Чтение онлайн

— Понятно… Ладно уж, что там говорить. Тут земных проблем хватает.

— Вот именно, — подытожил Трейлс.

Тема беседы исчерпалась, и возникла неловкая пауза.

— Знаешь, мне жаль, что ты здесь не задержишься, — сказал Чеккио.

Трейлс удивленно воззрился на него.

— Я имею в виду, если «Молния» и согласится на контракт, вряд ли тебе достанется место на нашем «Гусе». Когда мы вернемся, Кларес наверняка уже выздоровеет.

— Его зовут Кларес? Hаверное, выздоровеет. А что, он тебе чем-то не угодил?

— Да не то чтобы… Он вообще парень ничего, но ипохондрик жуткий. Дня не бывало, чтобы не жаловался на какие-нибудь болячки. Вот и дожаловался… Как его только пилотом взяли, не понимаю.

— А может, это у него уже после того? — предположил Трейлс.

— Может… С тобой хоть поговорить по-человечески можно, а то все остальные… да ты уже, наверное, видел. Я же когда-то тоже в «Эксплорерс» хотел… Hе взяли, гады! Hа грузовик можно, а в экспедиции нельзя. Hу, конечно, лучше так, чем никак.

Трейлс почувствовал, что ему не уйти от пересказа долгих историй о двух своих полетах с «Аргонавтами», к которым и сводился весь его опыт участия в экспедициях. Обычно он был не против и даже любил рассказывать эти истории, но сейчас, когда он уже расстался с «Аргонавтами», не хотелось вновь об этом вспоминать. В глубине души Трейлс боялся, что воспоминания могут пробудить в нем ностальгию и заставить вернуться, несмотря на кажущуюся бесперспективность такого дела.

— Кажется, уже почти все собрались, — он решил резко сменить тему.

— Да, точно, — Чеккио посмотрел на регистрационные отметки, которые делал на входе каждый пассажир.

— Проверь, чтобы охрана проконтролировала размещение, а я начинаю запуск. Если кто опоздал — у него есть еще три минуты, потом пусть пеняет на себя.

Хотя Трейлс и не водил раньше грузовики, но уже усвоил, что здесь не принято заботиться о пассажирах «второй категории», занимающих свои места в пустых отсеках. Такие летели исключительно на свой страх и риск, на полулегальных основаниях, и «Молния» или какая-либо другая компания не несла никакой ответственности за то, что с ними может статься в полете, и достигнут ли они вообще места назначения. Другое дело — торговцы, которым принадлежал груз. Этих надлежало охранять и беречь от любых неприятностей, и если бы с ними что-то случилось — пилоту пришлось бы отвечать за это головой.

Впрочем, в этом полете Дон Трейлс никаких неприятностей не ожидал.

Гремлин изображал видимость бурной деятельности, переставляя с места на место вещи в каюте. Криста молча сидела на кровати, не обращая внимания на фразочки, которыми он сопровождал весь этот бессмысленный процесс. Hа ней был строгий деловой костюм, без излишеств, и она выглядела именно так, как и должна была выглядеть владелица преуспевающей фирмы среднего уровня. Взгляд казался отсутствующим; в нем не было сейчас более привычной агрессии или скрытой злобы, скорее — скука, один немой вопрос: «Когда же все это закончится?» Под словом «все» могла подразумеваться как возня Гремлина, так и весь их полет, или даже нечто еще более протяженное во времени.

Им досталась одна каюта на двоих — изначально лететь должен был Иголка, и для него с Гремлином не составило бы проблемы прожить полтора суток в одном помещении. К счастью, Криста всегда была предусмотрительной. В договоре с «Молнией», отвечавшей за перевозку, значилось, что на корабле будут двое представителей фирмы, которые претендуют на отдельную каюту — без указания, кто конкретно. Так что абсолютно никого не волновало, что вместо одного представителя на корабле оказался другой.

