Чтение онлайн

Марина тотчас приклеилась к нему, бросая на него взгляды покинутой фаворитки, тогда как у него никогда и в мыслях не было что-то затевать с лучшей подругой сестры.

— Виталя, ты идешь? Джонни П. организовывает party и рассчитывает на твое присутствие.

Сын одного из самых богатых людей Италии, Джонни П., благодаря своему таланту к праздникам и мотовству, слыл одной из незаменимых фигур международного jet-set. Он был, само собой, одним из приглашенных Виталия на завтрашний вечер. Не ответить на приглашение значило обидеть Джонни, а Виталий не хотел оттолкнуть человека, развлекавшего и веселившего половину из тех людей, которые вращают всю планету. Во время таких мероприятий делалась часть бизнеса.

Несмотря на боль в голове и замешательство, в которое его ввергли последние события, он решил следовать за веселыми полуночниками. На этот раз он пойдет в сопровождении телохранителей и ограничится томатным соком.

На катере, отвозившим их в порт, где всех ждали лимузины, Ольга шепнула: «Hу, как чары аристократии?» Так как она посчитала, что сама все знает, он не стал рассказывать ей никаких подробностей.

А его голова, раскалывавшаяся от боли, была наполнена этими подробностями. Глаза этой женщины имели такой притягивающий блеск, какого не было ни у одного алмаза, что тоннами добывали в его сибирских рудниках. И голос. Ее теплый и низкий голос обволакивал, заколдовывал, заставляя вибрировать от эмоций, близких к экстазу, будто диапазон совершенного аккорда. Он не пытался анализировать причины своей внезапной страсти. Он решил позволить себe уплыть на волнаx новых ощущений, которые вызвала встреча с княжной Оболенской. Еленой. Леной.

БУМ. БУМ. БУМ. У него ужасно болела голова, но он старался выглядеть бодряком.

БУМ. БУМ. БУМ. Снова этот дурацкий хит, заставляющий извиваться девочек и возбуждаться парней. Было три часа утра, большинство тусовщиков были уже на своей пятой дорожке кокаина, который они принимали в туалете. Они прибегали к школьной стратегии, чтобы не попасться на месте при употреблении веществ, недозволенных законом. Это не Москва, здесь полиция не живет за ваш счет.

Обычно Виталий наблюдал за тусовочной суетой с глубочайшим презрением. Он проводил все свое время в работе, по 15–16 часов в сутки, с самого детства. Он стал одним из самых богатых людей России не случайно и не по воле Провидения. Он много пахал. Он не верил в удачу и любил приговаривать: «Если кто-нибудь скажет, что мне повезло, я набью ему морду!». Сегодня он позволил себе выходной, хотя и сегодня тоже следил за биржами всего мира и утром успел подписать по е-мейлу стратегический договор с одним из самых крупных московских предпринимателей. Сегодня он провел незабываемый вечер с самым желанным существом, которое когда-либо встречал. Наконец-то! Лена не из этих светских девиц, которые сделают что угодно, лишь бы добраться до его банковского счета.

БУМ. БУМ. БУМ. Ему казалось, что музыка резонирует в его голове, как эхо в пустом ангарe.

В начале его молниеносного успеха девочки летели на него, как мухи на варенье. Одна красивее, корыстнеe и решительнее другой.

Он оставлял их своему брату. Как черную икру поварешкой. Девочки проходили через постель Александра, как одноразовые носовые платки, которые выбрасывают после использования. Некоторые через какое-то время выплывали и устраивались на вилле с бассейном и джакузи у какого-нибудь мелкого служащего или у кого-то из конкурентов, в особняке, охраняемом сторожевыми вышками. Виталий вкусил искусственной сахарно-парфюмированной кожи длинноногих моделей, которых желала вся Европа. Но он знал, что избыток сахара и парфюмерии вреден для здоровья.

