Чтение онлайн

МОГИЛЕВ. 28 февраля (13 марта) 1917 года.

Я затушил папиросу в хрустальной пепельнице. Черт, как я не люблю сигареты, а уж тем более папиросы. Нужно будет напрячь Джонсона, пусть он мне сигары организует что–ли. Хотя какие к дьяволу сигары? Трубку и только трубку! Как же я соскучился по трубке. У меня дома их целая коллекция… М-да. Дома. Где теперь дом? Или, вернее, когда?

— Следует ли мне считать себя арестованным?

Вздыхаю и поднимаю глаза на собеседника. Великий Князь Сергей Михайлович в крайнем нервном напряжении, рука сжата в кулак, костяшки побелели, ноздри раздуваются. Какие мы грозные… Вслух же благодушно отвечаю:

— Нет, дядя, какие могут быть аресты? Великого Князя нельзя арестовывать. Вот кое–кто попробовал и что вышло из этого? Я просто слышал, что ты плохо себя чувствуешь, вот и пришел осведомиться о твоем здоровье. Может нужно что?

— А пост охраны за дверью и внизу под окнами?

— Сугубо для обеспечения твоего покоя, дядя. Чтобы ты хорошо отдохнул и голова твоя прояснилась. Вот у генерала Лукомского голова резко прояснилась и он раскрыл заговор против нашего обожаемого Государя Императора. В данную минуту просветленный Лукомский, вместе со своим новым адъютантом Мостовским, производит аресты заговорщиков. И знаешь, у него вдруг оказалось так много помощников по выявлению и искоренению мятежников, что я диву даюсь. И, кстати, просветленный Александр Сергеевич теперь исполняет дела наштаверха.

Сергей Михайлович удивленно уставился на меня.

— А куда делся Алексеев?

— А вот он не просветлился.

— И где он сейчас?

— Думаю там где и был полчаса назад — валяется под своим столом. Некогда им заниматься сейчас.

На меня глянули с подозрением.

— Под столом?

— Револьверная пуля пробила правый висок генерала и он изволил скончаться на боевом посту.

— Сам?

Я усмехнулся.

— Скончался точно сам. Никого с собой не прихватил. Хотя уже троих, у кого мозги не прояснились, четверть часа назад расстреляли. И после этого действа количество просветленных в Могилеве стало расти просто с бешеной скоростью. А солдаты георгиевского батальона присматривают за выздоровлением.

Великий Князь взорвался.

— Миша! Ты что творишь?! Кем ты себя возомнил?! Тебе что — законы не писаны? Что скажет Ники? Он никогда не позволит тебе…

Я резко хлопнул ладонью по столу.

— Хватит! Надо же — расшалившиеся детишки, когда запахло наказанием за проказы, вдруг вспомнили о папе! Наше драгоценное семейство только и занято интригами и заговорами! Сотня Великих Князей, Великих Княгинь и прочих членов Императорской Фамилии навредили Империи больше чем все революционеры вместе взятые! Мы, мы все, каждый из нас давал присягу верности Государю, как главе Императорского Дома. Мы должны были быть опорой государства и Императора, на нас должна была держаться вся конструкция государственной машины. А все мы только и делали что машину эту расшатывали и разламывали! Я удивляюсь Ники! Как, как он мог терпеть все это?! Почему всю нашу камарилью он не призвал к порядку? Что мы сотворили? Бунт черни? Ситуацию, когда рушатся устои и низвергаются авторитеты? Кто мы, как не неразумные детишки, которые из озорства ради готовы сжечь отчий дом?! Запомните, дядя! Все вы запомните! Я, именно я, ваш бедный и глупый Миша, сверну шею всей вашей вольнице! И запомните — вы все будете любить главу Дома, как отца родного или пуля коварных мятежников вырвет непросветленных из наших рядов!!!

Шокированный «дядя» не сводил глаз с меня. Я глубоко вздохнул и продолжил уже менее эмоционально.

— Я надеюсь на тебя, дядя. Надеюсь, что чувство долга и ответственность за Империю еще живы в тебе. Если мы, Великие Князья, не объединимся в этот страшный для Отчизны час в единое целое с Императором, если мы не явим образец государственной мудрости и заботы о грядущем, то история сметет нас с арены и наши непросветленные тела будут гнить в русских лесах. Правильно сказал Пушкин: «Не приведи Бог видеть русский бунт — бессмысленный и беспощадный. Те, которые замышляют у нас невозможные перевороты, или молоды и не знают нашего народа, или уж люди жестокосердные, коим чужая головушка полушка, да и своя шейка копейка». Точнее и не скажешь. Бунт вышел из под контроля. Безумцы типа Родзянко или Шульгина мечтают оседлать стихию. Они глупцы. Бунт сожрет их, как сожрет всех нас. Глупцы также те, кто воображает, что можно все вернуть в прежнюю колею. Этого не случится. Оседлать бунт невозможно. Революцию можно лишь возглавить. Или Император возглавит преобразования в интересах народа или народ сметет его. Подчеркиваю — преобразования в интересах народа, а не в интересах жирной верхушки, этих ростовщиков, которые наживаются на бедах и горестях своих соотечественников. Я сделаю все, что от меня зависит, чтобы спасти страну. Спасти Династию. Спасти монархию. И я хочу спросить у тебя — ты со мной или же против меня и моих целей?

