Чтение онлайн

Где-то за пределами его сознания смутные мысли, и неясные образы соединялись с этой мелодией. Теплые воспоминания, надолго нашедшие приют в уголках памяти, постепенно пробуждались. Он не мог понять себя самого. Мойра и до этого пела за обедами в Хоксфорде в присутствии Клер. Воспоминания о Клер не добавили ему спокойствия. У Аддиса возникло чувство, что он вот-вот должен что-то вспомнить. Что-то, постоянно ускользавшее от него и отказывающееся приходить на ум.

Ее голос наполнял его покоем, которого ничто не могло нарушить. Он снова ощущал свое лицо у ее груди, тепло ее рук, и покой, и любовь, и заботу.

Он разглядывал ее чистый профиль, выхваченный льющимся из окна светом. Все его существо искало воспоминаний, которые объяснили бы эту музыку.

Спой для меня. Где-то в мечтах, в воспоминаниях ты однажды уже делала, это для меня. Я знаю это. Забудь о других и сделай это снова. Пошли мне один только взгляд! Я хочу знать, что ты чувствуешь то же, что и я, что ты разделяешь мои мечты.

Она окончила песню, так ни разу и не посмотрев в его сторону, оставив его наедине со своими мечтами и разочарованиями. Он позабыл о гостях, и о детском голоске, возвратившем его к реальности.

— Голос ее заставляет плакать и терять голову, — Матильда с воодушевлением захлопала в ладоши. — Еще!

Лицо Мойры стало напряженным.

— Уверен, у этой женщины есть и другие обязанности, — возразил сэр Томас.

— Ну, еще хотя бы одну!

— Достаточно, доченька. Я уже устал от песен.

Она попыталась изобразить на лице обиду и надуть губки, но одумалась и решила себя не утруждать.

— Пожалуйста, какую-нибудь монетку. Я желаю одарить ее.

Томас нащупал в кошельке десятипенсовую монету, и Матильда подозвала Мойру.

— Это — тебе. В благодарность, что позволила нам насладиться твоим чудным голосом. — Она вжала монетку в ладонь Мойры. — Быть может, у меня будет еще много возможностей слушать твое пение в будущем, — сказала девочка шепотом, но так, чтобы услышали все присутствующие за столом.

Мойра посмотрела на монету, затем оглядела особу, протянувшую ее, и ласково улыбнулась.

— Вы слишком великодушны. Для меня было большой честью петь для вас, — она обратилась к Аддису, не глядя на него. — Милорд, теперь я могу удалиться?

Он с радостью позволил ей это, надеясь, что после своей песни она пребывает в том же состоянии, что и он.

Мойра поспешила в свой садик, где упала на землю, сжавшись под большим деревом и прислушиваясь к звукам, доносившимся со двора. Ее тело сотрясали рыдания, которые она не в силах была сдержать. Она зарылась лицом в колени, пытаясь хоть как-то приглушить всхлипывания.

Это не кончится никогда. Плач отчаяния опустошил ее. Мойра задыхалась, жадно глотая ртом воздух. Ей казалось, что грудь ее вот-вот разорвется. Собрав остатки последних сил, Мойра попыталась успокоиться и остыть.

Она исполнила свою обязанность и теперь могла полностью предаться своему безутешному горю. Ей чудом удалось сохранить хладнокровие и до последнего звука выдержать жестокую пытку той песни. Она пела только для них двоих. Это была ее прощальная песня любви…

Мойра отдала указания по подаче последних блюд на стол и даже помогла Джейн вымыть уже пустые тарелки. До нее доносились звуки разговоров за столом и смех, то и дело прерывавший беседу, пока гости не стали собираться домой. Она незаметно прошла вдоль стены, не оповестив никого о том, где ее искать.

Этот день она приготовила только для него, хотя он и сопротивлялся. Она сама занималась едой и угощениями, позаботилась о цветах, наняла музыкантов. Но она же дала клятву себе самой не предавать этому особого значения. Она организовала прием так, чтобы ей не пришлось входить в зал и видеть молодую леди, которой суждено было вернуть Аддису доброе имя. Мойра помогла ему так, как привыкла помогать всегда, но она не желала встречаться с тенями, пришедшими из прошлого.

Медленно разжав руку, она остановила взгляд на подаренной монетке. Ее контур четко отпечатался на ладони. Она глядела на нее сквозь наворачивающиеся слезы, и слова Матильды снова и снова звучали в ушах.

Она не могла более этого выносить! Не могла петь для них. Не могла служить им. Не могла видеть их. Не могла думать о детях, которые со временем у них появятся.

Отпускать ее на волю не входило в намерения ее сиятельного лорда. Независимо от того, останется она крепостной или обретет свободу, он рассчитывал оставить ее у себя, Мойра знала это. Девочка оказалась красавицей, яркой, непосредственной, живой. Он никогда не обращал внимания на тех, кто оставался в тени Клер. Почему он станет делать это сейчас?

Мойру душили рыдания. Она сделала несколько глубоких вдохов. Со двора послышались звуки трогающихся экипажей. Колеса повозок проскрежетали по камням и затихли вдалеке.

Она надеялась, что лорд не пошлет за ней и не станет ее искать. Ему сейчас предстояло строить планы и обдумывать предстоящую женитьбу. Если она еще раз повстречает сегодня Аддиса, это просто разобьет ее сердце на мелкие кусочки, и он наверняка заметит это. Ей не вынести такого унижения повторно.

Немного успокоившись, она поднялась и выглянула из-за дерева. Садик и двор были пусты. Мойра сложила цветы в подол и направилась к дому в надежде найти пристанище в своей скромной комнате.

Может быть, позже он переменит свое решение? Может быть, после того как женится, после того как Барроуборо вновь перейдет к нему, он все-таки уступит? Но она не переживет столь долгого ожидания. Давным-давно, еще будучи ребенком, она могла ждать как угодно долго, но тогда у нее не было иного выбора. Сейчас она уже не та девочка, и должна положить этому конец.

Мойра сидела на соломенном тюфяке, положив на колени корзинку с вышивкой. Перевернув вышивку наизнанку, она выдергивала стежки. Когда-то она надеялась, что со временем сможет приобрести небольшую придорожную гостиницу и мужа в придачу. Ее верный каменщик поговаривал о женитьбе, ничего не говоря о приданом. Рийс никогда не поднимал вопроса о том, чего не надеялся получить.