Чтение онлайн

— Элли! Сделай глубокий вдох! — велела Тереза. — Нет никакого знака! Автобус сбил оленя, только и всего. Нет ни знака, ни знамения, ничего! Ты ведь не веришь в эту чушь?

Я сделала глубокий вдох и задержала дыхание. За окном послышался вой полицейских сирен. Из кабины вылез водитель, и некоторые пассажиры вышли взглянуть на мертвого оленя.

Его отбросило в высокую придорожную траву. Олень лежал на боку, по виду ему еще не исполнилось и года. Хрупкая шея сломана, сквозь шкуру торчит белая лопатка. В круглых черных глазах застыл ужас. И кровь… Вокруг него образовалось целое море крови.

Тереза взяла меня за руку.

— Почему ты так кричала? Элли, ты ведь совершенно себя не контролировала! Я не могла заставить тебя замолчать!

— Прости…

Как мне объяснить ей? С чего начать? Тереза — хорошая подруга, и все же дружили мы недавно. С чего мне начать?

— Прости меня, — повторила я. — В средней школе я попала в ужасную аварию. С тех пор… Ну, все было так ужасно…

Тереза отпустила мою руку.

— О боже! В аварию? Что случилось? Что-то ужасное?

— Да, ужасное, — шептала я, уставившись в пол. — Произошла настоящая автомобильная катастрофа. Мы находилась на набережной. И я… Меня убили.

Повисла тяжелая пауза. Тереза пристально смотрела на меня, ее лицо выражало удивление. Тем временем автобус опустел. Только мы с Терезой остались на своих местах.

— Убили? — наконец выдавила Тереза. — Тебя?

— Что? — пробормотала я. — Меня? Нет… Я что, так и сказала?

Почему я так сказала? Почему я сказала, что меня убили? Неужели само с языка сорвалось? Неужели я и правда чувствовала себя убитой вместе с Уиллом?

Нет! Конечно, нет!

— Убили другого человека, Тереза, — пояснила я уже спокойнее, выравнивая дыхание. — Молодого человека. Моего парня. Его звали Уилл. Мы дружили в средней школе. Какая ужасная оговорка! Наверное, увидев мертвого оленя, я…

— Ты знаешь, сколько оленей в Хэмптоне? — мягко сказала Тереза. — Они повсюду и довольно часто попадают под машины.

— Да, — непонимающе протянула я.

— Ты говорила, что чувствуешь себя загнанным оленем. И тут автобус сбил оленя. Я имею в виду, что это случается не так уж и редко. Это не предзнаменование, Элли. Простое совпадение.

Я бездумно смотрела в окно. Солнце зашло за тучу, и автобус погрузился во мрак.

— Да, — прошептала я, — конечно. Простое совпадение…

6

Дом Уилла блестел, словно надраенная пуговица. Всегда. Полы сверкали так, что в них можно разглядеть свое отражение. Ни пылинки, ни небрежно брошенной вещи!

Я страшно робела, входя в его дом, снимала кроссовки у двери и ходила в чулках. Я знала, что не нравлюсь матери Уилла — миссис Дэвис. Хотя бы потому, что у меня дикая прическа — оттененные малиновым пряди, которые я носила распущенными по плечам. Как и все ученики нашей средней школы, я ходила в свободной мешковатой одежде.

Может, мне только казалось, но я постоянно чувствовала: мать Уилла смотрит, куда я села и до чего дотронулась, с нетерпением ожидая моего ухода. Чтобы вычистить то, что я запачкала.

Просто в голове не укладывается. Однажды я видела, как она ест мороженое ножом и вилкой!

В том феврале термометр застыл на отметке минус тридцать градусов, и это не считая ледяного ветра и сырости, тянущейся с озера. Шел сильный снег, и сугробы выросли мне по колено.

После школы мы пошли к Уиллу. На мне был теплый пуховик, пуловер с капюшоном, а под ним — еще два толстых свитера. Но я все равно дрожала от холода и не могла даже разговаривать.

Уилл быстро целует меня замерзшими губами. Ему это кажется смешным — мы как два белых медведя, трущихся носами.

Мы входим в дом и идем на кухню. Снег с моих сапог тает на сверкающем линолеуме — сюрприз, миссис Дэвис! — я скидываю пуховик и начинаю яростно растирать руки, чтобы согреться.

Уилл ставит воду для кофе.

Его мать на работе, а сестра осталась в школе на дополнительные занятия, значит, на несколько часов дом наш!

Иногда мы поднимаемся в ванную на втором этаже и, несмотря на холод, раскрываем окно настежь. Мы курим марихуану. Да, миссис Дэвис, земля не идеальное место, нельзя держать под контролем все, даже собственную семью, до блеска вылизывая дом. Ничего у вас не выйдет!

Уилл прячет травку в бельевом ящике, и матери ни за что ее не найти! Он покупает марихуану у приятеля своего двоюродного брата, который учится в колледже. Мы выкуриваем косячок, иногда два, передавая друг другу сигарету. Окно широко раскрыто, наши волосы развеваются на ветру.

А что, если мать Уилла нас застукает? Что, если почувствует запах?

Мы хихикаем. Целуемся, моргаем, чтобы сфокусировать зрение. Напоследок щедро распыляем освежитель воздуха и оставляем окно раскрытым, чтобы запах улетучился.

После школы просто необходимо расслабиться, и никакой кофе тут не поможет!

Сегодня мы не спешим наверх. Мы сидим в идеальной кухне со сверкающей плитой и холодильником, медными песочными часами над раковиной, блестящими ножами, выстроившимися по ранжиру на полке подвесного ящичка. В этой чудесной кухне, где кафель вручную расписан цыплятами и утятами, мы ждем, когда закипит чайник. Уилл берет со столика свежую почту.

Украдкой я наблюдаю, как он просматривает каталоги и журналы. Я довольно часто о нем думаю. Хотя прошло уже три месяца, я иногда не могу поверить, что встречаюсь с ним.

Он довольно долго встречался с другой девушкой и бросил ее ради меня.

В старших классах средней школы я крутила со многими парнями. Неизвестно как, но я оказалась в большой компании. В средней школе важно попасть в хорошую компанию, и все будет в порядке, целых четыре года можно ни о чем не беспокоиться.

Однако ни к кому, кроме Уилла, я не относилась серьезно. С ним мне просто пришлось стать серьезной — из-за меня он бросил девушку!

Так здорово чувствовать себя взрослой! Очень лестно — ведь я знала, что в школе все только и обсуждают наши отношения.