Чтение онлайн

Все посмотрели на Терезу.

– Джей не стал бы убивать моего родного отца, – заметила та, хотя в словах прозвучало такое же сомнение, что отражалось и во взгляде.

– Во всяком случае, – сказал Тревис, – зачем крутиться здесь, жениться на Терезе, а затем сбегать?

– Чтобы дать имя своему ребенку, – сказала Линн.

– Ребенку?! – Евгения уставилась на дочь.

– Его отозвали по делам, – стояла на своем Тереза, она вызывающе подняла подбородок, готовая дать отпор каждому, кто осмелится бросить вызов.

Евгения вздохнула.

– Я согласна с Тревисом. Джей – хороший юноша и изрядно потрудился, помогая отцу вернуть состояние. Убийство… – она покачала головой. – Ни один из Проскаудов, да любой из наших знакомых, не мог его совершить.

Белль остановилась рядом с Евгенией.

– Мне жаль, что пришлось обманывать вас, но я, – она бросила взгляд на сестру, – чувствовала это необходимым. Но теперь наш отец на свободе. И хотя мы не знаем, где он, его свобода – самое главное. Наши поиски завершились. Вы сможете простить нас?

Евгения улыбнулась.

– Конечно, – она похлопала Белль по руке. Трекстон шумно вздохнул и выбежал из комнаты.

Белль смотрела вслед и почувствовала, как сжалось сердце. Он уходит от нее, из ее жизни, а она не знает, что делать.

«Иди за ним!» – подсказал внутренний голос.

Подобрав юбки, Белль бросилась к двери. Она была вынуждена задержаться в галерее, пока глаза не привыкли к темноте. На черном небе виднелся тонкий золотой месяц, слабо освещающий окутанную ночью землю.

– Трекстон? – Белль всматривалась в темноту сада, но ответом была только тишина. – Трекстон?

Где-то крикнула птица, испугав девушку. Она отпрыгнула и зацепилась юбкой за шипы розового куста. Рывком высвободила юбку и побрела по узкой тропинке, освещенной бледным светом луны. Остановилась в дальнем конце сада. Справа простирались пастбища, слева находились конюшни. Прямо перед ней виднелась дубовая роща, поросшая мхом, за ней – хлопковые поля. Белль, как безумная, огляделась по сторонам. Куда исчез Трекстон? Не мог же он уехать? Взять своего коня и отправиться в Техас, не попрощавшись со всеми? С матерью?

Вдруг внимание привлекли какие-то серебристые блики – на чем-то блестящем отражался лунный свет. Белль посмотрела в темноту. Сквозь сучковатые, раскидистые, поросшие испанским мхом ветви огромных дубов проникали лишь слабые лучи света. Она подошла ближе и смогла рассмотреть очертания мужчины, прильнувшего к толстому стволу дерева. Он стоял спиной, опершись на дерево и скрестив на груди руки.

– Трекстон? – тихо окликнула Белль. Она медленно подошла, испугавшись, что он уйдет или не захочет с ней разговаривать, а может быть, и то, и другое вместе. Ее глаза блестели от подступивших слез, руки дрожали, а сердце билось в безумном темпе.

И тогда Трекстон посмотрел на нее. Свет луны падал на лицо, и Белль заметила, что оно непроницаемо, как гранит, и холодно, как металл. Гнев уничтожил остатки теплоты и мягкости.

– Опять задумала какую-нибудь интригу? – его ледяной тон сильнее грубых слов резанул ее, словно нож.

Белль остановилась в нескольких шагах.

– Трекстон, я никогда не хотела играть тобой.

– В чем дело, меня так легко одурачить? Белль слышала боль в его голосе. Она вдруг вспомнила записи в дневнике Евгении и поняла, почему Трекстон так злится. Очень давно Джульетта Вушон сказала, что любит его, а затем предала, и теперь он думает, что Белль поступила точно так же.

– Трекстон, я не Джульетта.

– Нет? Но ты такая же, как она.

Слова ударили Белль в самое сердце.

– Нет, – прошептала она. – Ты ошибаешься. Она не любила тебя, а я люблю.

– Тогда тебе не повезло, – Трекстон оторвался от дерева. – Прощай, Белль, – он прошел мимо, не взглянув на нее.

Белль повернулась.

– Черт, Трекстон, ты не можешь бросить меня. Он оглянулся.

– О, даже так?

– Нет, не можешь, и, если попробуешь это сделать, я последую за тобой. Меня не волнует, куда и как далеко ты отправляешься и сколько времени это займет, я еду с тобой.

Трекстон пожал плечами.

– Будь моей гостьей.

– Куда ты едешь? – с паникой в голосе крикнула Белль.

Не отвечая, он направился в сторону конюшни.

Белль вдруг испугалась, как никогда в жизни. Трекстон бросает ее. Она побежала за ним.

– Куда ты едешь?

Он не ответил, а продолжил свой путь, при каждом шаге тихо позвякивали шпоры.

Белль вцепилась в рукав его рубашки обеими руками.

– Черт возьми, Трекстон, куда ты едешь?

– Домой, – прорычал он, ответ слетел с губ прежде, чем Трекстон успел подумать.

– В Техас? – настаивала Белль.

– Да, в Техас, – буркнул он таким же резким тоном. Трекстон попытался высвободить руку. – Белль, отпусти мою рубашку.

– Нет.

Он уничтожающе посмотрел на нее.

– Белль, нам больше не о чем говорить. Все разговоры окончены. Ты сделала то, зачем приехала.

Из глаз Белль брызнули слезы, но она не отпустила рукав.

– Трекстон, ты никуда без меня не уедешь!

– Я еду в Техас, а затем отправляюсь на войну, где, скорее всего, погибну. Если хочешь поехать со мной, отлично. Путь свободен, – он вырвал рукав из ее руки.

– Отлично, именно так я и поступлю. Какую мне седлать лошадь? – Белль вошла в конюшню вслед за ним. – Думаю, раз путь до Техаса долгий и мы не знаем, сколько времени займет дорога, когда ты вступишь в армию, следует оседлать самую лучшую и выносливую лошадь, верно?

Трекстон посмотрел на нее и взял поводья Плута.

– Бери какую хочешь. Разве не так ты всегда поступаешь?

Белль пропустила мимо ушей его сарказм и подошла к стойлу с красивым гнедым жеребцом.

– Он выглядит вполне дружелюбно, – Белль окинула жеребца взглядом. – Большой и сильный.