Чтение онлайн

Я уставилась на набор цифр 10950. Да, далеко шагнул прогресс!

Дома я едва удержалась, чтобы не заорать с порога: «Ириша, была ли мама членом клуба «Рамстор»?» И хорошо, что не успела, потому что на кухне cидел Володя, мирно жующий пирожок.

– У вас будто цыганский табор поселился, – отметил майор, оглядывая горы посуды. – Откуда столько барахла?

– Ира привезла, – пояснила Лиза и поинтересовалась: – Как кулебяка?

– Так себе, – спокойно ответил Володя, – теста много, а начинки чуть, да и невкусная, капуста как тряпка.

– Вот и неправда, – обозлилась Лиза, – я ее по всей науке готовила!

– Это ты пекла? – испугался приятель и попытался исправить положение: – То-то гляжу, тесто волшебное, во рту тает, объеденье.

– Не ври, – совсем рассердилась Лизавета и треснула майора полотенцем.

Они начали шумно возиться и о чем-то спорить. Я уставилась в окно. Надо же, опять валит снег, и темнота стоит, как в декабре. Настроение на нуле, ничего у меня не получается. Надо бы сесть тихонько у стола и раскинуть мозгами. И зачем только я пошла у Иры на поводу и подрядилась искать убийцу! Чем больше узнаю, тем сильнее запутываюсь. Ну почему я не учительница, не продавец и не врач! Милые, мирные профессии. Так нет, понес меня черт на службу в «Алиби». Ведь если бы я не пошла на работу в агентство, то никогда бы не попала в дом к Ане и не мучилась бы сейчас с распухающей от разнообразной информации головой… Хотя в «Алиби», пока не отравили Сеню Гребнева, мне очень хорошо работалось, отличный коллектив, достойная зарплата… Минуточку! Сеню-то тоже отравили цианистым калием… От неожиданной мысли я вспотела и принялась нервно почесывать голову. Ну как я могла забыть про Гребнева! Милиция моментально решила, что несчастного мужика тоже Аня убила.

Простоватый и слишком молодой для оперативной работы Максим Иванович в свое время на мой вопрос: «Что может грозить Ремешковой?» – спокойно ответил:

– Уж не поездка в Турцию! За два убийства-то!

– Почему за два?

– А Гребнев?

– Вы думаете…

– И думать нечего, – хмыкнул Максим Иванович, изображая из себя опытного «убойщика», – ясно как день. Сначала гражданка Ремешкова отравила гражданку Малышеву, а потом произвела те же действия в отношении гражданина Гребнева.

– Да зачем ей убивать Сеню!

– Очень просто. Она все время твердит, что Гребнев не успел ей назвать имя любовницы мужа. Дескать, хотел показать фото, но она к нему не заехала, задержалась в своем магазине на рынке ЦСКА, увольняла продавцов, заподозренных в воровстве, а потом понеслась домой, правда, факт покупки ликера не отрицала. Только на самом деле все по-другому было. Секретарша Гребнева Надежда Варфоломеева видела, как Ремешкова влетела в кабинет к ее хозяину, потом выскочила и завопила: «Где он?»

Семен, отлучившийся в туалет, тут же вошел в приемную, и Анна накинулась на него с кулаками.

– Ну и что? – растерянно спросила я. – Как же она ухитрилась его отравить?

Максим Иванович с жалостью глянул на меня и строго сообщил:

– Тайна следствия не подлежит разглашению.

По моему мнению, он уже и так разгласил все, что только можно, и ему не следовало останавливаться.

– Просто вы сами не знаете как, – подначила я мальчишку.

Максим Иванович, едва-едва вышедший из подросткового возраста, моментально возмутился:

– Кто? Я? Между прочим, это моя идея! Ремешкова вбежала в кабинет, плеснула в рюмку отравы и выскочила. И ведь верно рассчитала, никто, кроме Гребнева, из этой синенькой склянки никогда не пил.

От нахлынувших воспоминаний я еще сильнее зачесалась. Но если Жанну убила не Аня, то за каким чертом ей травить Сеню? Значит, это был другой человек! Интересно, какая связь существовала между Семеном и Жанной? А может, их отравили два разных человека? Ага, одним способом. Ну и что? Всякое бывает, казусов полно.

