Чтение онлайн

— Павлович.

— Евгений Павлович, вы можете меня чем-нибудь обнадежить?

Крючков ответил обтекаемо:

— Я должен прежде ознакомиться с материалами дела, а уже потом сделаю окончательные выводы.

— Скажите, а вас не смущает, что ответчиком выступает Людмила Ивченко? — осведомился Валерий Викторович.

— Нет. А почему меня должно это смущать? — удивился Крючков.

— Ну, видите ли, я уже обращался к нескольким адвокатам. Последний, то есть теперь уже предпоследний, прямо сказал, что у меня нет никаких шансов, и отказался вести мое дело.

— Интересно, кто же вам такое сказал?

— Фамилия того адвоката Белов.

— А, все понятно, вы просто попали не к тому человеку. Белов специализируется исключительно на дорожно-транспортных происшествиях, а ваш случай хоть и относится к ним, но является нетипичным. Здесь только один участник дорожного движения.

— А вы, простите, на чем специализируетесь? — поинтересовался тушканчик.

— Я, можно сказать, универсал. Вот что, Валерий Викторович, приходите завтра ко мне в офис. — Крючков протянул своему новому клиенту визитку. — Часам к двум. Не забудьте взять все документы по делу.

— Да-да, конечно. В котором часу, вы сказали, мне к вам подойти? — уточнил Ленцов, теребя в руках визитную карточку.

— В четырнадцать ноль-ноль, — повторил Крючков.

— Буду как штык, — заверил Валерий Викторович. — Аристарх, как же мне повезло, что я тебя встретил! Мы ведь лет пять, наверное, с тобой не виделись.

— Думаю, что поболее. Я уж решил, что ты с картами завязал, а ты, оказывается, уже давно переметнулся на спортивный покер.

— Да, вот так случилось… Аристарх, у тебя такой большой дом, такая красивая дочка…

— Внучка, — поправил Ариша. — Полетт — моя внучка.

— Пусть будет внучка. — Тушканчик уперся глазами в торт. Чувствовалось, что он боролся с желанием взять третий кусок. — Честное слово, мне у вас так нравится! Даже уходить не хочется… Время уже позднее, такси, наверное, сюда в такой час уже не заглядывает…

Я поняла: Валерий Викторович подводит разговор к тому, чтобы переночевать у нас. Врожденная культура — это то, что мешает человеку проявить свою природную наглость. Ленцову в данный момент ничто не мешало быть наглым. А вот Ариша заерзал на стуле, испытывая моральный дискомфорт. Он хотел лишь познакомить меня с человеком, который может быть полезен в моем собственном деле, но явно не собирался оставлять его на ночь. Крючков почувствовал нашу с дедом напряженность и, чтобы разрядить ее, предложил:

— Может, довезти вас до города? Я на машине и как раз сейчас собираюсь уезжать.

— Было бы замечательно! — воскликнул тушканчик. — Какие вы все милые люди!

Мне было приятно, что Женька, недолго думая, принес себя в жертву. Я могла себе представить, каково ему будет находиться один на один с беспардонным балаболом. А потом мне стало стыдно за то, что я обозвала Крючкова по телефону маменькиным сынком. Обстоятельства действительно порой бывают выше наших планов. Нам с Женькой никак не удавалось побыть вдвоем, все время вмешивался форс-мажор.

Я вдруг озадачилась вопросом: как повела бы себя Алинка в данном случае? Наверняка она не стала бы церемониться с тушканчиком и выставила бы его за дверь. Может, мне стоило вызвать ему такси?

Однако что-либо менять было уже поздно. Гости встали из-за стола и стали прощаться…

Евгений позвонил мне на следующий день ближе к вечеру и спросил:

— Полина, ты сегодня вечером в город не собираешься?

— Собираюсь. А что?

— Я очень хочу тебя увидеть. Может, поужинаем где-нибудь?

— Давай, — сразу же согласилась я. И тут же намекнула: — Знаешь, Женя, я слышала, что в «Адриано» готовят отличную пиццу…

— Где? В «Адриано»? Впервые слышу о таком заведении. Где оно находится? — уточнил Крючков.

— Не знаю. Может, ты выяснишь?

— Попробую, — сказал Женька и отключился.

Прошло около часа, прежде чем он перезвонил мне.

— Полина, а ты ничего не перепутала? У кого я ни спрашивал о пиццерии «Адриано», никто о ней не слышал. В справочной тоже не дают ее телефонов.

— Наверное, она только недавно открылась.

— Возможно. Раз уж ты захотела пиццу, то я предлагаю тебе встретиться в «Лежио».

— Ладно, — согласилась я. — А во сколько?

— В половине седьмого.

— Хорошо, до встречи, — сказала я и отключилась.

Меня разобрал нешуточный интерес, почему никто не может сказать ничего вразумительно о пиццерии «Адриано». Я попробовала найти информацию о ней в Интернете, но безуспешно.

Об Александре Ивченко упоминания нашлись лишь на нескольких горовских сайтах. Но зато какие! Примерно пять лет назад в числе прочих горовских художников он участвовал в восстановлении изразцов Воскресенского храма в поселке Курлыкино. Двумя годами позже А. Ивченко номинировался на премию «Лучший горовский художник-портретист», правда, не получил ее. В прошлом году он пожертвовал десять тысяч рублей на восстановление здания детской художественной школы. Людмила Дмитриевна должна, наверное, гордиться своим сыном: чьи-то сыновья попадают в криминальные хроники, о Саше же пишут только хорошее. Он и церковь восстанавливал, и в конкурсах участвовал, и благотворительностью занимался. Хотя что такое десять тысяч рублей? Их можно проесть за один вечер в ресторане, а можно купить сотню килограммов краски и обновить фасад двухэтажного кирпичного здания…

Я немного поразмышляла о том, как все в нашем мире относительно, и набрала в строке поиска имя — Ивченко Людмила Дмитриевна. Компьютер выдал около двухсот ссылок. С одного сайта я переходила на другой, удивляясь противоречивости информации об этой особе. Даже год ее рождения невозможно было точно установить. В одной статье промелькнуло, что госпожа Ивченко в прошлом году с размахом отметила свой пятидесятилетний юбилей в ресторации «Новый век», а в другой Людмила Дмитриевна была названа среди апрельских юбиляров нынешнего года.

Сколько раз она была замужем и каково ее семейное положение на данный момент, тоже было неясно. Но по крайней мере три раза она точно сочеталась законным браком. Ее первый супруг, Семен Ивченко, был штукатуром-маляром. Через два года после свадьбы произошел несчастный случай, в результате которого он погиб. Людмила одна воспитывала сына и вторично вышла замуж, когда Саше уже стукнуло восемнадцать. Ее второй муж, Сергей Коновалов, был одним из учредителей горовской газовой компании, в которой она работала начальником финансового отдела. Через два неполных года супруги развелись. Вскоре Людмила Дмитриевна переехала в областной центр и сделала головокружительную карьеру, став генеральным директором «Облгаза». Такой скачок перестал казаться мне странным, когда я узнала, что третьим мужем Ивченко стал Владимир Бочкарев, начальник областного комитета промышленности. Впрочем, брак с ним тоже оказался недолговечным.