Чтение онлайн

Том только ахнул.

А Херби Баттер поклонился "публике" и, пятясь, исчез за занавесом, откуда через мгновение появился вновь, катя перед собой стол на колесиках, на котором был высокий шелковый цилиндр накрытый шелковой же белой шалью.

– Вообразите птичку, – сказал он.

Голос явно не принадлежал Коулмену Коллинзу: он был намного звонче и моложе.

Маг сдернул шаль, и из цилиндра не вылетел, а выпал белый голубь.

– А сейчас вообразите кошку…

Белоснежный кот выбрался из шляпы через край и тут же стал подкрадываться к ошалевшей от страха птице.

Херби Баттер в очередной раз сотворил сальто назад, приземлившись чуть ли не на кончики пальцев, затем вернулся в исходное положение и накинул на кота шаль. Она медленно опустилась на поверхность стола так, будто под нею ничего и не было.

– Вот так: кошка и птичка, птичка и кошка…

Именно в то, первое, утро он поведал Тому и Дэлу историю, оканчивающуюся словами: Теперь я кошачий король!

– Можно вопрос? – сказал Том, поднимая руку, точно он был на уроке латыни.

– Конечно.

Маг присел на столик; голос его был все таким же звонким и бесполым.

– Как у вас все это получается – я имею в виду акробатические трюки, – ведь вы хромаете?

Том прямо-таки физически ощутил молчаливое неодобрение Дэла, однако маг и бровью не повел.

– Хороший вопрос, и слишком откровенный, чтобы быть невежливым, так что ты, племянничек, не дуйся. Ответь я: потому что мне это нужно, ты бы вряд ли удовлетворился, хоть это и чистая правда, А потому я объясню тебе все подробно, но не сейчас, а через некоторое время, поскольку, Том, я намереваюсь научить тебя кое-чему похожему. Ты все со временем узнаешь, обещаю. Еще вопросы есть?

Том отрицательно покачал головой.

– Тогда прошу тебя подойти и пожать мне руку. Пожалуйста.

Озадаченный, Том поднялся и направился к сцене. Маг, соскользнув со стола, подошел к самому ее краю, наклонился, но, вместо того чтобы пожать мальчику ладонь, сомкнул пальцы на запястье Тома. Тот удивленно поднял голову и взглянул в бесстрастное белое лицо. Ничего от Коулмена Коллинза в нем не было.

– Все, что ты сейчас услышишь, – пальцы на запястье напряглись, – это для твоего же блага. Так вот, запомни: находясь здесь, ты столкнешься с очень многими странностями, с явлениями на первый взгляд совершенно невероятными и необъяснимыми. Учти только одно: все эти явления – порождение твоего разума, твоего сознания и подсознания, в том числе в результате взаимодействия с разумом моим.

Вне тебя они не существуют, не существуют нигде.

Херби Баттер отпустил руку Тома.

– На протяжении трех месяцев – столько, сколько ты здесь пробудешь, – этот мир будет твоим, предназначенным для тебя и создающимся при твоем непосредственном участии, с твоей помощью. – Он улыбнулся. – Вот в чем смысл истории про кошачьего короля, по крайней мере отчасти.

"Да, в самом деле", – подумал Том.

– Прочувствуй это, посвяти этому всего себя. Ведь ты – один из очень немногих, кто на это способен.

"Да, это так", – подумал Том, не обращая внимания на острые взгляды Дэла.

– И вот еще что: этим летом ты будешь один. Твоя мама улетает завтра в Англию, а ее двоюродная сестра собирается замуж за.., за какого-то адвоката, да? Свадьба назначена на сегодня, и сразу после нее мама твоя отправится в Англию.

Это так?

– Да, но откуда…

– Значит, это лето станет для Тома Фланагена периодом взросления, а я смогу наконец сбросить с себя непосильную уже ношу. Ты, Том, мальчик особенный, необыкновенный.

Ночью ты мне это доказал.

Потемневшее, задумчивое лицо Дэла встревожило бы Тома, но он не сводил взгляда с бледного бесполого лица наклонившегося к нему человека, узнавая в нем того крепкого, сильного Коллинза, которого ему довелось увидеть прошлой ночью.

– Спасибо, – только и вымолвил он.

– А теперь не развлечься ли нам? – сказал маг. – Вам нужно закрыть глаза.

Том зажмурился, все еще ощущая жесткие пальцы Коллинза на запястье и все еще внутренне ликуя от похвалы маэстро.

– Внимание! Уровень второй, – объявил маг.

Том открыл глаза. Секундное воспоминание о крушении поезда заставило его рассердиться на самого себя: как он мог воспринять это всерьез и не распознать мистификацию?!

Но ведь все было настолько достоверно, натурально… Том посмотрел на Дэла, но тот отвел взгляд.

За те несколько секунд, что мальчики провели с закрытыми глазами, обстановка на сцене переменилась: место стола заняла громоздкая и сложная деревянная декорация, похожая на иллюстрацию из книги, причем, как показалось Тому, иностранной. Откуда-то лилась звонкая веселенькая мелодия. Шел 1959 год, и эта простенькая джазовая музыка живо напомнила двум пятнадцатилетним подросткам звуковое сопровождение диснеевских мультиков, которые они еще совсем детьми смотрели каждую субботу по утрам. Декорация на сцене изображала домик из мультфильмов, с надписью черным через все окно у парадной двери:

"АПТЕКАРСКИЕ ТОВАРЫ".

– Давайте заглянем внутрь, – предложил Коллинз.

Теперь на нем был полосатый фартук и пенсне. Без клоунского грима он стал похож на старого доброго, всеми любимого дядюшку.

Стены аптеки раздвинулись, выставляя напоказ то, что было внутри: длинные ряды полок, забитые пузырьками и склянками, прилавок, а на нем громадный черный кассовый аппарат.

– Что вы хотели, молодые люди? Может, что-нибудь от кашля?

Несколько пузырьков с этикетками "Микстура от кашля" радостно запрыгали на своей полке, при этом громко и назойливо кашляя.

– Или снотворное?

Теперь уже другие пузырьки оглушительно захрапели.

– Или средство против роста?

Две бутыли в одно мгновение уменьшились в размерах наполовину.

– А может, вы желаете поставить банки?

Стоявшая на прилавке коробка с банками открылась, и оттуда послышалась уже знакомая мелодия из мультиков.

Том отчетливо разобрал рулады саксофона, переливы тромбона…

– Крем, чтобы стать невидимками?

Склянка рядом с банками будто растаяла в воздухе. Дэл хихикнул, и Том тоже.