Обитель
Шрифт:
Эллиот начал что-то говорить, но замолк, когда в центр рощи вышел Сильвестр и откашлялся. Бормотание в толпе сменилось приглушенным шиканием в ожидании речи. Сильвестр взглянул в нашу сторону и вдруг пошатнулся. К нему шагнула Луна, готовясь поймать, если он упадет. Он взял ее за руку, еще раз прочистил горло, на этот раз увереннее. Сильвестр никогда не падает — лишь балансирует на краю. Мне не случалось видеть, чтобы он отказывался от протянутой ему руки помощи. Он один из самых храбрых людей, каких я знаю. Он умеет выживать.
? В начале было данное нам обещание,? произнес он, и голос его был так тих, что его было еле слышно, и так громок, что разнесся по всем уголкам рощи. Не знаю, где Сильвестр разыскал погребальный ритуал — похорон в волшебном мире не бывало с тех пор, как были рождены ночные призраки. И все же часть меня узнавала эти фразы — они были единственно правильными. Он нашел нужные слова.
? Нам было сказано, что мы будем жить вечно,? продолжал Сильвестр, глядя прямо на меня. — Это обещание было нарушено, и ныне графиня Дженэри ап Лириант, известная смертным как Дженэри О’Лири, лежит на смертном ложе. Она пересекла черту, из-за которой нет возврата, и обещание, что было нам дано, не уберегло ее.
Он повернулся, склонился над лежащей на костре Джен и поцеловал ее в лоб, а затем вновь обернулся к присутствующим.
? Она была дочерью моей сестры. Она была моей племянницей, матерью моей внучатой племянницы и еще тысячью вещей для тысячи людей. Смерть уносит даже бессмертных. Помните это, и будьте рядом с теми, кого любите, и старайтесь от каждого дня взять самое лучшее. — Он взглянул туда, где толпа кончалась, и я, проследив за направлением его взгляда, увидела, что там стоит Рейзел, со сложенными на груди руками и выражением скуки на лице. Ох, Сильвестр. Умирают всегда лучшие.
? Но есть надежда,? он сделал глубокий вдох и повторил:? Надежда есть. В мире, где одно обещание нарушено, возможно, другие будут сдержаны. И значит, она может обрести мир и покой… но без нас. — Он взмахнул рукой, и погребальный костер вспыхнул. Сильвестр выпрямился и сделал шаг назад. — Прощай, моя милая,? произнес он еще тише, чем прежде.
На какой-то момент Джен еще была видна сквозь дым, потом он окутал ее всю, и она исчезла. Она не спасла мир фейри — не спасла даже себя. Она жила и умерла, оставив нас скорбеть по ней и по всем потерянным душам Эй-Эль-Эйч, живущим и мертвым. Никто из нас не ушел оттуда прежним.
Ни один.
Дым клубился на фоне янтарного неба, и от этого так трудно было поверить, что что-то может длиться вечно. Возможно, Джен была и права; возможно, мир фейри умирает, и это его последний вздох… и все же время еще есть. Эйприл будет управлять Укрощенной Молнией вместо Джен. Если есть хоть один способ вернуть к жизни остальных — Барбару и Юи, Питера и Колина, даже Терри — она его найдет. У Эллиота и Алекса еще будет время начать жизнь сначала, у Квентина будет время выздороветь, у меня — вспомнить, что не все кончается плохо. У всех нас еще есть время, есть еще один шанс выжить.
Я найду свою мать, выясню, что с ней случилось. Что сломало ее, отчего она, увидев сегодня, что я бегу по роще к ней, сочла за благо исчезнуть.
Не отводя глаз от неба, я положила руку на плечо Квентина. Может быть, мир фейри действительно умирает, и, может быть, ничто не длится вечно, но я хочу верить Сильвестру. Что бы ни произошло, что-то все равно будет существовать.
Что-то останется.
конец