Чтение онлайн

Воплощение в жизнь воли родителей (даже исходящей из лучших побуждений) никогда не доставит человеку внутренней удовлетворенности. Каждый должен испытать и груз ответственности, и чувство вины, и вкус собственной победы.

Многие заводят детей не с целью воспитать, а ради того, чтобы сделать идеального «себя», воплотить свои мечты о правильном детстве. Если родители в детстве забивали на ребенка, то его дети, возможно, будут находиться под тотальным контролем, или наоборот, дети из строгих семей будут баловать своих детей и ни в чем им не отказывать, выращивая истеричных и невоспитанных эгоистов.

И напомним: в 1990-х годах началось катастрофическое падение рождаемости на постсоветском пространстве, что привело к массовой малодетности семей. Некоторые «оттягивали» рождение ребенка (особенно второго) на попозже – когда сами встанут на ноги. Но чем старше родители, тем они мудрее и тревожнее… И тем меньше детей в семье. Российское поколение Y – это чаще всего поколение единственных или старших детей (с большой разницей).

Мои студенты-Y говорят, что, по сравнению с поколением Z, они росли еще достаточно свободными: фактически это последнее неконтролируемое поколение со своей собственной «детской» жизнью. У их родителей еще не было ни технической возможности тотальной слежки за детьми (мобильные телефоны, умные часы, радионяни, видеокамеры), ни большой необходимости в этом, ни особого желания.

Мне 32, а я рассуждаю о падении нравов и об ужасах нашего городка. Я до сих пор не понимаю, как мы все выжили в подростковом возрасте от 8 до 19! Старперство – это страх, что придется опять привыкать и осваиваться в этом новом дивном мире контент-мейкеров.

Если бы во времена наших дедов и прадедов сказали, что есть кто-то, кому больше 18 лет, проживающий с родителями, не стремящийся к самостоятельности, не имеющий взгляд на будущее, то такого бы человека просто высмеяли. Моя бабушка в пятнадцать лет уже работала дояркой и помогала своей матери.

Игра – важнейший элемент развития ребенка. Именно в игре с ее условностями, полетом фантазии и безграничными возможностями дети примеряют к себе разные социальные и профессиональные роли, учатся строить отношения с другими детьми, взрослыми и окружающим миром, пробуют различные варианты поведения, моделируют образы и примеры будущей жизни. Детские игры крайне важны для развития полноценной сбалансированной психики: они делают нас нами.

Для ребенка очень важно научиться самостоятельно играть, творить, фантазировать и воплощать это в жизнь: создавать, рисовать, лепить, вырезать, клеить, конструировать. Традиционные игрушки – куклы, машинки, конструкторы, мозаики и др. – формируют воображение, учат занимать и развлекать себя без посторонней помощи. Выполнение многочисленных действий гармонично развивает мелкую моторику и ловкость рук и тела. К тому же обычные игрушки позволяют ребенку менять позу и фокус зрения, свободно двигаться, включать в игру других детей [89].

До пяти лет (до того, как я узнал LEGO) моя самая любимая игра – доставшийся по наследству старый деревянный строительный конструктор 1970-х гг. Чего я только ни строил из этих кирпичей, цилиндров, конусов, арок и пирамид! Я научился объемному мышлению, выстраивал равновесие и балансировку – я уже тогда в душе стал инженером.

Мне подарили гоночную машину с дистанционным пультом, ВАУ! Но играть с ней вдоволь не получалось – батарейки были очень дорогие.

Мечта (иногда недостижимая) мальчишек 1990-х – это конструкторы LEGO. Многокомпонентные, яркие, со всевозможными механизмами (например, реечная и червячная передачи), а самое главное – многофункциональные и совместимые друг с другом. Шикарные буклеты с новинками, конкурсы в детских журналах с призом-набором, красочно-манящие полки магазинов. Да что уж, многие папы с увлечением играли вместе с сыновьями. На эти конструкторы копили деньги, экономили на школьных перекусах, их просили «под елочку» и на день рождения, даже покупали б/у через газету «Из рук в руки».

С детства я помогала папе в гараже копаться в машине, мотоцикле или в тракторе. В школе мое техническое мышление проявилось в начертательной геометрии – и я полюбила это. Сейчас я инженер конструктор-технолог.

Для девочек открытием такого же вселенского масштаба стала кукла Барби: не какой-то там примитивный целлулоидный пупс, а настоящая взрослая девушка-женщина! С потрясающе идеальной (для ее маленькой хозяйки) фигурой и умопомрачительными нарядами с пайетками-перьями-стразами. У нее даже был бойфренд Кен – девочки их сразу укладывали спать вместе. Это же «взрослые» куклы – им можно и нужно «чем-то» заниматься (благо по телевизору «про это» уже подробно все объяснили и показали).

Испокон веков стандартными игрушками для девочек были пупсики-младенцы и куклы-дети. С ними девочка чувствовала себя старшей: пеленала их, кормила, водила гулять, пела колыбельные и ругала за непослушание. С пупсом у девочки возникает эмоциональная связь по типу «мама-ребенок». И то, что куклы-младенцы в основном бесполые (или со слабым намеком на половую принадлежность), – это только плюс. Ребенку в нежном возрасте гендер не важен, а пол игрушки определяется по имени, прическе и одежде, а не по первичным и вторичным половым признакам.

А что происходит, когда в доме появляется Барби? Роли меняются: Барби – взрослая девушка, ее наряды – для клуба и вечеринок. Эта кукла намного старше хозяйки, и теперь уже она руководит игровым процессом. Девочка из творца фактически переходит в разряд наблюдателя за чужой кукольной жизнью. Глубокой душевной и эмоциональной связи и вовлеченности тут нет, но зато может проявляться неосознанная зависть к красоте и возможностям Барби. Не говоря уж про психологические травмы и комплексы девочек из-за непохожести своей фигуры на силиконовый идеал.