Великий Князь молча прошелся по комнате. Затем спросил:

— Что ты конкретно собираешься делать?

Я без раздумий отчеканил:

— Подавить мятеж верхов, провести радикальные реформы в интересах простого народа, победить в войне и сделать Россию самой великой страной в мире. И я не остановлюсь ни перед чем для этого.

Сергей Михайлович задумчиво смотрел на меня. Затем произнес.

— Знаешь, Миша, возможно России давно нужен был такой Император…

Смотрю на него выжидающе. Тот продолжил.

— Все, что ты говорил во многом правильно. С одной стороны. Но есть и другая сторона медали. Самодержавие прекрасная форма правления при сильном и авторитетном Императоре. Государе, который знает куда он ведет свой народ и свою Империю, понимающий цену, которую придется заплатить ему и народу за достижение этой цели, более того — готовый эту цену заплатить. В том числе и кровью. Своей и подданных. Любое великое государство становится таковым лишь при таком правителе. Так было, есть и будет. Было в древности, было и в русской истории, например, при Петре Великом или Екатерине Великой. Так будет и впредь. Сейчас, в этот переломный момент русской истории, решается вопрос кто станет новым Великим. Если сохранится монархия, то Великим станет новый Император. Если монархия в России рухнет, то тогда Великим станет кто–то из новых правителей России. До сегодняшнего дня я, скажу откровенно, не видел кандидатур на величие. Если взглянуть правде в глаза, то нынешний Государь Император абсолютно не подходит для этой роли. Мы все отлично знаем Ники. Он — образцовый семьянин, искренне верующий примерный человек, но он не вождь, за которым пойдут миллионы. Он не ведает цели, не знает пути и не готов платить за величие. Он готов принести лично себя в жертву, но это отнюдь не главное качество для правителя. Кроме того, он нерешителен до упрямства, но зато подвержен влиянию своей супруги. С каждым днем его правления хаос в Империи нарастает, Россия катится в пропасть, а он с упрямством осла не желает ничего замечать!

Великий Князь хлопнул кулаком по столу. Через несколько мгновений ему удалось погасить вспышку бешенства и он заговорил вновь.

— Его беспомощность видят все. Смутьяны осмелели, армия разлагается, дворяне его презирают, чернь смеется над ним, в салонах открыто говорят о колдовстве Распутина, который затуманил мозг Николая, а союзники, тем временем, полным ходом готовят его свержение. За Ники никого нет. От него отвернулись почти все, включая руководство армии. Это настолько очевидно для всех, кроме самого Николая, что даже его драгоценная женушка решила фактически отстранить Государя от управления Империей и править от имени Императора через своих людей. Что из этого могло выйти мы видим по беспомощности и бегству ее протеже князя Голицина вместе с марионеточным правительством. И это в условиях многолетней войны и смуты!

Сергей Михайлович отпил воды из стакана и, переведя дух, продолжил.

— Ты говоришь о том, что все члены Императорской Фамилии плетут интриги против Главы Дома? А как, позволь узнать, они должны реагировать на происходящее? Дать Аликс уничтожить Россию? Дать Ники сделать то же самое? Ждать нового Распутина? О чем мы говорим, если ты сам был активным участником всех этих интриг?

Я барабанил пальцами по столу, чем несказанно раздражал Великого Князя, но он вынужден был терпеть мои выходки.

— Хорошо, дядя, допустим. Но все не столь однозначно на сегодняшний день. В салонах на светских раутах обсуждались разные варианты, из которых чаще всего склонялись к идее дворцового переворота…

Мой собеседник кивнул и вставил:

— С тобой в качестве Регента при малолетнем Алексее.

Я не прореагировал и продолжил, как будто меня не прерывали.

— … по образцу переворотов минувших эпох, когда группа гвардейцев осуществляла быстрый военный переворот и возводила на престол нового монарха. Но, в отличии от событий прошлого, сейчас на лицо одновременное осуществление сразу нескольких переворотов. И, несмотря на явное расхождение с планом, вы все–таки решились на осуществление чисто дворцового переворота, а именно захватить силами армии императорский поезд и принудить его к отречению…