Чтение онлайн

– И тогда ты решил поставить точку?

Он покачал головой.

– Не тогда. К тому времени я уже даже не скучал о ней. Помню, как сидел дома в темноте, слушая тишину и думая о том, как хорошо быть одному и что мне хочется именно этого.

– Значит, у меня свидание с отшельником, – нервно рассмеялась я.

Он остановился, глядя на меня.

– Я – всего лишь тот, кто хочет расторгнуть брак, срок годности которого давно закончился. Когда она вернулась из Нью-Йорка, я заявил ей, что хочу развестись.

– Но она первой подала документы, – заметила я. Материалы дела я знала уже наизусть и помнила, что заявление в суд о расторжении брака она подала первой.

– Ей пришлось очень постараться, – ответил он таким тоном, словно давал понять, будто сожалеет о том, что оказался столь тяжел на подъем.

– И теперь мы имеем то, что имеем, – сказала я.

– Да, теперь мы имеем то, что имеем, – повторил он.

Автобус номер 19, мой автобус, остановился в нескольких шагах впереди, сверкая красными огнями, словно предупредительный знак. Из него вышли несколько человек, кутаясь от холода в пальто, и я вздрогнула, узнав одного из них. Пит.

Вот дерьмо.

Инстинктивно я выпустила руку Мартина.

– Привет. – Пит оглядел сначала Мартина, а потом перевел взгляд на меня.

– Привет, Пит, – вежливо откликнулась я, стараясь не думать о том, каким видела его в последний раз, когда он скользил губами по моей шее.

– Выходила в город?

– Всего лишь заглянула в «Оттоленьи».

– Заглянула в «Оттоленьи», значит? – повторил он, вопросительно глядя на Мартина.

– Ой, Мартин, это Пит Кэрролл, мой сосед.

– Мартин Джой, – сказал он, протягивая Питу руку. Но тот и не подумал ответить, держа свою руку в теплом кармане.

– Пит учится в Имперском колледже. В аспирантуре, – продолжала я, стремясь сгладить неловкость.

– Надо же, – заметил Мартин. – По какой специализации?

– Искусственный интеллект.

– А я работаю с финансовыми технологиями. Пожалуй, нам стоит поговорить, когда ты закончишь учебу.

Мартин на мгновение застыл в нерешительности, и я испугалась, что сейчас он достанет свою визитную карточку, но с облегчением вздохнула, когда он не стал этого делать. «Быть может, Пит забудет, как его зовут», – с надеждой подумала я, сознавая в глубине души, что обманываю себя.

– Ладно, мне еще надо купить молока, – сказал Пит, поворачивая к местному магазинчику.

– Увидимся на неделе, – как можно небрежнее бросила я ему вслед.

– Думаю, что ты ему нравишься, – прошептал Мартин, когда Пит скрылся внутри.

– Ревнуешь?

– Немного. Потому что мне ты тоже нравишься.

К этому моменту мы уже стояли перед входной дверью. Я знала, что сейчас мне представился последний шанс рассказать ему о том, какие чувства вызывает у меня Донна. Что я тоже ревную и расстроена их предстоящей встречей. Но мы уже находились на пороге моей квартиры, близко, совсем близко, и я не хотела сделать то, что могло погубить этот вечер, и потому предпочла промолчать.

– Вечер был просто замечательный, – сказала я наконец.

– Он еще не закончился, – улыбнулся Мартин и толкнул дверь, когда я повернула ключ в замке.

С Клэр Эверетт мы знакомы давным-давно. Еще с тех времен, когда я переехала из Аккрингтона в Бирмингем со всеми своими пожитками, которые уместились в пятидесятилитровом рюкзаке, купленном в «Миллетсе», что в Манчестере.

В общежитии она поселилась в соседней комнате. Она не походила ни на одну из моих прежних подруг; красавица из графств, прилегающих к Лондону, Клэр имела собственную лошадь и автомобиль, а еще училась в закрытом пансионе для девочек. Дружба наша наверняка стала бы мимолетной и поверхностной, порожденной географией и взаимной выгодой, и сама собой испарилась бы, как только мы нашли бы на курсе и в общежитии людей, с которыми у нас было больше общего. В то время в своем высокомерии она ничем, кроме лошадей, не интересовалась, но мне нравится думать, что я помогла ей обтесаться и стать классной девчонкой. Уже к Рождеству она сменила свои нарядные платья на джинсы и армейские ботинки «Док Мартенс». Клэр, в свою очередь, помогла мне стать своей среди представителей среднего класса. Несмотря на всю нашу несхожесть и разное прошлое, мы с ней сблизились и остались лучшими подругами даже после того, как десять лет назад она вышла замуж за своего университетского ухажера Доминика.

Клэр удобно устроилась на банкетке у барной стойки отеля «Хэм Ярд» и лениво грызла орешки васаби. Обычно я не захаживаю в подобные места, и, несмотря на то что на мне было новое платье, облегающее фигуру и подчеркивающее нужные выпуклости, я чувствовала себя не в своей тарелке. Клэр же, напротив, не растеряла своего прежнего лоска и вписывалась в здешнюю утонченную атмосферу с высокомерной непринужденностью. Собственно говоря, глядя на нее, я даже подумала, что сегодня вечером она выглядит, как хичкоковская блондинка [12] . Пожалуй, даже слишком похожа на нее, особенно если учесть, что она вдруг занервничала из-за того, куда мы собрались и с кем должны встретиться.

– Умираю с голоду. Надо было зайти куда-нибудь и поесть. Как ты думаешь, у нас еще осталось время? – поинтересовалась она, перебрасывая через плечо волосы средней длины.

– Вечеринка начинается в семь тридцать, а сейчас уже двадцать минут восьмого, – отозвалась я. Честно говоря, мне не терпелось поскорее оказаться на месте.

– Вот что, расскажи-ка мне о той вечеринке, на которую мы идем.

– Открытие какой-то выставки.

Вынув из сумочки билеты, которые дал мне Мартин, я протянула их ей.

– Живопись, – протянула она, насмешливо глядя на меня. – Ты увлеклась коллекционированием?

– Да ладно тебе. Мне просто подарили эти билеты, только и всего.

– Галерея Делоне, – прочла она, поднеся билет к самому носу, словно у нее развилась близорукость. – Хелен Норт. Никогда о ней не слышала. Хотя она должна быть хорошей художницей, если сумела устроить выставку у Делоне. – Она лукаво взглянула на меня. – Что ж, по крайней мере, там будут интересные мужчины. Коллекционирование картин теперь заменяет гольф, как сообщил мне кто-то на днях.

– А я-то думала, что гольф теперь заменяют велосипедные прогулки.

Клэр рассмеялась.

– Не важно. Я просто рада тому, что ты начала выходить в свет. Кстати, надеюсь, ты еще не передумала прийти на открытие ресторана Доминика. Ради тебя я по такому случаю собираю всех холостяков, которых мы знаем.

Допив свой бокал, я взглянула на нее. Клэр принадлежала к числу тех людей, которым я могла рассказать все. Она знала обо всех моих похождениях и страшных тайнах. Не только потому, что была моей лучшей подругой, а еще и потому, что в этом заключалась ее работа психолога.