Обмануть судьбу
Шрифт:
– Виор..., - с отчаянием произнес в спину задержавшемуся другу беглец, - ты же практически не знаешь его... никто из вас не знает... Неужели, не смотря на все, что мы вместе пережили, через что прошли, ты послушаешь его и...
– Не мне решать, слушать его или нет. А вожак уже сказал свое слово, - тихо обронил оборотень, даже не смотря в сторону пса, - Тебе среди нас больше не место.
Весь запал беглеца исчез. Потому что смог понять, что не давало ему покоя с момента встречи со стражами.
Вожак стаи сделал свой выбор. Он просто не пришел. Не счел нужным прощаться с лучшим другом, с тем, кто долгие годы служил ему верой и правдой, кто столько лет защищал его ценой собственной жизни...
Волк молча смотрел в след удаляющимся стражникам границы. Ещё сегодня утром он был одним из них, гордых и уверенных в себе хищников, не боящихся никого и ничего...
Его предали те, на чью помощь он рассчитывал.
Ночное небо затянули свинцовые тучи. Под струями весеннего дождя земля в считанные мгновения превратилась в липкие комья грязи, в которых вязали лапы. Струи холодного дождя неприятно холодили спину уставшего хищника, медленно удалявшегося от спасительного дома.
Волк нашел укрытие к утру. Забравшись в глубокую нору между корней деревьев, он обессилено опустил голову на вытянутые лапы и немигающим взглядом смотрел в царившую в лесу темноту. Все та же тишина, воцарившаяся в лесу после его ухода, не смогла обмануть зверя. Он чуял, что там, среди почерневших стволов деревьев, скрывались те, кто на рассвете не оставят от него живого места. Стражники получили новый приказ и не отстанут от него до тех пор, пока провинившийся оборотень не покинет пределы земель клана... или не умрет от их клыков...
Теперь ясно, почему погони не было. Его враг решил не тратить на беглеца силы и время, предоставив более долгую и мучительную смерть за пределами земель оборотней...
Зверь невесело усмехнулся.
Пределы земель... Там ему одному не выжить. В империи его никто не ждет, в Рассветный лес соваться нельзя... Королевство Онтверт? Это тоже не лучший вариант. Сейчас там полно охотников на оборотней, которые живо заинтересуется отбившимся от стаи волком. Без поддержки стаи ему не выжить...
...Не выжить... ты слишком слабый маг, чтобы противиться силе молодых борзых магов-охотников... Но ведь это можно исправить, не так ли?
Волк тревожно вскинулся, острым взглядом окинув сгустившиеся за пределами норы сумерки. Незнакомый голос, прозвучавший в считанных шагах от него, заставил нервно ощериться и прижать к голове уши.
Слишком странным был этот голос, больше похожий на змеиный шелест...
Не меня тебя нужно бояться, волк... неужели ты думаешь, что твой враг отпустит тебя? Нет, он из тех, кто никогда не забывает своих недругов... Если тебе повезет и госпожа Удача позволит тебе выжить, рано или поздно он найдет и уничтожит тебя, как тех, других... У тебя достаточно сил, чтобы отстоять свою жизнь?
Чутье оборотня молчало. Кем бы ни был нежданный доброжелатель, жизни волка он не угрожал.
Предатель заинтересовано склонил голову на бок. Если это был посланные покровительницей клана шанс, то он не имел право его упустить...
'И что ты можешь предложить мне?'
Тихий смех на грани слуха...
Многое, волк... Многое...
В темноте лесной чащи сверкнули два сине-зеленных змеиных глаза...
Волк покинул свое логово на рассвете. Гроза, гремевшая где-то на севере земель Д'аркв'ир, улеглась так же внезапно, как и началась. Лишь припорошенная каплями воды первая трава напоминала о ночном дожде.
Окинув полным боли взглядом родные места, зверь неспешно направился на запад, к границе империи Алькании и Теневого королевства...
Новая жизнь началась.
Глава 1
Вася, подъем!
Четыре сотни лет спустя...
– Вася! Ва-а-ася-а-а!!
– противным голосом выли за окном, - Васи-и-или-и-ий!
Я лениво приоткрыл правый глаз... Точнее, попытался. Глаз не открывался. Левый тоже не поддавался на уговоры, видимо из солидарности с правым. Попробовал открыть глаза рукой. Та начала бурно возражать против такого варварства, выражая протест сильной болью и ломотой. Все остальные части моего тела поддержали её порыв. Теперь у меня болело всё.
– Вася, подъем! Труба зовёт!
– продолжали верещать у меня под окном.
Мне удалось разлепить правый глаз! Обозрев задумчивым взглядом открывшийся взору пейзаж, пришел к неутешительным выводам: во-первых, судя по большому количеству пустых бутылок, вчера здесь было весело. Во-вторых, проанализировав состояние своего организма, могу с уверенностью заявить - было ОЧЕНЬ весело. В-третьих, порывшись в памяти, я узнал голос орущего под окном субъекта - надрывался мой вчерашний собутыльник. Если б я ещё вспомнил, по-какому поводу мы вчера... хм... веселились, цены бы мне не было. Ой, моя голова...
– Василий, или ты выходишь, или я за себя не отвечаю!
– пригрозили под окном.
Я встал. С трудом, оханьем, аханьем, но встал. Комната отплясывала чунга-чангу, но меня это не остановило... Почти... Зарубка на память: оббить все острые углы мебелей мягкой тканью...
На негнущихся ногах дохромал до окна и с укором посмотрел на друга:
– Чего орешь?
Брюнет с янтарными глазами окинул меня возмущенным взглядом. Под правым глазом гордо сверкам темно-фиолетовый синяк.
– Кто-то вчера говорил, что ему сегодня надо явиться в Онтверт, и этот "кто-то" очень просил ему об этом напомнить. Не догадываешься, кто этот "кто-то"?
Я счёл выше своего достоинства отвечать на провокационный вопрос собутыльника. Вместо этого с грустью разглядывал в зеркало свою небритую и помятую физиономию, подбитый левый глаз (теперь понятно, почему он не хотел открываться) и художественный беспорядок на голове. Осторожно потрогал "боевое украшение" и поморщился от резкой боли: