Чтение онлайн

Денежный лимит на смски тоже есть, так что выяснять правду или отношения в такой переписке не получилось бы.

Все оставшееся время прошло в напряжении. До конца его поездки практически не общались.

Приехал, как ни в чем не бывало. Начал на шутку все сводить: "Ну, а что, не так было? Вышла на улицу такая печальная дама. Страдает без своего возлюбленного: "Что делать…? Что же делать…? Где ты, мой возлюбленный, отзовись…". Но молчит возлюбленный и пошла она топить горе в вине. Ну или пиваса накатила. Ахаха, не так что ли? Ну иди сюда, поцелую, я тоже по тебе скучал. Сильно-сильно!"

Помириться было так хорошо, а ситуация выеденного яйца не стоила, так что мы к этому больше не возвращались.

Но через пару дней началось что-то другое. Он вдруг стал нервным, дерганным, молчаливым. На третий день вечером взяла подушку и пошла к нему. Чтобы ты понимала, это то, что я делала примерно раз сто-сто двадцать за последние пять месяцев. Причем, в начале наших отношений я долго порывалась идти спать к себе – неудобно было перед его соседями. И он каждый раз уговаривал: "Хочется, чтобы ты рядышком была, когда проснусь" и тому подобное. Скоро это вошло в привычку. Зачем-то я еще каждое утро забирала с собой в комнату подушку, а вечером с ней возвращалась.

Но в этот раз, он остановил меня на пороге блока и с новой прыгающей улыбкой спросил: "Может ты у себя поспишь, это все-таки моя комната?"

Это совершенно не вписывалось в наши отношения, и я не поверила в то, что проблемы никакой нет и он "просто хочет нормально выспаться, не теснясь вдвоем на маленькой кровати".

Прижала его к стене и вопросов через пять он мне выдал новое положение дел.

Как выяснилось, для нашего возраста отношения у нас слишком серьезные и это его пугает. Мы оба еще не нагулялись, и он не хочет вспомнить об этом в сорок, и начать догонять упущенное. И для нас обоих будет лучше расстаться.

Я психанула и ушла. Следующий день совсем не помню. А вечером Антоша позвал праздновать свой Ложный День Рождения (массовое гуляние за пару месяцев до его настоящего, Истинного Дня Рождения). Напилась я там мгновенно и пошла к Алику. Наверное, хотела добавить что-то умное ко вчерашнему разговору, но из этого ничего не вышло.

Я рыдала, скулила и выла, как дура. Он то тряс меня, то обнимал. Смутно помню, как вернулась в комнату. Следующую неделю выходила из нее только в туалет.

Самой себе была противна тогда и сейчас противна. Меня словно зарубили, закололи, сверху наплевали и оставили. Через неделю решили сойтись, или он решил, я не помню. Может это я решила? Ничего не помню кроме облегчения. А за облегчением пришла обида, но она ничто по сравнению с тем, что было.

Нужно было не возвращаться? Наверное. Но мне было совершенно невыносимо и со временем легче не становилось. Хотелось только, чтобы это закончилось поскорее, чтобы с ума не сойти. Какое там самоуважение. Я бы пошла на любые условия, но у него не было условий или я их пропустила.

Теперь рассказывает, как переживал, бродил по городу, слушал Арию и на столбы натыкался. Как бы не захлебнуться сочувствием. Нужно как-то оторваться от произошедшего, забыть, иначе какой смыл? Застрять где-то посередине, и что дальше? Напоминать годами? Нужно забыть и все.

Черновик сохранен

Привет, мой свет!

Спасибо большое за поздравления! Отпраздновала феерично, как ты и желала. Утром в День Рождения приехала с автовокзала (ездила домой на два дня, тебе привет от мамы), захожу на наш этаж, а там все завешено матюкливыми плакатами: “Добро пожаловать в двадцать один, Сученька! Теперь тебе можно пить!” и надутыми презервативами с милыми мордашками и пожеланиями! Мои девочки развесили это все поздно ночью, чтобы никто не утащил, и техничка не убрала. Это так мило… Как вспомню, улыбка до ушей. Праздновали весь день, как раз суббота была. Алик в "бабском разгуле" участвовать не стал, отметили с ним позже.

Да, девочки кроме всего прочего подарили книгу одной современной писательницы, мы ее с тобой раньше не читали. Проглотила роман за сутки и сразу начала читать по второму кругу. Думала, в апреле привезти его тебе, но планы немного поменялись.

Я знаю, что прозвучит это безответственно и любому раздолбайству должен быть предел, но как-то так получилось, что ни я, ни мои родители не читали контракт, который мы подписывали на первом курсе обучения. А даже если читали, то успели напрочь забыть, что там написано. Так что, о том, что этот контракт подписывался только на четыре года и магистратура в них не входит, мы как-то не задумывались. Хотя это вполне логично, раз на нее нужно заново поступать.

И вот вчера в группе услышала разговоры о высоких ценах на пятый курс. Думаю: “Какие высокие цены, о чем они говорят? У нас же контракт. Сколько платили все эти годы, столько и будем платить”.

На перемене позвонила маме. Она нашла контракт и прочитала, что он (просто удивительно) подходит к концу. Пошла я узнавать новые цены и выяснилось, что магистратура стоит в два с половиной раза дороже, чем предыдущие годы. Огорошила родителей. Мама расстроилась, папа, наверное, тоже, но виду не подал, сказал только: “Раз дороже – значит заплатим дороже”. И вроде как закрыли вопрос.

Но я после этого задумалась. Когда поступала на первый курс, все вокруг говорили, что на бюджет без связей соваться не стоит даже пытаться. Один из лучших вузов страны, конкурс нереальный, провалишь бюджет – на контракт уже не возьмут, и прочие ужасы. Но за эти годы я встречала много студентов, которые учились на бюджете и знала я их достаточно близко, чтобы сказать без сомнений, что деньгами или связями в их поступлении даже не пахло.

Бюджетных мест на магистратуру выделяется мало, но они есть и чем черт не шутит. Впереди почти четыре месяца, всего-то и нужно, что выучить четыре предмета. По-хорошему, я должна их уже знать, ведь мы проходили это все раньше. Но чего нет, то по щучьему велению не явится.

В общем, четыре предмета – это какой-то десяток книг – теория и сборники с задачами. Если взяться основательно и ни дня не пропускать, то я успеваю подготовиться четенько, прямо ко вступительным.

Так что этой весной приехать к тебе не смогу, приступаю уже сегодня.

Ты спрашивала об Алике. У нас все в порядке, как обычно. Не знаю, почему ты решила, что что-то случилось, когда говорили по телефону в прошлый раз.

Новую работу он пока не нашел, диплом бакалавра ему защищать только в следующем году, так что он сейчас свободнее меня. Ходит в зал. После того, как сменил бокс на борьбу, стало повеселее. Он прямо горит этими тренировками, все новые приемы мне показывает, а когда дурачимся, пытается скрутить меня с криком: “Захват Кимура!” или еще каким-то непроизносимым. Раньше у него это легко получалось, но оказалось, что мое тело тоже учится, втайне от меня. Вдруг само собой начинает получаться выпутываться или не попадать в захват. Так интересно.