну, если считать с процентами, то около ста семидесяти тысяч. Денег нет вообще, но я могу быстро занять пару тысяч у тётки — скажу, что штраф нужно срочно оплатить. Она ненавидит, когда позорят фамилию, так что переведёт без вопросов, хоть потом и устроит разнос.
Крас медленно кивнул, в глазах загорелись знакомые Габенсу искорки азарта.
— Хорошо, пусть твоя тётка переводит все деньги. Ставь всё на мою победу… — он сделал драматическую паузу, — в течение первых пятнадцати секунд. Коэффициент наверняка будет выше?
Габенс схватился за голову, его пальцы впились в коротко стриженные волосы:
— Ты совсем рехнулся?! — прошипел он, озираясь по сторонам. — Я же говорю, Шито — чемпион гарнизона среди офицеров! Его здесь терпят только из-за боевых качеств, несмотря на весь его скотский характер!
Капли пота стекали по вискам сержанта, когда он заглянул в меню ставок рассчитанного М. У. Л. И:
— Хотя… на таких сумасшедших условиях коэффициент действительно 100 к 1… Но Мёрфи, это же чистое самоубийство!
Крас положил свою единственную руку на плечо дрожащего товарища. Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась стальная уверенность:
— Просто сделай, как я сказал. Если проиграешь — я верну тебе вдвое больше вечером.
Габенс издал нервный смешок, больше похожий на икоту:
— Хе-хе-хе… Если, конечно, останешься жив к вечеру…
Его пальцы дрожали, когда он мысленно отдавал приказ на ставку в терминале. Голограмма подтверждения вспыхнула перед глазами кроваво-красным светом, будто предупреждая о безумии этого решения.
В этот момент по громкой связи раздался металлический голос:
— Рядовой Мёрфи-Алек-Си, на ринг! Повторяю — рядовой Мёрфи на ринг немедленно!
Крас медленно снял китель, оставшись в обтягивающей чёрной майке, подчёркивавшей его мускулатуру. Он бросил последний взгляд на бледного как мел Габенса:
— Иди и смотри, как твой долг превратится в состояние.
Парни быстро добрались до ринга номер шесть — Габенс, несмотря на свою нервозность, знал комплекс как свои пять пальцев. Пятёрка подручных Шито следовала за ними по пятам, словно стая голодных гиен, не скрывая хищных ухмылок.
Крас невольно замер, увидев, что их арену окружала огромная толпа — гораздо больше, чем на всех остальных поединках, включая главный бой вечера. «Черт возьми, да этот урод здесь настоящая звезда», — подумал герой, ощущая на себе сотни любопытных взглядов.
В голове мелькнула мысль:
«Может, забить на это? Отдать Габенсу деньги вечером, немного побегать по рингу, пропустить пару ударов для вида и сдаться?..»
Но тут же внутренний голос возразил:
' Нет, это не в моём стиле, да и нужно проучить собаку зарвавшуюся, иначе он потом не отстанет от Габенса да и от меня тоже. Зависимость сержанта я вечером полечу, а вот отвадить всяких мудаков удалённо не получиться, лучше сразу завалить главного мудака и показать, кто здесь главный'.
Поднявшись на ринг, Крас скромно занял позицию в углу, опершись спиной о канаты. В противоположность ему, Шито разгуливал по площадке, как петух на птичьем дворе, поднимая руки и подстрекая толпу на крики. Его ирокез топорщился от адреналина, а разноцветные глаза сверкали предвкушением расправы.
Как только прозвучал сигнал к началу боя, противники сошлись в центре. Шито нервно подпрыгивал на месте, его мускулы неестественно вздрагивали под кожей. Крас незаметно активировал сканирование — и едва не присвистнул. Тело бугая было буквально нашпиговано имплантами: Надпочечники — химические стимуляторы. Печень — фильтрующий модуль. Сердце — механический усилитель. Глаза — боевые сканеры. Кости конечностей — укрепляющие каркасы. Все системы были активны и жужжали, как улей разъярённых пчёл. Шито явно не планировал сдерживаться.
— Ну что, калека, — прошипел он, сжимая кулаки, где с характерным щелчком на костяшках выдвинулись тупые пластины, — готов получить урок?
Крас лишь улыбнулся в ответ, принимая боевую стойку. В его глазах вспыхнуло то самое опасное свечение, которое видели лишь те, кому не посчастливилось стать его настоящим противником…
Между бойцами внезапно материализовалась голографическая перегородка, вспыхнув кроваво-красным светом. Толпа замерла в ожидании. Цвет сменился на предупреждающий жёлтый, а затем на разрешающий зелёный — сигнал к началу боя.
Шито не стал церемониться. С характерным щелчком активированных имплантов он ринулся в атаку, его движения превратились в размытые полосы. Серия ударов — левый хук, правый апперкот, низкий лоу-кик — обрушилась на Краса. Два точных попадания заставили героя скривиться от боли, но он продолжал молча наблюдать, анализируя скорость противника.
«Интересно… примерно в 3.8 раза быстрее обычного человека», — холодно констатировал Крас, решая ограничиться четырёхкратным ускорением собственных реакций. Даже эта демонстративная «медлительность» вызвала шок у зрителей — они редко видели, чтобы кто-то мог хотя бы уворачиваться от атак Шито, не говоря уже о парировании.