БУМ. БУМ. БУМ. Как и избыток алкоголя. И возможно, избыток «Гильотины»…

Виталию нужна была союзница, а не подстилка или пустышка в платье haute couture, наподобие тех, что подергивались сейчас вокруг него в танце. Он уже поведал Луи, своему французскому другу, о своем тайном желании встретить женщину из русской аристократии, женщину, имя которой восходило бы к царской эпохе, женщину, славный предок которой женился по любви на простолюдинке или шлюхе, побеждая в сражениях с шашкой наголо. И вот банальная авария исполнила его желание… Он знал, что если удачу нельзя купить, ее можно спровоцировать, и это подтверждало его любимую теорию о том, что мысль материальна.

Как всегда, чтобы разобрать все по полочкам, он прокрутил в голове происшедшее за день. Это упражнение было ему необходимо, чтобы убедиться в том, что он контролировал все события, в которые его вовлекала жизнь. В памяти всплыли некоторые беспокоившие его детали. Например, не в первый раз он слышал выражение «зонтик на колесах».

Да и некоторые другие выражения не шли представительнице аристократии. А эта демократичная кафешка… Как им удалось оставаться так долго одним? А папарацци на мотоцикле? И это несмотря на многочисленных охранников. Да и множество других странных деталей… Головная боль постепенно проходила. Чтобы освежиться, он пригубил глоток изысканного Cristal Roederer. Но этого оказалось недостаточно. Ему нужно было что-то другое. Может, «Гильотины»? Она не так уж и дурна. Вспомнив об этом историческим орудии, он вернулся назад, в историю, но не французской революции, а в период своего подросткового неумения выпивать. Время, которое все эти годы он старался забыть.

Приветственная речь в пионерском лагере «Березка»:

— Здравствуйте, товарищи пионеры! Пионеры Советского Союза, к борьбе за дело Ленина и Коммунистической партии будьте готовы!..

— Всегда готовы!

— Товарищи иностранные пионеры! К борьбе за мир во всем мире….

В центре площади, под красным знаменем с серпом и молотом, она читала приветствие иностранным пионерам. Стояла ужасная жара, и тучи гнусных комаров изо всех сил старались нарушить воинскую прямолинейность трехсот детей, стоявших навытяжку. Было трудно удержаться и не согнать их рукой или не отряхнуться, как тягловый скот, чтобы эти кровопийцы соизволили ненадолго покинуть тела, которые они осадили. А через несколько мгновений неугомонные мелкие «нефтяники» вновь готовы были приняться за свою работу по бурению и высасыванию.

Только одна девочка с волосами цвета пшеничных полей оставалась неподвижной, прямой, невозмутимой. Она сосредоточилась на текстe, который декламировала с уверенностью бригадного генерала.

— К борьбе за мир во всем мире, за дружбу народов, будьте готовы! Пионеры всех стран, соединяйтесь!

В памяти Виталия остался ее ангельский голос… голос советской героини… Наверное, как у Зои Космодемьянской. Но ее звали Светлана. Она была настоящей звездой лагеря. Необыкновенный голос обязывал ее вести все церемонии. Именно она запевала а-капела гимн, который потом подхватывали сотни подростков, невольно дергавшихся от жестоких комариных укусов.

Сцена так явственно пришла Виталию на память, что он даже мысленно раздавил комара у себя на руке. Настойчивое «бум, бум, бум» летнего хита постепенно заглушалось революционными песнями его юности, которые в свою очередь исчезли в ударных ритмах рок-н-ролла и его обещаниях свободы.

Почему он вдруг с такой четкостью вспомнил об этой девочке? Что заставило появиться в памяти ее лицо, ее ямочки, небесную голубизну ее глаз, родинку надo ртом с полными чувственными губами? Он воскресил в своей памяти встречу с Луи, и вот уже мечтал об этой девочке, такой красивой и такой желанной в своей пионерской форме, темно-синей юбке, белой блузке, с кедами на ногах, и, конечно, с красным пионерским галстуком.