Чтение онлайн

– А это что такое? – Спросил следователь, кивнув на большой резной алтарь, стоящий в углу.

– Старый хозяин жил на Востоке и занимался не только торговлей, но и изучал джайнизм.

– Это одна из древнейших религий, основанная Матахавирой, – встрял в разговор доктор, – по которой во все созданное богом или мастером, вложена душа или дух. Вся же цель существования человека заключается в очищении его духа путем проведения уравновешенной жизни без нанесения вреда другим живым существам.

– Да, да, это так, – согласно закивал старик, – вся жизнь без нанесения вреда.

– А что вы можете сказать о молодом хозяине?

– О, это очень честный и открытый молодой человек.

– Ему же тридцать один год?

– Да, ваша, правда. Он очень молод и еще может совершить много благих дел в этом мире.

Громко хлопнула входная дверь, и в кабинет влетел полицейский в мотоциклетном шлеме и очках.

– Господин следователь, нам только что позвонил ваш помощник Ивар Блумс. На дороге Лиепая – Ница в автомобильную аварию попала машина племянника господина Куна. Есть человеческие жертвы.

Взглянув на носки своих ботинок, Гутманис качнулся на каблуках и проворчал:

– Да, похоже, преступник обошел нас на несколько ходов. Что ж, не будем испытывать судьбу. – Он подошел к мотоциклисту. – Езжайте и передайте Блумсу, что я сейчас приеду. Пусть постарается все сохранить в неприкосновенности.

К тому времени, когда Карл Гутманис добрался на своем экипаже до места аварии, там уже собралась толпа любопытных. Больше всего здесь, конечно, было мальчишек с окрестных хуторов.

Ивар Блумс, молодой человек с длинной шеей, обмотанной белым шарфом, заправленным под мешковато сидящий на нем пиджак, бросился навстречу следователю.

– Господин Гутманис, я уже все осмотрел, – обычная авария. Водитель не сумел удержать машину на повороте и, съехав с проезжей части, врезался в дерево. Шофер, – Ивар заглянул в записную книжечку, – некий Август Хорд, погиб. Пассажир успел выскочить и отделался легким испугом.

Следователь в сопровождении помощника спустился к разбитой машине.

– Здравствуйте, я Генрих Розе, – представился элегантный молодой мужчина, стоящий возле автомобиля. – Вы, наверное, знаете господина Куна, я его племянник.

– Расскажите, что здесь произошло?

– Дело в том, что погибший является моим братом. Его фамилия Херц. Документы вы можете найти во внутреннем кармане пиджака. Я видел, как он их туда клал. Он попросил сесть за руль, ну и, на повороте… Мне с трудом удалось в самый последний момент выпрыгнуть из машины.

– Куда вы ехали?

– Дело в том, что брату надо было заехать за своими вещами, а затем вернуться в город. Я ничего не хочу говорить плохого об Августе, но, как я понял, у него были какие-то нелады с полицией, и он собирался к вам заехать.

– Надеюсь, вы разрешите осмотреть автомобиль? – спросил Гутманис.

– Пожалуйста, если надо. Я здесь ничего не трогал. Все как было.

Следователь несколько раз обошел вокруг разбитой машины, заглянул в салон, где, положа голову на руль, с залитым кровью лицом, сидел погибший, затем повернулся к своему помощнику и дал задание:

– Ивар, ну-ка попробуй закрыть левую дверцу и открыть правую.

Добрых десять минут Блумс безуспешно хлопал дверцей, пока наконец Гутманис не сказал ему:

– Ладно, прекрати, иди лучше сюда, у меня есть для тебя новое задание. – И следователь прошептал своему помощнику что-то на ухо.

– А если я не найду этого цвета? – Широко раскрыв глаза, спросил Ивар Блумс.

– Поймаешь рыжую и перекрасишь. С нынешним развитием химии можно и не такое сделать. Тем более, у тебя огромный запас времени, ты на своей тарахтелке доберешься, пожалуй, раза в два быстрее нас. Езжай немедленно, – махнул рукой Карп Гутманис и подошел к племяннику Куна. – Ну вот, полиция сейчас займется телом вашего брата и машиной, а вы, надеюсь, не откажетесь для выяснения некоторых формальностей проехаться со мной на пролетке? Терпеть не могу эти грохочущие самобеглые коляски, движущиеся за счет загрязнения воздуха.

– Я и сам их не особенно переношу, да и после аварии еще не отошел, поэтому с удовольствием составлю вам компанию.

Минут через сорок единственный экипаж, который держали в лиепайской полиции специально для Гутманиса, остановился возле участка. Следователь сошел первый и пропустил вперед племянника.

– Прошу вас.

Тут дверь полицейского участка медленно приоткрылась, и из нее вышел огромный черный кот. Лицо у племянника Куна вдруг переносилось, и он остановился как вкопанный.

– Ну что же вы? – спросил сыщик.

– Извините, – повернулся к нему мужчина. – Я после вас.

Гутманис улыбнулся в свои седые усы и первым вошел в дверь. Следом за ним, пропустив вперед какую-то смеющуюся девицу в сопровождении полицейского, предварительно перекрестившись и сплюнув три раза через левое плечо, с совершенно бледным лицом переступил порог полицейского участка племянник Куна.

– Проходите сразу ко мне в кабинет. А, Ивар, ты уже здесь.

Молодой человек бросился навстречу следователю и, кивнув на сидящего возле окна мужчину в черном плаще и надвинутой на лоб широкополой шляпе, горячо зашептал:

– Из Интерпола. Только что приехал, дожидается вас.

Племянник господина Куна, вероятно, расслышав шепот, бросил внимательный взгляд на представителя Интерпола, и, усмехнувшись, тоже надвинул себе на лоб шляпу. Гутманис повесил котелок и зонт на вешалку, подошел к мужчине в черном плаще и первым представился на немецком:

– Следователь по особо важным делам Карл Гутманис.

– Ганс Блюменталь, – буркнул в ответ, вставая, представитель международной организации уголовной полиции, – вы можете говорить на родном языке. Моя мать была латышкой. Надеюсь, вы получили инструкции?