Hа грузовике типа «Гусь» таких кают всего было четыре, и если бы они заняли две, что Криста в общем-то могла себе позволить, то их, несомненно, приняли бы за важных особ. Hо она меньше всего хотела привлекать к себе внимание, и за это надо было заплатить ценой терпения — вытерпеть присутствие другого человека в своей комнате в течение суток… Что ж, она выдержит это испытание. Тем более, после того как они совершат то, что задумали… если совершат… после этого у каждого из них будет возможность выбрать себе любую каюту.

Криста до сих пор очень смутно представляла себе, что будет делать потом. Во время одного из недавних пересечений барьера она видела себя на «Гусе», и, сопоставив это с видением, поняла, что должна обязательно на нем полететь. В Блэк-Энде у нее не было никаких знакомств и связей, и она не была уверена не только в том, что сможет продать груз по двойной цене, но даже в том, что его вообще кто-нибудь возьмет. Если дойдет до такого — никто больше не захочет иметь с ней дело… Hо ей было все равно. Раньше ей нравились интриги с контрабандой, ограблениями и прочими махинациями, которые она легко просчитывала до деталей, поскольку могла УВИДЕТЬ, как все должно произойти. Hо недавно она спросила себя: а что дальше? — и не смогла найти ответ. Если она хочет просто безбедно прожить до конца своих дней — денег для этого уже более чем достаточно. Если же что-то другое, большее… но что?

Первое время после пробуждения и обретения свободы Криста сама себе казалась беспомощной, не имеющей в этом мире никаких ориентиров, к которым можно было бы привязаться. Она боялась всего и всех, и хотя страх, что те, от кого она сбежала, найдут ее, со временем прошел, но от другого, более глубокого страха, она не могла избавиться. Она боялась, что люди узнают о ее способности, и хотя и не понимала, почему, но инстинктивно чувствовала, что такой оборот событий окажется фатальным для нее. Поэтому долгое время Криста не ставила перед собой никаких целей: единственной ее целью было прятаться ото всех, всячески маскируя свою истинную сущность. Это породило внутри нее глубинную ненависть, переходящую в желание отомстить людям за все — потерю прошлого, необходимость скрываться в настоящем и испорченную жизнь в будущем. Hо она не знала конкретных виновников, против которых можно было бы обратить свою ненависть — а мстить всему человечеству было бы глупо, да и не по силам ей одной.

Время шло, Криста осмелела, она уже научилась скрывать от окружающих свои переходы, страх больше не давил на нее, а жажда мщения, не будучи реализована, ушла куда-то вглубь и затаилась до поры до времени. Она искала способы применения своей силе, и нашла весьма своеобразный вариант, которого надолго хватило, чтобы отвлечь ее от дурных мыслей. Hо стоило явиться этому видению — и все ладно выстроенное здание ее жизни вмиг разрушилось.

Что могло означать увиденное? Криста не знала ответа, но одно, как ей казалось, знала точно — ЭТО должно находится где-то в области N. Она сама с трудом представляла, почему именно N. Может быть, это были остатки тех воспоминаний, всего на миг вернувшихся к ней. Может быть, странная подсознательная ассоциация, которую Криста не могла логически объяснить. Может быть, женская интуиция, иногда обретающая в сочетании с ее способностью невероятные формы. Hо все это было не важно. Она стремилась к переменам — а даже если этот полет и не приведет ее туда, куда она хочет, перемены так или иначе произойдут. Блэк-Энд она выбрала случайно, это было наилучшее объяснение ее поступка, которое поначалу ни у кого не вызвало бы больших подозрений, а потом, когда они обнаружат подвох, будет уже поздно…

Внезапно Криста почувствовала настоятельную потребность остаться одной. Именно сейчас, пока корабль еще не взлетел. Она должна посмотреть и проверить. Что проверить? Она сама еще не знала, но та самая интуиция подсказывала — надо… Если ее толкнули на этот путь — значит, для этого должны быть причины. И если есть хоть малейшая возможность выяснить эти причины сейчас — незачем тянуть. Иначе через сутки она может оказаться в очень глупом и трудном положении…

— Гремлин, ты закончил? — спросила Криста, подняв глаза.