О возвышенном
Шрифт:
Как только ты признаешь за собой право быть собой… но помни, это не только розы, это еще и шипы, это не только мед, это еще и горечь. Сладость всегда разбавляется горечью — они приходят в равной пропорции. Лепестки роз уравновешиваются шипами, дни — ночами, лета — зимами. Жизнь поддерживается равновесием между противоположностями. Прими свою жизнь, со всей ее прелестью и горечью, со всей ее радостью и болью, и ты станешь свободным. Лишь тогда ты будешь свободен.
Прими себя и будь самим собой, со всем, что в тебе есть, с плохим и хорошим, с прекрасным и не очень. Тогда ты покинешь предначертанные тебе границы и станешь свободным.
Свобода — это выход за пределы двойственности. Когда ты не двойственен, ты ни экстаз, ни агония, ты просто свидетель того, что с тобой происходит. Эта запредельность и есть истинная свобода, делающая тебя просветленным.
Истинный искатель не ищет знаний, он ищет знание. Он хочет изучить сам процесс познания. Его не интересуют выводы, его не интересуют цели, его интересует сам путь. Ведь путь так прекрасен, каждый его миг полон радости, зачем нужна цель?
Мысль, что у пути должна быть цель, порождена ленивым умом — ведь, достигнув цели, ты можешь отдыхать. Поэтому люди всегда ищут короткий путь. Тот, кого интересует цель, думает о коротком пути: зачем идти к цели длинной дорогой?
Ленивый не может быть искателем. Истинный искатель лишен амбиций, он не идет к цели. Его интересует мгновение — здесь и сейчас. Все его существо связано с самим процессом жизни.
Чем глубже ты осознаешь, тем больше ты открыт для бытия, для всего, что происходит вокруг. Все твои окна и двери открыты — бытие может пройти сквозь тебя. Ты становишься все более и более чувствительным и углубляешь свое осознание.
Накапливая знания, ты остаешься тем же, кем и был — личностью, накапливающей знания. Ты не изменяешься, ты остаешься все тем же. Благодаря осознанию ты становишься иным и при этом знаешь, как обновлять себя каждое мгновение, чтобы никогда не остановиться, не стать старым, скучным, бесчувственным.
Деревья, птицы, животные составляют с бытием одно целое, но не осознают этого. Они блаженны, но у них нет представления о блаженстве. Разве они могут ценить блаженство, если не осознают его? Ты можешь обладать сокровищами, но если ты не знаешь об этом, от сокровищ нет никакого толку.
Крик кукушки, доносящийся издалека, кажется нам прекрасным, но сама кукушка далека от подобных чувств. Кукушка не имеет представления ни о красоте, ни о музыке, ни о поэзии. Она не осознает всего этого, она — блаженна, но не осознает этого.
Человек не обладает осознанием, и, в отличие от кукушки, он несчастен. Если способность человека к осознанию возрастет, он сможет отбросить свои страдания и достичь воссоединения — я зову это воссоединением. Деревья, кукушка, все прочие птицы и звери уже находятся в состоянии единства. И только человек должен восстановить утерянный контакт.
Все зависит от нас, от того, как мы относимся к своим страданиям. Мы можем по-прежнему давать им пищу и тем самым обречь себя на ад. Мы можем отбросить страдания и устремиться к целостности, окончательно слиться с ней, растворить себя в океане бытия. Тогда придет блаженство. Когда блаженствует осознающий человек, его блаженство имеет огромную ценность. Кукушка тоже блаженствует, но ее блаженство не имеет никакой ценности.
Посвятить себя Богу — значит раствориться и слиться с единым. Тогда блаженство приходит само.
Если ты сольешься с единым, с целостностью, результатом будет блаженство. Но если ты противишься растворению, если ты хочешь оставаться изолированной сущностью… это пытается сделать почти каждый, почти все стараются сохранить свое эго, защитить себя, уберечь себя…
Все стараются отгородиться от целостности. Все боятся ее, потому что она слишком велика и окружает нас со всех сторон. И мы строим стены — Китайскую Стену, — чтобы отгородить себя. Иначе целостность захлестнет нас, поглотит нас. Итак, мы строим Великую Китайскую Стену и прячемся за нее, чтобы остаться маленькими…
Но мы не изолированы — ни один человек не может быть островом. Мы — часть континента, и воевать с континентом бессмысленно.
Растворись же в едином, в целостности, отбрось свое эго. Забудь о том, что ты изолирован. Почувствуй себя частью единого целого, и ты узнаешь, насколько это прекрасно, насколько это великолепно, — каждый твой миг будет благословен.
Человек будет пребывать в страданиях до тех пор, пока он мыслит как изолированное существо. Запомни: ни один человек не является островом. Считать себя изолированным от единого целого — иллюзия. Все прочие иллюзии порождены этой иллюзией. Мы часть огромного континента, мы не острова. Лишь помня об этом, ты можешь преобразиться.
Пребывать в иллюзии изолированности — значит создавать себе проблемы, и проблемы будут беспрерывно накапливаться. Наши проблемы не могут быть решены, пока мы не изменим подход. Необходима коренная перемена, а не какие-то там усовершенствования, но эта коренная перемена возможна лишь в том случае, если мы окунем свою личность в океан Бога, если капля эго исчезнет в океане.
Мы не теряем ничего, мы все получаем. Мы просто расстаемся со своими границами и становимся безграничными. В этой безграничности таится аромат…
Сделав шаг из пещеры эго к открытому небу, ты почувствуешь, что у тебя начинают расти крылья. У тебя всегда были крылья, но для того, чтобы раскрыть их, тебе не хватало пространства. Требуется лишь небольшая плата — ложное эго должно быть отброшено.
Медитация — это способ подчинения эго. Медитация — это подчинение, в ней самая суть подчинения. Обычно мы цепляемся за свое эго, мы пытаемся утвердить его всеми возможными способами. Медитация означает отказ от него. Нам уже не интересно утверждать эго, потому что мы видим всю ложь, всю абсурдность такого стремления.