Чтение онлайн

Джисбарле… Большой город с широкими улицами, удобными тротуарами, непреступными стенами и ровными рядами одинаковых домов со страшными фигурами-кронштейнами. По улицам бродят собаки, иногда даже забегают сварги, но их никто не боится.

Люди здесь жили своей особенной, обособленной жизнью безбедного анклава, но в чем крылось благополучие этого города, принцесса не понимала. Может, причиной всему — храм Мериада? Возле него всегда многолюдно, поразительно многолюдно, но никто не заходит внутрь — боятся. Боятся покровителя этой налаженной, хорошо отрепетированной жизни.

— Необычный город, — заметила принцесса. — Выглядит, как пограничный форт.

— И сам вижу. А чего ты хотела?

— Да ничего… Я просто не думала, что он такой… мрачный.

— И куда мы теперь?

— Не знаю, — вздохнула девушка. — Наверное, в храм: нужно принести жертву Мериаду. Все-таки я перед ним в долгу.

Принц кивнул.

Они с молчаливым любопытством наблюдали за приказчиками у лавок — их было больше, чем можно было предположить, — за странными солдатами, охранявшими городскую сокровищницу, за детьми, весело возившимися с собаками.

Люди в этом мрачном городе были улыбчивые; пару раз с ними поздоровались.

А вот и храм. Стелла спешилась перед воротами, постучала. Ей отворил седовласый лиэнец, отворил с несвойственной пожилым людям поспешностью. Без лишних вопросов он привязал её лошадь к чёрному столбу у ворот.

— Пусть зайдёт только девушка. — Сторож решительно преградил Маркусу дорогу, когда тот попытался зайти вслед за подругой. — Когда будет нужно, она позовёт Вас.

Ему ничего не оставалось, как ждать, наблюдая за ежевечерним променадом местных жителей.

Храмовый сад нечем не отличался от себе подобных, только здесь было больше деревьев и кустарников, чем цветов. По собственному опыту зная, что жрицу придётся ждать, принцесса присела на одну из скамеек возле клумбы с иссиня-чёрными хризантемами. В этом саду было много чёрного, синего и красного — всего того, что аллегорически напоминало о смерти. Ей было неуютно; хотелось поскорей выбраться наружу, к людям, и выспаться в нормальной гостинице, а не здесь, где по определению не может присниться ничего, кроме кошмаров.

Стелла готова была уйти, когда песчаная дорожка зашуршала под лёгкими женскими шагами. К принцессе подошла молодая чёрноволосая женщина; её волосы даже в неверном вечернем свете отливали необыкновенной синевой. Одета она была вовсе не в бесформенные одежды, которые обычно носили жрицы: на ней было платье тёмно-синего дымчатого шёлка с длинным шлейфом и расклёшенными, напоминающими крылья птицы рукавами. На чёрном бархате корсета поблёскивала золотая цепочка с опаловой подвеской в форме волчьей головы.

Кожа, волосы и одежда жрицы источали тонкий аромат духов — лёгкий, едва уловимый, с изысканными нотами восточных благовоний. Странно, другие жрицы (ну, кроме жрицы Анжелины) не душились.

— Вы не замёрзли? — заботливо спросила служительница Мериада, остановившись напротив Стеллы. Глаза у неё были тоже необыкновенные, впитавшие в себя все нюансы зелёного.

— Нет, спасибо. А Вы точно жрица?

— Да, — улыбнулась она. — Меня зовут Алкмена, и я действительно жрица храма Мериада. Господин предупредил о Вашем приезде.

Вот этого принцесса не ожидала. Забота о ком-либо, по её представлениям, не входила в сферу деятельности Мериада. Что ж, будем привыкать к хорошему! Главное, чтобы это хорошее не кончилось так же внезапно, как началось.

— Так вы знаете, кто я? — удивилась принцесса.

— Конечно! Вы принцесса Стелла.

— Да, верно. — В последнее время она уже начинала забывать о своём титуле. Значит, он у неё всё ещё есть. Правда, толку от него никакого, в большинстве случаев он даже мешает.

— Вы, наверное, устали с дороги?

— Да, очень.

— Пойдемте. Я прикажу приготовить Вам ужин.

— Я не одна, со мной друг. — Стелла указала рукой в сторону ворот.

— Селим проводит к нам принца.

Откуда она знала, что её ждёт принц? Она ведь ни словом не обмолвилась… Но, может быть, жрицы по определению должны знать больше других? Не стоит забивать голову подобными пустяками.

Дом жрицы тоже оказался не таким, каким должен был быть: вопреки правилам, у него было два этажа.

Стол накрыли в обшитой дубовыми панелями столовой; им прислуживала девочка лет тринадцати. Сама трапеза была обыкновенной, без претензий, зато тарелки… Такого фарфора не было даже у королевы.

— Город, наверное, поразительно богат, — подумала Стелла, осторожно, чтобы не поцарапать тарелку, отрезая кусочек мяса. — А по домам и не скажешь. Хотя, показное богатство и истинное богатство — это разные вещи.

— А эта жрица… Она такая красавица и так одета! — Собственные мысли не давали ей поесть в тишине. Если уж начнёшь о чём-то думать, потом и сам будешь не рад. Не отмахнёшься же от мыслей, как от назойливых мух. — У меня, к примеру, нет такого платья. Интересно, его шили здесь? А мода не лиэнская, вернее, лиэнская, но ткани не те.

— И почему это так меня волнует? — мысленно шикнула на себя принцесса. — Сиди и ешь спокойно!

Плотно пообедав, перешли в гостиную, в центре которой стоял круглый стол из тёмного полированного камня. На нём не было ничего, абсолютно ничего — а ведь в других домах на подобные столы клали книги, дневную корреспонденцию, в конце концов, ставили подносы с чаем. Алкмена относилась к столу с непонятным пиететом, проходя мимо, боялась коснуться платьем.

После обычного светского разговора, жрица показала друзьям их комнаты. Убедившись, что гости устроены по высшему разряду, Алкмена через служанку попросила принцессу через час спуститься к ней в гостиную.