Чтение онлайн

Если Кира раньше считала, что видит мир ярким и объёмным, то теперь осознала всю убогость человеческого глаза, не улавливавшего и десятой доли истинной красоты. Нити магии, нити самой жизни пронизывали всё вокруг, и стоило потянуть за одну из них…

Прежде Кира ничего подобного не испытывала. Даже когда укрощала вышедшую из берегов реку в Сарнии — там она была лишь наблюдателем, пусть и чувствовала бурлящую внутри силу, а всю работу выполняла оболочка. Благо хоть не приходилось размахивать руками и шептать заклинания на древнем языке. Теперь же Кира встала у руля. И в полной мере ощутила свою связь с этим новым миром. Связь не тела — души.

Когда эверт шагнул вперёд, она от испуга излишне сильно дёрнула за уже выпавшую из общего полотна нить. Этот обвал всё равно случился бы, но не сегодня и не с таким размахом. А благодаря Кире посреди леса разверзлась настоящая пропасть, и она с ужасом наблюдала, как гаснут во тьме этой бездны бьющиеся огоньки жизненной энергии выкорчеванных деревьев.

В каждой молекуле, в каждом атоме…

Кира не собиралась вредить, не хотела, всего-то пыталась защититься.

Камни и ветки, поднятые в воздух, тоже были излишними. Проявлением слабости. Она ведь могла призвать ветер и попросту смести обоих мужчин, сбросить в расселину. Или вновь раскурочить землю, прямо под их ногами. Но по их жилам мчался золотистый свет, яркий, манящий, а сердца бились так неистово и живо…

Разве можно уничтожать нечто столь прекрасное?

Только испугать, развернуть, прогнать. И сбежать.

Потому что страх никуда не делся. Потому что они всё равно сильнее, пусть и без магии. Потому что в одиночку целый мир не одолеть. В одиночку глупо, опасно и незачем…

И потому что она просто не сумеет нарушить целостность невероятного сияющего плетения самой природы.

— Мы не тронем, — вновь заговорил бронзовый, только теперь не успокаивающе, а как-то отстранённо, словно думал совсем о другом. — Не тронем.

Кира смотрела на него, стоящего по другую сторону пропасти, а в голове пульсировала единственная мысль: «Я так и не знаю его имени». И почему-то в этот момент чёртово имя проклятого эверта казалось чем-то критически важным и жизненно необходимым.

— Имя, — прохрипела Кира.

— Что?

— Как тебя зовут? — повторила громче, не узнавая собственного голоса.

Бронзовый удивлённо открыл и закрыл рот.

— Как?! — почти в истерике выкрикнула Кира.

Неужели так сложно назвать имя?

— Дэшшил, — торопливо ответил эверт. — Дэшшил Наездник. Дэш.

Что ж они все тут такие шипящие, точно змеи…

Кира понятия не имела, что делать дальше. Запустить в них пару камней, чтоб дали дёру? Как-то сомнительно, что эти отступят… Впрочем, попытаться стоило.

— Уходи, Дэшшил Наездник, — велела она, а затем кивнула на второго эверта, застывшего изваянием за спиной друга. — И этого уводи.

Повисло молчание. Бронзовые не сдвинулись с места.

— Уходите! — рявкнула Кира, и в их сторону полетело сразу несколько снарядов, правда, все угодили в землю вокруг неподвижных фигур.

— А ты что будешь делать? — спокойно уточнил Дэшшил.

— Тебя не касается.

— Не дури. Давай просто поговорим.

— О чём? Обсудим, как мне… лучше раздеться?

Он досадливо скривился и потёр лоб:

— Мы должны были проверить. Ты… необычная. Думали, не пустышка.

— Я не пустышка!

Нервы сдавали. Кира самой себе казалась неуравновешенной истеричкой. Камни вокруг неё тряслись и грозили вот-вот попадать наземь. Нити силы уплывали из рук.

— Не пустышка, — согласился эверт. — Но… проклятье, мы не тронем! Давай вернёмся на поляну и спокойно поговорим. Ты же повелеваешь стихиями, чего тебе бояться?

Того, что стихии изменчивы, а силой своей Кира ещё толком не овладела.

Зрение почти вернулось к нормальному, и она поняла, что если сама не отступит, то позорно погребёт себя под своим же оружием. Ослабив хватку, Кира медленно опустила парящие снаряды вниз и полностью вернулась к реальности. Такой тусклой и невзрачной…

— Говори здесь.

Она слегка встряхнула руками, чувствуя внезапное облегчение. Не притворяться… наконец-то не нужно притворяться! Можно почесать нос, если чешется, размять затёкшую спину, втянуть ароматный воздух полной грудью, глазеть по сторонам, улыбаться и плакать. Такие простые радости, которых смертельно не хватало.

И плевать, что это разоблачение наверняка ни к чему хорошему не приведёт. Даже ради мгновения подобной свободы стоило уже давным-давно рискнуть жизнью.

— В лесу свои обитатели, — произнёс Дэшшил. — Я бы не хотел привлечь их криками, а на таком расстоянии тихо не поговоришь.

— Мне всё… — Кира не закончила, осеклась.

Потому что за бронзовыми появился алый зверь и уставился на неё огромными грустными глазами.

— Чешка, вернись на место, — приказал эверт, но она перебила:

— Нет.

Зверь покосился на хозяина, потом вновь глянул на Киру и вдруг отошёл назад, разогнался и в один прыжок преодолел пропасть, даже не расправляя крыльев. Приземлился, разбросав вокруг комья земли, и сделал ещё несколько осторожных шагов, словно опасался спугнуть.

— Чешка!

Возмущённый оклик эверта его не впечатлил. Чешка уже улёгся у ног Киры и уткнулся мордой ей в живот, наслаждаясь ласковыми поглаживаниями.

— Хороший, — прошептала она, — хороший.

А подняв глаза, увидела, как Дэшшил шевелит губами, что-то неслышно бормоча себе под нос.

— Забирайся в седло, Чешка перенесёт, — наконец повысил он голос.

— Мне и тут…

И вновь её прервало появления красного зверя — Мирины, на которой ехал второй эверт. Во всяком случае, по кличке Кира предположила, что это самка. И в отличие от Чешки, её было видно издалека. Щепки и листья разлетались во все стороны, а каждый мощный прыжок сопровождался громким вскриком. Подлетев к бронзовым, Мирина встряхнулась всем телом и боднула своего хозяина в плечо, отчего тот вышел из некоего подобия стоячей комы.