Чтение онлайн

— Девушка, билеты до Москвы на проходящие поезда есть? — спросил он у скучающей кассирши. Оторвав глаза от любовного романа, та простучала по клавишам компьютера и, не глядя на Михаила, ответила:

— Один билет в мягком вагоне. Берете?

— Да, конечно, — заторопился Нумизмат, подавая деньги и паспорт.

Через полчаса он уже качался на второй полке скорого поезда, во весь опор летящего к столице. Пару минут он ещё думал о том, что сейчас творится в Железногорске, вычислили ли его причастность к убийству Чалого или нет, но потом смертельная усталость плавно перетекла в безразличие, и Силин на какое-то время обрёл покой.

Вряд ли он спал бы спокойно, если бы знал, что все правоохранительные силы страны усиленно ищут «свечинского маньяка». Эту кличку ему дали в родном городе, хотя Филиппов предлагал другое прозвище для своего подследственного — Нумизмат. Но для городского начальства оно показалось слабоватым, особенно после жесточайшего убийства Жучкова. Сам Филиппов получил хороший нагоняй, но вскоре после убийства антиквара был командирован в Железногорск, как человек, наиболее хорошо знавший Силина. Созданная в областном центре спецгруппа должна была заниматься только делом Силина. Именно Филиппов первый сформулировал мотивацию всех преступлений Нумизмата:

— Похоже, он идёт по следу своей чёртовой коллекции.

— Да, — со вздохом согласился его железногорский коллега Николай Ефимов, глава группы. — Жена Зубанова показала, что последние две недели покойный активно занимался монетами. К сожалению, увозили и привозили коллекцию без неё, так что она не видела ни людей, ни машины. Хотя пацаны со двора утверждают, что это был чёрный джип «чероки».

— У нас в городе их штук двадцать, не меньше, самая популярная машина среди братвы, — заметил оперативник, старый и опытный Федор Макеев. — Кто из бандюг замешан в этом деле?

— Ну, это вам Силин скоро сам подскажет, — философски спокойно предсказал Филиппов.

За то время пока Силин выслеживал Чалого, все как-то немного успокоилось. Кое-кто из следственной группы даже предположил, что «свечинский маньяк» покинул Железногорск. Макеев почти было вычислил Чалого как предполагаемого похитителя коллекции, а значит, и следующей потенциальной жертвы Нумизмата. За шефом местной мафии предложили было установить наблюдение, но тут все карты сыскарям спутал расстрел Силиным местного «Гитлерюгенда». Та девица все-таки осталась жива и даже описала приметы убийцы. Баллистическая экспертиза подтвердила, что стреляли из пистолета Жучкова, и это озадачило следственную бригаду.

— Что же он, просто так по ним палил, безо всякой причины? На Силина это не похоже, — больше всех недоумевал Филиппов. Он и представить себе не мог, что того Силина, которого он знал, рационалиста и зануды, давно нет. Есть зверь, подчиняющийся только своим прихотям и инстинктам.

Оперативники начали проверять связи покойного «Адольфа» и его друзей, появилось предположение, что кто-то из них замешан в похищении коллекции или её сбыте, но тут грянула бойня в Хлебном переулке. Убийство Чалого расставило все по своим местам. Силин чудом проскочил в увёзшую его электричку, спустя две минуты выходы из города были перекрыты. Предполагалось, что Нумизмат ещё в Железногорске, усиленные патрули милиции проверяли всех мужчин по единственному признаку — высокому росту.

Выжила и «приманка» Силина — Ниночка, ещё раз подтвердив расхожее мнение, что у женщин, как у кошек, семь жизней. Шесть она израсходовала без остатка — пролом черепа, обширное кровоизлияние в мозг. Но девушка, несмотря ни на что, упорно цеплялась за жизнь, приводя в изумление даже много повидавших врачей.

Известие о том, что некто Силин Михаил Васильевич спокойно едет в поезде на Москву в шестом купе тринадцатого вагона, поступило в Железногорск в три часа ночи. Странно, но два часа никто не обращал внимания на эти строчки монитора компьютера. Слишком все вымотались за бессонную ночь. Когда же в шесть утра дежурный по горотделу понял смысл сообщения и поднял на ноги спецбригаду, следователи долго не могли поверить в своё счастье.

— Что он — дурак, что ли? Так просто взял билет и поехал — под своим именем? — недоумевал Ефимов.

— Может, тёзка? — высказал предположение Филиппов. — Силин — фамилия местная, у нас их в Свечине полно.

— Давайте посмотрим, — беря в руки телефонный справочник, отозвался Макеев. — Вот у нас в Железногорске… двенадцать Силиных, из них двое М.В.

— Запросите у железнодорожников подробности, номер паспорта и приметы пассажира, — решил исход гаданий без кофейной гущи городской прокурор.

Когда все сошлось и оказалось, что именно столь досадивший им человек спокойно едет в сторону столицы, в Железногорске вздохнули с облегчением.

— Ну, теперь все просто. Пусть транспортники присматривают за ним, а в первом же крупном городе его возьмут. Всем отбой! — скомандовал довольный начальник ГОВД.

Нумизмат спал без снов и кошмаров, а вокруг него уже сплеталась тугая сеть паутины. Один из сотрудников транспортной милиции просто поселился в купе проводников вагона с несчастливым тринадцатым номером. Звали его Серёжа, бывший десантник, и в нынешней своей должности предпочитал ходить в пятнистой униформе. Он прекрасно знал, что его мощная фигура хорошо смотрится в камуфляже. На постой к проводницам он встал не без удовольствия, одна из них, миниатюрная, черноглазая, смазливенькая Валя, весьма приглянулась ему. Ещё с Зауралья он начал подбивать к ней клинья, но девчонка только дурила ему голову, постреливала глазками, охотно хохотала над его анекдотами, но к «телу» не допускала. Вот и сейчас Валечка заливисто хохотала, а раскрасневшийся белобрысый милиционер допивал третий стакан огнедышащего чая. В этот момент в служебное купе вошла вторая проводница, постарше и поопытней своей молоденькой напарницы.

— Ну, что там в шестом? — спросил Сергей.

— Спит ваш клиент без задних ног.

— Этот, дед-то, сошёл?

— Да, он один остался.

По договорённости с проводниками, в купе к Силину больше никого не сажали, готовили простор для работы спецназа.

— Сколько до Перми осталось? — спросил милиционер.

— Сорок минут, даже побольше. Чуток опаздываем, — взглянула на часы проводница.

— Сорок минут, — задумчиво повторил парень, и явная досада появилась на его круглом, курносом лице.

В это время в дверях появился второй милиционер, уже в форме, такой же молодой парень, с сержантскими лычками, но более хрупкого сложения.

— Все нормально? — спросил он с порога.

— Да, спит как судак.

— Почему судак? — удивился Виктор, так звали второго милиционера.

— Сразу видно, что ты не рыбак, — хохотнул его напарник. — Когда судака на воздух вытаскиваешь, он почти сразу перестаёт биться, не то что щука или карась. Понял? Вот и говорят — снулый как судак. Пойдём-ка, поговорить надо, — сказал он, поднимаясь.