Чтение онлайн

— Ничего, — рассмеялся Лимо, когда узнал, в чем причина моего недовольства. — Каждый ощущает связь с даром по-своему.

— Да, но какого дайна она у меня идет через задницу?!

— Главное, что она есть, — все еще посмеиваясь, отозвался мертвый маг. — Остальное уже детали. Все, хватит отвлекаться, настраивайся на работу и начнем. Это для меня время не имеет значения, а у тебя скоро наступит утро, и к тому моменту мы должны будем все закончить.

Я раздраженно рыкнул про себя, отчаянно не желая иметь такую сомнительную связь с собственным даром, но Лимо прав — все это и впрямь сущие мелочи, и если я не научусь сосредотачиваться на том, что действительно важно, то далеко мы точно не уедем.

После этого еще какое-то время мне понадобилось, чтобы избавиться от лишних эмоций и настроиться на серьезный лад. Вот уж когда я пожалел, что Эмме в мои сны ход заказан. Ну а когда я сообщил, что готов, Лимо принялся раздавать указания, и я послушно повторял то, что он говорил, волевым усилием меняя структуру собственного дара… вернее, прототипа… точно так же, как делал это во время упражнений на концентрацию.

Я, правда, не ожидал, что на этот раз все окажется несколько иначе, как не думал, что мой дар вообще надумает сопротивляться.

Однако не было никаких сомнений — он яростно противился предлагаемым изменениям, стремился стабилизироваться там, где не надо, реагировал на мои действия неохотно, медленно, то и дело порываясь вернуться к первоначальному виду. Поэтому мне понадобилось немало времени, а также полная концентрация на процессе, плюс порядочное волевое усилие, чтобы сблизить сначала две второстепенные ветви, а затем присоединить к ним третью, срастив все три прямо у основания.

В итоге у меня получилось два полноценных «дерева», соединенных между собой тонкой перемычкой. Одно оказалось чуть повыше, но менее разветвленным, зато второе вышло почти втрое шире первого, да и намного интереснее по конфигурации. Структуру ветвей сопряженных видов магии мой дар при этом не утратил. То есть на главном стволе отростки по-прежнему виднелись, вот только теперь можно было с уверенностью сказать, что они действительно — единое целое. И если вверх потянется один, то следом за ним сразу последуют и остальные.

Едва я закончил и, убедившись, что конструкция дара все-таки стала стабильной, собрался перевести дух, как только что созданное «дерево» неожиданно дернулось и задрожало, словно под ним зародился маленький вулкан. Вскоре после этого вокруг шара-основания появилась серебристая дымка, быстро окрасившаяся в золотой цвет. Ну а когда она угасла, мое второе «дерево» явственно подросло, да и отростки на нем стали выделяться гораздо явственнее.

— Вот об этом я и говорил, — спокойно сообщил Дарус Лимо, когда я поднял на него вопросительный взгляд. Шар в моих руках все еще подрагивал, порой по его поверхности пробегала непонятная рябь. Но особой опасности я не ощущал. — Ты перешел еще на одну ступень вверх. Это и хорошо, и плохо.

— Почему плохо? Потому что теперь мне придется месяца на три остаться сразу без трех видов магии?

— Нет. Ты легко восстанавливаешься, так что процесс стабилизации закончится гораздо быстрее. Это как раз не проблема. Но сегодня у тебя впервые в жизни произошел качественный скачок сразу у трех ветвей магического дара. Для твоего организма это новое состояние. Оно может доставить тебе дискомфорт. Так что после пробуждения советую обратиться к целителю.

— Что мне ему сказать, если он начнет задавать вопросы?

Лимо даже не задумался с ответом:

— Скажи, что усиленно тренировался в последнее время. И здесь, и во время практики… то, что ты пережил, само по себе могло подтолкнуть дар к ускоренному развитию, особенно с учетом того, что по всем сопряженным ветвям ты и так уже стоял на пороге перехода на следующую ступень.

— Мастер Даэ может заинтересоваться конкретными причинами, — не согласился я. — Он очень внимательно относится ко всему, чем я занимаюсь, и особенно к тому, что связано с магией. Это важно для тренировок.

— Самопроизвольное объединение ветвей магического дара — явление редкое, но, к счастью, не исключительное. Поэтому у твоего учителя не будет повода для беспокойства. Он, конечно, тебя проверит, изменения в даре зафиксирует, но самостоятельно ты ни за что не смог бы такое провернуть, поэтому подозревать тебя не будут. В крайнем случае скажи, что видел сон. И то, как во сне твой дар самостоятельно меняется. Для тебя такие сны уже давно не в новинку, а магия сна — явление вполне естественное и к тому же официально занесенное в твое личное дело, так что все остальные вопросы такой ответ наверняка снимет.

Я кивнул.

— Пожалуй. Спасибо за помощь.

— Не за что, — усмехнулся Лимо, возвращаясь за свой стол. — Твое усиление и в моих интересах тоже, если помнишь. Так что, когда восстановишься, возвращайся. Я начну учить тебя гораздо более интересным вещам, в том числе и таким, которым никто больше не научит.

Когда воспоминания вернулись ко мне полностью, я повесил полотенце на крючок и, уперевшись руками в края раковины, снова взглянул на свое отражение.

Что ж, Лимо не ошибся — мне и впрямь было хреново. Не критично, конечно, но все-таки заметно. Я чувствовал усталость. Адски хотел спать. В теле вроде ничего больше не болело, но стоять мне было тяжело, словно накануне я в одиночку разгрузил грузовик с песком. Да и соображал пока с трудом, так что предупреждение насчет целителя было нелишним.

— Я звоню куратору, — предупредил появившийся в дверях Тэри. — Как хочешь, Гурто, но без его разрешения я тебя никуда не отпущу!

— Давай, — кивнул я. — И ребят предупреди, что на тренировке меня сегодня-завтра не будет.

— Да уж соображу как-нибудь, — проворчал он, поднимая руку с браслетом. — Я тоже никуда не поеду — как тебя в таком виде одного оставить? А ты ложись лучше, на тебя ж смотреть больно. Помочь добраться до кровати?

— Нет уж, обойдусь.

— Смотри, если грохнешься, я тебя с пола поднимать не буду!

Я только ухмыльнулся и вернулся в постель, пожалев по пути, что студентам не положены запасные постельные принадлежности. Испорченную подушку, само собой, пришлось выкинуть, но я и на свернутом покрывале прекрасно устроился, а потом подгреб под бочок спящего йорка и благополучно задремал, уже не прислушиваясь, что и кому говорил донельзя обеспокоенный Тэри.