Ну, какая я - бабуся! Если я ещё...
Шрифт:
В основе этой истории БОЛЬШАЯ ЛЮБОВЬ, которую предадут, растопчут и распнут…
Ответы на вопросы: кто, почему и зачем?
– мы с вами узнаем, только пройдя вместе с героями по страницам книги.
***
Не желая быть окутанной саваном умерших отношений, прогоняю мольных бабочек…
“Я не дам вам больше накрывать себя чернотой и унынием. Не стану жить в тоске и печали, - улыбаюсь себе и мурлычу перепевку известной песни.
– Разве плохо, что мы не похожи с тобой. Я позволила себе, быть немного другой. Полюби меня такой! Полюби себя такой, полюби себя такой, какая ты есть!”
Под этот незамысловатый, но позитивный мотивчик, совершая незамысловатые “па”, вытанцовываюсь из своей спальни в детскую.
Малыхи мои, два моих Янчика, еще спят. И, как всегда, в одной кроватке.
Наклоняюсь к каждому. Руками не трогаю, чтобы не разбудить. Но…
Вдохнуть любимый сладковато-молочный запах детства себе позволяю.
Снова с нежностью о своих малышах вспоминаю во время беседы с психологом.
– Милена, мне нравится ваше настроение и ваш настрой. Вы, ситуацию приняли, отпустили или простили себя и этого мужчину?
– Мне не за что нас обоих прощать. Мы оба оказались заложниками чужой злой игры. Я долго боролась с собой. А… Сегодня утром…В один миг поняла, что приняла произошедшее и отпустила его. Все отпустила…И свою боль…И свою обиду…
ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ
Глава 26
Глава 26
Тихо сползаю с кровати. Делаю несколько шагов в сторону.
Со слезами умиления смотрю на Илюшу, обнимающего Машу и Мишу.
Вернее на то, как мой богатырь своими руками создал маленьким медвежаткам кокон, чтобы они не расползлись и не свалились с кровати.
Глядя на моих ненаглядок, понимаю, что в жизни нет ничего умильнее, чем большой мужчина с маленькими голожопиками в обнимку.
От удовольствия морщу нос. Мне ужасно хочется всех троих зацеловать. Но…
Не делаю этого, потому что боюсь разбудить сопящую троицу.
На цыпочках выскальзываю за дверь, прикрываю ее. Запахиваю халат и иду в крыло парней.
Дойдя до большой мальчуковой спальни, прошмыгиваю внутрь. Любуюсь Ваней, Федей и внуком Мишей.
Мишутку два месяца назад привез Илюша.
Увидев и обняв внука, я окончательно поняла, что обязательно стану мамой для Маши и Миши.
Муромский, что стало для меня несколько неожиданным, воспринял мое предложение о малышах в штыки.
На все мои разговоры и уговоры от Ильи следовало категоричное: “Нет!”
К обработке упрямого Муромского подключились даже Ваня и Федя.
Не могу понять почему, но мальчишки встали на мою сторону.
Вместе с ними мы несколько раз затаскивали Илюшу в дом малютки.
Илья на малышей смотрел, но в руки брать отказывался. Словно боялся чего-то.
Решающим в принятии Ильей решения стал наш ночной разговор с переходом в жаркий секс:
– Илюш, давай поговорим о малышах…
– Эми, не начинай…
– Почему? Ну, почему Илюша? Мы можем вырастить двойняшек.
– Да, можем, Эми. Но… Понимаешь…
– Илюш, чего ты боишься? Ты прекрасный любящий детей отец. Ванька и Федька в тебе души не чают. И Мишка мой тоже от тебя не отходит. Детвора тянется к тебе, потому что чувствуют твою любовь…
– Ну, вот, Эммочка! У нас уже полный дом детворы. А следующим летом еще и невестка твоя со вторым малышом приедет. А там, глядишь, и твой младший Юра обзаведется детишками…
– Илюша, ты не отвлекайся от темы. Мы про Мишу и Машу сейчас говорим. Пупсикам всего шесть месяцев. Они такие маленькие. Им семья нужна. Проведи параллель, – сначала хотела соблюсти корректность, но потом решила, что самое правильное – бить прицельно прямо в самолюбие Муромского. – Илья, разве в детском доме лучше, чем в хорошей семье с любящими родителями.
– Эмма, не дави мне на мозоль, – прорычал недовольно муж.
– Илюша, ты знаешь: я не люблю просить и требовать. Но… Сейчас… Умоляю тебя и настаиваю, забрать этих прекрасных малышей к нам и воспитать, как своих.
– Не знаю… Не уверен, что это правильно… Эми, а вдруг это просто сиюминутный каприз? А дети… Это же навсегда…
– Илья, о чем это? Может ты меня путаешь со своей женой-кукушкой, которой свои сыновья не нужны оказались? И на самом деле… У нее же новая жизнь и новый ребенок будет…
– Куколка, не говори ерунду. Одно к другому не имеет никакого отношения. У меня есть другая причина.
– Какая еще причина, Илья Ильич? У Вас что секреты от жены? – задавая вопрос, я перекатилась и легла на Илью сверху.
Погладила его короткий ежик волос.
Прошлась пальцем от центра лба по спинке идеального носа к кончику.
Спустилась к его шикарным губам…
Не выдержала и прикоснулась к ним своими. После провела языком, проникла вглубь.
Илюша замер, словно ожидая чего-то.
Мы долго пристально смотрели в глаза друг другу, будто взглядами хотели сказать то, что не могли произнести вслух.
И тут на меня напала детская непосредственность.
Я подула Илюше в нос и облизала его языком. Глаза Муры резко сузились, и он резким движением вошел в меня.