Чтение онлайн

— Долгая история. Расскажем позже, — прошептал Флетчер. Исадора обернулась, ее глаза расширились, когда она увидела Сильву. Она подтолкнула Тарквина, тот огляделся и дернулся от шока. Сильва ответила им невыразительным взглядом и повернулась к капитану Ловетт, которая ждала, пока все успокоятся. Высокая женщина была в кожаном фартуке поверх офицерской формы и в толстых кожаных перчатках.

— Давайте немного осветим помещение, — сказала Ловетт, выпуская несколько голубых шаров-вирдлайтов в воздух. В отличие от Арктура, она позволила им бесцельно кружить по комнате, освещая ее ярким, но непостоянным светом.

— Насколько я понимаю, Арктур отпустил со вчерашнего занятия тех, кто уже практиковался в создании вирдлайтов. На моих уроках такого не будет. Мой девиз — навык мастера ставит, и, учитывая ваше короткое пребывание здесь, вы будете извлекать пользу из каждой секунды обучения. — Она расхаживала перед ними вперед и назад, суровые глаза останавливались на лице каждого. Флетчер не хотел бы встать у нее на пути.

— Первым делом вы научитесь искусству слияния. Я не вижу демонов некоторых из вас, так что видимо вас уже этому научили. Однако скорость, с которой вы можете выпустить демона из себя, может решить вопрос жизни и смерти. Поверьте, я знаю. Те, кого тренировали родители, будут практиковаться на призывательных кругах в другом конце комнаты. Я проверю вас позже.

Аристократы отошли с самодовольным видом, смеясь и разговаривая между собой. Ловетт разделила комнату надвое большой занавесью, так что они исчезли из виду, как только нырнули в разрез посередине. Через несколько минут Флетчер увидел яркий свет под занавесью. Интересно, какие виды демонов были у аристократов?

Сильва подняла руку и вышла вперед.

— Я училась сама. Можно будет остаться с остальными и научиться правильной технике? — спросила эльфийка.

Ловетт оглядела ее порванное платье, беспорядочные волосы и подняла бровь. После долгого тяжелого взгляда она смягчилась.

— Ладно. Но пожалуйста, запомни на будущее, я жду, что ты будешь в форме, — сказала она, прежде чем повернуться к простолюдинам. — Идите и возьмите себе по кожаному ковру для призывания и по кожаному фартуку. В нижнем отделе также должны быть перчатки и очки. — Она указала на заднюю часть комнаты, и один из вирдлайтов помчался туда и завис над рядом шкафчиков, встроенных в стену.

— Что с вами случилось? — пробормотала Женевьева краем рта, когда они двинулись к шкафчикам. — Мы ждали, сколько могли, но нам надо было уехать с последней телегой.

— Мы пропустили последнюю телегу и нам пришлось прийти пешком по утру, — пробормотал Флетчер в ответ, роясь в куче кожи, пока не нашел кусок с пентаграммой, которая не так выцвела. Он не знал, хотела ли Сильва, чтобы все узнали о нападении на нее.

— Вас ограбили по дороге или что? — спросила Женевьева, все еще не убежденная.

— С чего ты взяла? — возразил Флетчер, одевая фартук через голову.

— Ну, не считая повязки на голове Отелло, у тебя на голове тоже шишка размером с гусиное яйцо, — указала Женевьева, пока они шли обратно. Флетчер дотронулся до виска и вздрогнул, когда понял, что она права. К счастью, они уже встали перед Ловетт, которая заставила их замолчать одним лишь взглядом.

— Я слышала, что у некоторых из вас демоны уже по крайней мере семь дней. Сейчас они должны быть достаточно уставшими, так что будет лучше сразу же их поглотить, чтобы они могли отдохнуть. Поднимите руки те, кто получил демонов на прошлой неделе, — скомандовала Ловетт. Женевьева и Рори подняли руки. Через несколько мгновений Флетчер тоже поднял руку.

— Что за колебания? Флетчер, не так ли? — спросила Ловетт, поманив Флетчера выйти вперед.

— У меня демон две с половиной недели, — ответил Флетчер. — Это нормально?

— Нет. Он должен быть очень уставшим! Давай посмотрим на него, — пожурила она. Мысленным толчком Флетчер разбудил Игнатуса. Бес раздраженно тявкнул и спрыгнул на землю из-под капюшона Флетчера. Он с любопытством огляделся и облизнулся. Демон, должно быть, сильно проголодался, так как прошлой ночью воротил нос от поджаренной кукурузы.

— Он немного сонный, но он всегда такой, — объяснил Флетчер, почувствовав укол вины, когда демоненок зевнул.

— Саламандра, — выдохнула Ловетт. — Действительно редкий! Майор Гудвин очень им заинтересуется. Нечасто ему удается изучить новый вид демона.

— С Игнатусом все будет в порядке? — спросил Флетчер, беспокоясь о его истощении.

— Похоже на то, — ответила Ловетт. — Чем сильнее демон, тем дольше он может жить в нашем мире без отдыха, хотя пройдет несколько месяцев, прежде чем их усталость станет угрозой для жизни. Я думала, что, так как ты простолюдин, твой демон будет представителем одного из слабых видов. Но судя по всему вы — везучий класс. В том году большинству простолюдинов достались Клещи, но у вас есть Выдра, Барклинг, Саламандра и Голем.

— И еще Собачий демон! — воскликнула Сильва, раскладывая коврик на полу. Флетчер улыбнулся, радуясь, что она поставила себя в ряд с простолюдинами.

Рори пошаркал ногами и сжал кулаки.

— Меня уже достало слышать, как мне не повезло иметь Малахи, — прошептал он с очевидным разочарованием.

— Почему бы тебе не начать, Сильва? — предложила Ловетт. — Это относительно простое действо, когда ты знаешь, что делать.

Сильва без колебаний опустилась на колени и положила руки в перчатках на кожаный коврик. Защитные очки неудобно сидели на ее длинных ушах, но ее это не беспокоило. Флетчер был уверен, что после событий прошлой ночи ей не терпелось снова оказаться под защитой Сариэль. Сделав глубокий вдох и успокоившись, Сильва уставилась на пентаграмму и смотрела до тех пор, пока та не зажглась мягким фиолетовым светом.

— Смотрите, как она проводит ману через руки, в кожу и через пентаграмму. Она поймет, что пришло время вывести демона, тогда, когда пентаграмма будет светиться ровно.

Пентаграмма светилась голубым светом, но почти с полминуты ничего не происходило. Единственным звуком было дыхание Сильвы, пока она смотрела на яркую звезду. Затем, без предупреждения, в воздухе появилась форма Собаки, расширившись из искорки света в большую светящуюся фигуру за полсекунды. Фигура засветилась белым, затем сияние померкло, и Сариэль выпрямилась поверх пентаграммы.