Новая Галатея
Шрифт:
– Какой ты грубый! Конечно я знаю Надежду Тимофеевну, мы не раз с ней болтали о тебе, какой ты в детстве был лапочка и любимой игрушкой была…
– Ладно, ладно, верю. Дай хоть штаны натяну. Во дела, я ведь и в телефоне в именах не помню никого.
– Тем более, тебе придется полностью на меня положиться.. Ты согласен, дорогой?
– Э-э..
– Значит согласен. Идем.
Вот так . Только так и никак иначе с ними. Одного не пойму, откуда у этой девицы такие решительные манеры? Судя по работе, она должна быть такой задумчивой, рассеянной, положение обязывает. Или нет? Может она там, на своей пыльной свалке неформальный лидер и всем гнет козочку? И спросить не у кого.
«Хонда-Сивик» была припаркована недалеко. Посидев в машине, он подергал рычаг коробки, вздохнул и сказал:
– Как-то неуверенно я себя чувствую. Может в следующий раз? А может, ты сама.
Это я с удовольствием. Усевшись в знакомое кресло, я придвинула его поближе к приборке, откинула вперед руль и притопила гашетку.
– Как ты лихо,- восхитился он.
– Твоя школа,- подтвердила я.
Мы притормозили у кафе. Рядом был банкомат «Сбербанка» и я решила проверить платежеспособность своего тела. Конечно, за обед заплатит он-нечего. Не ухаживал, ни конфет, ни букетов - пусть теперь отрабатывает.
На карте оказалась сумма под четыреста тысяч. Вот тебе и божий одуванчик! Может она копит? Ага, бросает мятые десятки в фаянсовую кошечку.
Мы сделали заказ. Вот теперь точно смешно. Он был одинаковым. А с чего он должен быть разным? Одинаковые реакции, одинаковые вкусы, вобщем понятно. Но он то восстанавливается. Вон, уже Черемных вспомнил. Правда, удивляется, как фамилии всплывают в памяти. Говорит, как пузыри из бочки. Не очень гут. Как бы до меня дело не дошло. Но у меня - полный штиль. Никаких проблесков. Даже вилку одинаково держим. И что дальше? Мне теперь в эту общагу чапать? Да сдалась она!
– Слушай, Натали. Наверно, ты права про секретаря. Где моя мастерская, убей-не помню! Придется тебе меня за ручку вести. Блин, а если руки дело забыли?
– Сашенька, расслабься. Нет, я в натуре… извини, сорвалось. С кого пример приходиться брать. Отвлекись, расслабься, организм свое возьмет. Ученые сейчас утверждают, что человек думает не только одним головным мозгом.
– А чем?
– Всем телом. Вот сейчас выйдем, сядешь за руль…
– Может по маленькой.
– Перебъё… Нельзя, Саня, нельзя. И вообще мне кажется этот сдвиг по фазе имеет под собой..
– Да ладно тебе. Ну бухнули с дружками пару дней. О! Вспомнил с кем бухал.
– Я рада за нас. Только где гарантия, что после очередного подвига крышу совсем не поведет?
– Да, ты права. Надо начинать новую жизнь.
Эт точно,- подумала я ,- соскучится я тебе точно не дам. Так обращаться с моим родным телом. Жрет на ночь что ни попадя, запивает черт знает чем. Опять же этот творческий образ жизни, в дружках кладбищенский сторож. Возьмусь за тебя.
Мы вышли из « Западни».
– Ты маме позвонила? Не кипишует?
– Все хорошо, она знает, что со мной ты всегда в тонусе. Садись за руль. Смелей. Сиденье откати. Ну, вот получается. Не торопись, видишь, гнида на « Ниве»тебя подрезает, самовыражается. Вот, уже хорошо.
– Действительно, руки помнят,- выдохнул он, вытирая вспотевший лоб.- Куда едем?
– В твою мастерскую на Суворова. Сейчас налево и триста метров прямо. Мы на месте. Ключи у тебя в нагрудном кармане. Дай , я сама. Свет направо внизу хлопни. Как, вспомнил?
– Не очень,- бормотал он, топчась на месте. – Как же я буду работать, если ничего не помню.
– Я помогу,- мягко сказала я. –Я ведь часто у тебя бывала, знаю всех твоих заказчиков. План недели вон на доске изображен. Любишь ты мелом порисовать.
– Наташа, ты может действительно, а? Ну, хоть недельку. Видишь, какая хрень.
– Вижу,-сказала я с заметным беспокойством. А как не беспокоиться, если у парня башню перекосило? Конечно было бы неплохо, если бы и кое-что тоже подуспокоилось, так сказать не усугубляло бы ситуацию. Особенно эта рыжая Машка, честная давалка. Стоп, стоп. Бог с ними девками, надо как-то меня, то есть его, лечить.
– Сашенька, посмотри сюда. Что ты скажешь по поводу этого чертежика?
– Ерунда. Шведская ковка. Барокко. Много работы, только ничего сложного. А вот этот заказик неоклассицизм, придется помучится.
– А ты боялся. Не волнуйся, все восстановиться. Глаза боятся, руки делают. Ты не будешь возражать, если все переговоры я на себя возьму?
– Что б я без тебя делал? Камень с души. Куда едем сейчас ? Может к тебе?
– Давай в следующий раз. Неважно себя чувствую, у нас это бывает. Поехали к учительской малосемейке, там такой гипсовый олень в скверике.
Отказываясь от романтического вечера, я не кокетничала. Все тело ломило, как при гриппе, разбитость заползала во все закоулки организма, было совсем не до вечера при свечах. Кстати, почему женщины любят вечера при свечах, так и оставалось для меня тайной во мраке.
– Ты отоспись, - посоветовала я,- а я подбегу с утреца. Без меня на работу не ходи.
– Само собой, - терпеливо согласился он.
Вот как надо с ними. Сначала пряничком, пряничком , а потом бери их голыми руками.
У общежития я выскочила из машины и направилась к входу. Здесь кучковались трое подвыпивших парней. Эти кобели или подобные им постоянно выискивали подходящих подруг, благо что незамужних девчонок тут хватало.
– Куда, кисочка, торопимся, - схватил меня за руку рослый и очень симпатичный парень.- Обещаю незабываемый вечер по минимуму расходов .
– Красавец ты мой,- ответила я в тон,- я бы рада, только не имею технической возможности.
Одновременно я почувствовала , как меня пребольно ухватили за правую нижнюю часть организма.