– Казусов и впрямь полно, – мирно согласился Володя.

Я упала с небес на землю и обнаружила, что сижу на табуретке в кухне напротив улыбающегося майора. Неужели я так задумалась, что принялась размышлять вслух?

– Не понимаю…

– Ну ты говоришь: «Всякое бывает, казусов полно», – спокойно ответил приятель, – а я соглашаюсь – казусов и впрямь много.

– Что такое казус? – поинтересовалась Лизавета, оторвавшись от чашки с чаем.

– Если говорить официальным языком, то это случайное действие, которое, в отличие от умышленного или неосторожного, имеет внешние признаки проступка или преступления, но лишено элемента вины и, следовательно, не влечет юридической ответственности. Таким образом, понятию случая в праве противополагается вина лица. От казуса следует отличать также понятие непреодолимой силы…

– Класс, – прервал разглагольствования майора Кирюша, – и долго ты так говорить можешь?

– Пока не исчерпаю багаж знаний, – хмыкнул Володя и стал намазывать на внушительный кусок хлеба толстый слой «Виолы». И как он может столько есть!

– Здорово, – одобрила Ирина, – только все равно непонятно.

– Ладно, – усмехнулся майор, – тогда слушайте пример. Нам этот случай преподаватель по уголовному праву приводил в пример как классический казус.

Один мужчина, назовем его Иван Иванов, решил покончить с собой и прыгнул с десятого этажа, но он не учел, что на уровне девятого натянута сетка, были такие раньше в высотных домах, кстати, крайне полезная вещь – сосульки задерживали… Иван Иванов, упав на сетку, по идее, не должен был разбиться насмерть, но приехавшие милиционеры обнаружили труп. Эксперт определил, что в голову мужика попала пуля. Было возбуждено дело об убийстве. Что же выяснилось? Да, забыл сказать, стояло жаркое лето, и у людей были окна нараспашку. Значит, наш Ванюша падает с десятого этажа, пролетает мимо распахнутого окна девятого, а там вовсю ссорятся муж с женой. Супруг грозит своей бабе незаряженным, подчеркиваю, незаряженным, револьвером, нажимает на курок, и… оттуда вылетает пуля и попадает прямехонько в голову падающего Иванова.

– Ни фига себе! – воскликнул Кирюшка.

– Погоди, это еще не все, – остановил его Володя. – Следователь возбуждает дело об убийстве. Стали разбираться и выяснили удивительную деталь. Супруги с девятого этажа ссорились каждый день, и муж постоянно наставлял на жену пистолет, нравилось им это, наверное, адреналина не хватало. Так вот, родной брат мужа и зарядил «макаров», зная, что родственник обязательно нажмет на курок. Он хотел получить в свое единоличное пользование дачу. Но не успел, потому что имя его – Иван Иванов, и по странной случайности пуля попала в того, кто все задумал! Тогда возбудили дело о самоубийстве. Случай действительный, произошел в 50-х годах в Ленинграде и с тех пор гуляет по страницам учебников. Поняли теперь, что такое казус?

– А что такое непреодолимая сила? – спросил с набитым ртом Кирюшка.

Володя вновь пустился в разъяснения, а я тихо ускользнула в спальню, юркнула в кровать и погасила свет – пусть домашние думают, что сплю. Минут через десять дверь тихонько приоткрылась, и майор шепнул:

– Лампуша, спишь?

Я постаралась погромче засопеть. Дверь, скрипнув, захлопнулась. Я села, вытащила сигареты и принялась бездумно таращиться на балконную дверь. Занавески были раздвинуты, и в комнату смотрела ночь. Когда за окнами темно, мне делается не по себе от незанавешенных окон. Наверное, просыпаются гены первобытных предков, боявшихся враждебных сумерек. Пришлось встать и подойти к балкону; дернув портьеры, я невольно глянула на балкон и застыла. Прямо перед моим носом метались две тени – большие, с круглыми головами и длинными, ниже колен, руками. Мартышки в полной тишине мутузили друг друга, потом одна издала резкий гортанный крик, и приматы, подпрыгнув, растворились в воздухе.