Ну ты, Маша, и коза!
Шрифт:
Погнали!!!
Глава 2
Маша
Я вижу, как Богдан собственническим жестом обнимает Лику за талию, что-то шепчет ей на ушко и увлекает в глубь зала.
Так больно… Почему это так больно?
Совсем недавно он обнимал меня! Так нежно и страстно, что у меня подгибались колени и кружилась голова. А бабочки, уже давно поселившиеся в животе, от его прикосновений дружно падали в обморок. Я была на седьмом небе от счастья…
Я позволяла ему все. Абсолютно все! Только ему. Я всегда любила его до потери пульса. С самого детства.
А он… Теперь делает все это с другой! Так же нежно и так же страстно.
Мое сердце рыдает кровавыми слезами.
Мне никогда в жизни не было так больно…
Да, между нами началось какое-то охлаждение. Уже давно. Я, конечно, это чувствовала.
А в последние две недели он вообще избегал меня. Я не понимала, в чем дело. Я страдала, мучилась бессонницей и обнаруживала себя ночью перед холодильником. Я зажирала свою боль…
А он в это время развлекался с другой!
Я чувствую, что у них уже все было. Я вижу это по его победному взгляду и по тому, как она вкладывает свою ладонь в его.
Он ее трахает.
А я думала, что мы с ним созданы друг для друга. Что мы вместе навсегда. Поженимся, нарожаем кучу детишек, как наши родители. И будем так же счастливы!
* * *
Я, как зомби, иду за Богданом, пробираясь сквозь толпу.
Народу на папином юбилее тьма. Полгорода собралось, не меньше. Клуб дяди Варлама “Атмосфера” еле вмещает всех желающих. Это вообще не похоже на семейный праздник. Скорее, на какую-то дикую тусу. Наверное, такие устраивали наши родители во времена своей юности.
Да где они? Уже уединились и обжимаются?
Огибаю чью-то широкую спину и – оказываюсь прямо перед Богданом.
– Привет, – он, наконец, замечает меня.
Я молчу. Слова застряли в горле. А слова там такие… даже у моего папы, при всей его толстокожести, отсохли бы уши.
– Маша? – Лика удивленно таращится на меня. А потом обращается к Богдану: – Ты не говорил, что она будет здесь.
Что, блин? Она вообще охренела?
– Это день рождения моего отца! – взвиваюсь я.
– Да? – Лика растерянно хлопает приклеенными ресницами. И тут же капризно оттопыривает нижнюю губу. – Котя… зачем ты меня сюда привел?
Котя? Серьезно? Богдан позволяет звать себя Котей? А мне не разрешал даже нежное “Бусечка”…
У меня кстати, тот же вопрос. какого хрена ты ее сюда приволок?!
– Ты сказал, пойдем на классную тусу! – ноет Лика.
– А разве это не классная туса? Тут даже диджей есть. Пойдем, я угощу тебя отличным шампанским. Поднимемся на крышу, там очень романтично…
Мудак. Козел.
Как же я сейчас хочу его убить…
Ненавижу! Никогда никого так не ненавидела…
* * *
– Какой по счету бокал пьешь? – строго спрашивает отец.
– Не помню…
Правда, не помню. Я вообще только что осознала, что пью. Что-то крепкое. Вообще невкусное.
Папа вглядывается в мое лицо.
– Что-то случилось?
– У тебя юбилей! Мне что, на дне рождения родного отца выпить нельзя? – агрессивно нападаю я. – Я совершеннолетняя, между прочим!
Только такая тактика с моим батей и работает.
– Да пей, кто тебе не дает, – пожимает плечами он. – Только не забывай есть что-нибудь мягкое и обволакивающее.
– Зачем?
– Блевать удобнее будет.
Фу-у-у…
– Всякие там сухарики и крекеры царапают горло, – продолжает он выдавать отцовские наставления.
Вот вообще – фу! Аж пить расхотелось.
– Из своего опыта знаешь?
– Естественно.
Я знаю, что у моего отца была бурная юность. У всех этих взрослых дядек со смешными звериными кличками она была лихой и веселой.
А мы… Мы не такие. Мы слишком хорошо воспитаны. Мы серьезные, ответственные, целеустремленные. Во всяком случае, большинство из нас. Особенно Риша, которую нам с детства приводят в пример родители.
И она бы меня нереально бесила! Если бы не была такой классной девчонкой. И моей лучшей подругой.
– Маш, хочешь, мы ему пипирку отрежем? – произносит самая разумная и уравновешенная девушка на свете, обнимая меня за плечи.
– Риш, ты серьезно?
– Если это тебя утешит – я готова.
Капец…
– Не отрежем, так напугаем, – присоединяется Алина. – Затолкаем его в кладовку, в рот кляп, на голову мешок…
– Расстегнем штаны! И пощелкаем секатором возле самого ценного! – подхватываю я. – Пусть обделается!
И мы все смотрим на Настю.
– Я могу его заманить. А потом стоять на стреме, – произносит родная сестра Богдана.
– Настя, ты настоящий друг!
– А ты сомневалась? Он заслужил! Тем более… вы же не будете ничего отрезать по-настоящему?
Я лишь кровожадно улыбаюсь…
Глава 3
Роман
– Вот это бампер! – раздается восхищенный вздох над моим ухом.
Поворачиваюсь – два юных долботятла раскрыли клювы и похотливо таращатся куда-то влево.
Смотрю в направлении их взглядов… Вау! У меня аж подскочило… давление в трюме.
– Я бы вдул, – выдает первый сопляк.
– Само собой!
Девчонка поворачивается к нам лицом. Вау! И еще раз вау!