Чтение онлайн

Цебуэллы неплохо переносят неволю. По рассказам одного немецкого любителя-натуралиста, долго содержавшего самца и самочку цебуэлл, обезьянки поначалу были пугливы и, трясясь от страха, все пытались втиснуться в самый угол клетки — подальше от человеческих рук и глаз. Тогда в клетке подвесили ящик. Обезьянки сразу же оборудовали в нем жилье и, когда кто-нибудь приближался, мгновенно прятались в импровизированном дупле. Кормили цебуэлл мелко нарезанными бананами, финиками, яблоками и грушами. Ели они все это с охотой. Но более всего оживлялись, если на обед подавали мучных червей. Вскоре обезьянки привыкли к неволе и настолько подружились с людьми, что затевали веселые игры, прыгая прямо по головам гостей и хозяев.

Через несколько месяцев у цебуэлл родилась парочка крохотных детенышей, каждый весом не больше двадцати граммов. Крохи сразу же после рождения так крепко вцепились в шерсть на материнском брюхе, что даже при самых головокружительных ее прыжках не срывались и не падали. Вскорости заботу о детях взял на себя отец. Теперь они большую часть времени проводили на нем, к матери же перебирались ненадолго — подкормиться. Месяца через два малыши стали отваживаться на самостоятельные прогулки. Они были намного смелее и доверчивее родителей. Ведь выросли среди людей. И все же срабатывал инстинкт самосохранения — брать себя в руки они не позволяли, хотя и любили сиживать на голове у хозяина. Месяцев через шесть ни размерами, ни поведением они уже не отличались от родителей.

В семействе игрунок есть еще один род — львиные игрунки. У них очень характерная густая грива. Львиные игрунки славятся своей яркой окраской. Среди них есть обезьянки, у которых шерсть цвета спелого апельсина. Есть такие, у которых тело черное, а грива, передние конечности и кончик хвоста — золотистые. Однако редкий натуралист может похвалиться тем, что видел этих красавиц в естественных условиях обитания. В природе их осталось не так уж много. В числе других редких и исчезающих животных львиные игрунки внесены в Красную книгу.

Игрунки — типичные представители всего семейства. Оно даже названо в их честь. Но если помните, у семейства есть и второе название — семейство мармозеток. Это в честь представителей еще одного рода.

Мармозетки — обезьяны, чуть больше игрунок. У них мягкие и длинные волосы, особенно на спине, окрашены они довольно скромно. Живут мармозетки на деревьях стаями по двадцать — тридцать особей, там же отыскивают себе пищу: плоды, листья, семена, насекомых. Жизнь этих обезьянок изучена слабо. И неизвестно, будет ли изучена по-настоящему: их мало осталось на Земле. Они, как и львиные игрунки, занесены в Красную книгу.

И наконец, род тамаринов. Тамарины — самые крупные представители семейства игрунок. Некоторые из них до полуметра в длину.

Для тамаринов, в отличие от других представителей семейства, характерны крупные клыки на нижней челюсти.

Тамарины разных видов отличаются друг от друга величиной, окраской, различными «украшениями». Так, например, у императорского тамарина есть роскошные белые усы, свисающие как у запорожского казака.

Поговорим теперь о некоторых представителях семейства цепкохвостых обезьян, или капуцинов. Название семейству, как вы догадались, дали в честь капуцинов — таких же обезьян, как мои сухумские подопечные Кларик и Клара.

Самые крупные из цепкохвостых — ревуны. Матерые самцы, если измерить их от кончика носа до основания хвоста, достигают чуть ли не метра. И почти такой же длины хвост. Хвост у ревунов примечательный — ближе к концу его, с внутренней стороны, есть оголенный участок с чувствительными кожными гребешками и кожными узорами, вроде тех, что имеются у нас на ладонях и пальцах. Благодаря этому ревуны могут производить такие манипуляции, словно хвост — не хвост, а дополнительная рука: им умеют хватать и срывать листья, умеют нежно и внимательно «осмотреть» сородича и приласкать малыша. На таком хвосте можно повисеть вниз головой, если того требует дело.

У ревунов ловкие руки и ноги с пятью длинными подвижными, цепкими пальцами, с аккуратными плоскими ноготками на них.

Во внешнем облике ревуна прежде всего бросается в глаза крупная голова. Безволосое лицо обезьяны обрамляет борода. Под ней вздувается гортанный мешок. Плечи обезьяны одевает густая грива — черная, рыжая, коричневая, медно-красная у разных видов. Выступающие челюсти и мощные Клыки придают обезьяне устрашающий вид. Как и у большинства представителей семейства капуцинов, у ревунов 36 зубов.

Вся жизнь ревунов проходит, кажется, в двух занятиях: они кормятся и ревут, ревут и кормятся. В промежутках, по ночам, спят. Впрочем иногда ревут и со сна.

Ревуны водятся в дождевых и горных лесах Южной и Центральной Америки. Держатся большими стадами исключительно на деревьях, поближе к вершинам, там, где всегда в изобилии свежая листва, почки, цветы, семена — основное их пропитание.

Рев ревунов — самая яркая и характерная нота в звуковой симфонии южноамериканских лесов. Сельва и хор ревунов неотделимы.

Каждый день поутру с первыми лучами солнца стадо ревунов — обезьян эдак в сорок — занимает позицию на верхушках гигантских деревьев. До поры все молчат. Устраиваются поудобнее и ненадежнее на ветках. Готовятся. Ждут сигнала. Первыми начинают вопить самые матерые из самцов. Каждый сидит на своем дереве, крепко вцепившись в сук руками и ногами и плотно обхватив хвостом ближайшую крепкую ветку. Сидит и, раздув горло, вопит что есть мочи, серьезно и сосредоточенно глядя на сородичей. Когда единоборство достигает какого-то неведомого предела, десятки луженых глоток рядовых членов стада, перекрывая солистов, соединяются в мощном оглушительном хоре. Минуты три или четыре вопит стадо, да так, что слышно его бывает за несколько километров. Потом рев достигает опять какой-то неведомой точки, какого-то апогея и обрывается. Короткое затишье. Перевести дух, на ходу подкормиться, собраться с силами. И все начинается сызнова.

Отвопив свое, стадо спускается в чащу ветвей на дневную кормежку. А вечером — новый концерт.

Описание этих концертов, более или менее достоверное, больше или меньше приукрашенное, встречается в дневниках и путевых впечатлениях почти каждого путешественника и натуралиста, побывавшего в лесах Южной Америки. И каждый, описывая их, задавался по меньшей мере двумя вопросами: почему и для чего?

Почему так мощны и громки крики этих животных? Для чего эти ежеутренние и ежевечерние концерты?