Чтение онлайн

С т е п а н ы ч е в. Э, споры всякие! Знаете, я мечтал хорошо поработать в МТИ. Еще бы – институт Норберта Винера, родина кибернетики! А вышло (машет рукой) совсем не то...

Затемнение. Освещается правая часть сцены. Лаборатория электрон-ной техники в МТИ. Блоки вычислительных машин, путаница проводов, приборные стенды с надписями на английском языке. На стене – учебные таблицы машинных программ. За широким во всю стену окном – кубистический пейзаж американского города. На переднем плане – группа студентов и преподавателей МТИ.

1 – й с т у д е н т. Нет, этого русского надо положить на лопатки! Они там, в России, не привыкли к честной спортивной борьбе мнений.

2 – й с т у д е н т. Дик, смотри: пришел Клод Ренийг с кафедры социологии. (Указывает на человека средних лег в очках и строгом костюме.) Ну, держись, Степэнт-чэйв!

С т е п а н ы ч е в. (Входит с папкой в руке. Увидев группу, морщится, но выжимает улыбку). Гуд монинг!

О б щ е е. Гуд монинг! Привет, Ил!

1 – й с т у д е н т (с полупоклоном). Привет среднему со-ветцу от средних американцев!

П р е п о д а в а т е л ь. Ил, я хочу познакомить вас с одним интересным человеком. Он, кстати, почти красный, разделяет многие ваши взгляды. (Подводит Р е н и н г а.) Клод, это Степэнтчэйв, наш стажер из России. Ил, это Клод Ренинг.

Степанычев и Ренинг кивают друг другу.

Р е н и н г. Фред прав, я действительно разделяю многие ваши взгляды. Но – мне не нравится ваша теория прибавочной стоимости!

С т е п а н ы ч е в. Собственно, это теория Маркса. И чем же?

Р е н и н г. Видите ли, она слишком упрощает существо дела. По Марксу получается, что бизнесмены отнимают у рабочих большую часть производимого ими продукта. Возможно, это и так с точки зрения рабочих, но, согласитесь, что это совсем не так с точки зрения бизнесмена. Вы не можете отрицать, что бизнесмен, вкладывая капиталы в новое дело, сильно рискует. Он может разориться! И прибыль, которую он потом получает, это справедливая плата за риск – разве не так!

С т е п а н ы ч е в. Простите, а что заставляет его рисковать?

Р е н и н г. М-м... желание получить прибыль, разумеется.

С т е п а н ы ч е в. Так что здесь причина, что следствие?

1 – й с т у д е н т. Ну-у! Это слишком схоластично!

С т е п а н ы ч е в. Ладно, давайте не схоластично. Например: гангстер, когда грабит банк, рискует?

Р е н и н г. Разумеется.

С т е п а н ы ч е в. И его добыча – тоже плата за риск, так? Тогда, простите, в чем же разница между гангстером и бизнесменом?

Оживление в группе.

Р е н и н г. О, это слишком упрощенно! Это – для пропаганды!

Затемнение. Снова освещается правая сторона. Та же лаборатория, вечер. Газосветные трубки под потолком. За окном – огни ночного города. Группа спорящих в несколько ином составе. Дым от дюжины сигарет. В центре – осоловевший С т е п а н ы ч е в.

П р е п о д а в а т е л ь (наступает на Степанычева). ...Если вы не собираетесь на нас нападать, то зачем же вооружаетесь ракетами и ядерными боеголовками? Почему ваши подлодки плавают в океанах?

С т е п а н ы ч е в. А почему ваши подводные лодки плавают у наших берегов? Почему вы наращиваете ядерное вооружение?

П р е п о д а в а т е л ь. Ну, мы-то понятно. Мы не хотим, чтобы повторился Пирл-Харбор. А вот вы...

С т е п а н ы ч е в. А мы не хотим, чтобы повторился 41-й год!

1 – й с т у д е н т. Ил, а вас специально инструктировали, как отвечать, да?

2 – й с т у д е н т. Кстати, Ил, почему это ваши газеты сообщают только о наших подземных ядерных взрывах...

Затемнение. Освещается левая сторона сцены: комната в МИД.

С т с п а н ы ч е в. ...И так – полгода. Споры везде, со всеми и обо всем. О загадочной русской душе и демократии... об однопартийной системе, втором фронте, третьей силе, четвертом измерении, пятой колонне, шестом чувстве... мама родная! Какая тут могла быть стажировка по надежности?

С о т р у д н и к. Однако это не то, товарищ Степанычев. Со всеми нашими там ведут подобные разговоры, дело обычное.

С т е п а н ы ч е в. Но... может, меня взяли на заметку?

С о т р у д н и к. Конечно, взяли. Всех наших там берут на заметку...

Затемнение. Освещается правая сторона: кабинет полковника Клинчера в Управлении внутренней разведки. Пластмассовые жалюзи на окнах. Сумеречный свет. На столике магнитофон. В креслах К л и н ч е р и лейтенант (в котором можно узнать одного из участников спора) слушают запись.

Г о л о с С т е п а н ы ч е в а. ...Вы накапливаете оружие – и мы накапливаем оружие. Но разница все-таки в том, что у нас на этом деле никто не наживается!..

К л и н ч е р (выключает магнитофон). Для стажера из России он слишком хорошо владеет английским языком...

Л е й т е н а н т. И затрагивает слишком широкий круг тем, сэр! Не похож на узкого специалиста.

К л и н ч е р. Да-да. Не упускайте его из виду, лейтенант.

Затемнение справа. Освещается комната в МИД СССР.

С о т р у д н и к. Но все это ни о чем не говорит. За это не высылают – тем более с такими намеками... Вы сказали, что сначала определились в Массачусетский институт. А потом?

С т е п а н ы ч е в. Потом... Ну, я понял, что работы здесь не будет. Перевелся в Калифорнийский университет, в Беркли. На кафедру профессора Тиндаля. Но поработать не успел. Через две недели меня выслали.