Чтение онлайн

Но одно дело вводить в заблуждение публику. Обманывать себя — совсем другое. Эта мысль напомнила Дастину о сложности положения, в котором он оказался. Дастин мог называть Николь жокеем, но он никогда, даже на самый краткий миг, не мог смотреть на нее как на мужчину.

Выпив залпом коньяк, Дастин задумчиво повертел в руке пустой бокал. Он ожидал, что маскировка Николь доставит некоторые трудности, но не мог представить, что его чувства к Николь проявятся с такой силой, что он не в состоянии будет с ними справиться. А именно так и случилось. Только что эти светящиеся триумфом аметистовые глаза, это лицо, полуприкрытое жокейской кепочкой, но такое неописуемо прекрасное, заставили Дастина выдержать нелегкую битву с его инстинктами. Ему пришлось призвать на помощь все свое мужество, чтобы не стащить Николь со спины коня и не заключить в объятия.

Но… он дал слово.

Так когда же, черт побери, пройдет это наваждение? Дастин не мог избавиться от своих чувств, но он не мог и поступать, руководствуясь ими. По крайней мере до тех пор, пока Николь сама не сделает шага навстречу. Даже при самом благоприятном стечении обстоятельств сексуальная увертюра будет для Николь такой же чуждой, как и затягивание корсета. К тому же редкие визиты, которые она ему позволила, будут происходить в коттедже под бдительным оком отца.

Перспектива невеселая.

А времени у Дастина не так уж много, потому что, как только будут найдены угрожавшие Нику Олдриджу преступники, у Николь отпадет всякая необходимость в маскировке. И тогда она, вероятнее всего, исчезнет из жизни Дастина так же стремительно, как и появилась. И не только по соображениям приличий, но и ради себя самой. Дастин чувствовал ее смущение так же ясно, как то, что разбудил в Николь женщину. Сейчас она ошеломлена силой связавшего их чувства. Господи, да то же самое происходит и с самим Дастином! Но Николь молода, неопытна. И упряма. Ее страхи могут одержать верх над чувством и вынудить к бегству. Лишь от Дастина зависело не допустить этого. Но как?

Дастин снова наполнил бокал и принялся мысленно бранить себя за то, что воздвигает для себя непреодолимые преграды. В попытках успокоить Николь он сам угодил в ловушку.

«Думай, — приказал себе Дастин, ставя на стол бутылку. — Выход должен быть. Я должен сдержать свои обещания перед Николь, не дав ей при этом ускользнуть».

Есть!

План, возникший в уме Дастина, был очень рискованным и мог навсегда отвратить от него Николь. С другой стороны, осуществление этого плана могло оказаться единственно верным путем к решению мучительных вопросов.

Он должен пойти на этот риск!

Дастин снова посмотрел на часы. С утренним собеседованием он покончит быстро, поскольку окончательное решение у него фактически созрело. Оба тренера, претендовавшие на место в конюшнях Тайрхема, имели безупречные репутации и отличные рекомендации. Но Раггерта, одного из кандидатов, предложил Дастину граф Ленстон, чья интуиция почти не уступала интуиции самого Дастина. Ленстон до небес превозносил достоинства Раггерта — факт, решительно склонявший чашу весов в пользу последнего. Таким образом, место Бенкса будет заполнено, и Дастин сможет сосредоточить все внимание на дерби. И на Николь.

Подойдя к столу, Дастин придвинул к себе бумаги. Прежде всего надо поскорее расправиться с делами. После этого он намеревался отправиться в часть поместья, где обосновались арендаторы, для разговора, возможный результат которого так волновал Дастина. Разговор этот мог окончательно определить его будущее.

На стук Дастина никто не ответил. Впрочем, учитывая ситуацию, удивляться этому не приходилось. Выждав время, необходимое обитателям коттеджа на то, чтобы прислушаться, Дастин снова постучал и тихо произнес:

— Это я, Тайрхем.

Щелкнула задвижка, и дверь слегка приоткрылась: невидимый пока хозяин изучал гостя. Мгновение спустя дверь отворилась нараспашку.

— Входите, милорд.

Переступив порог коттеджа, Дастин увидел худого темноглазого человека, в котором тут же узнал Ника Олдриджа.

— Заприте дверь, — посоветовал Дастин и протянул навстречу руку. — Рад познакомиться, Олдридж.

— Для меня большая честь познакомиться с вами, милорд, — ответил Олдридж, пожимая руку его светлости. — У меня нет слов, чтобы выразить благодарность.

Пропустив слова Ника мимо ушей, Дастин огляделся.

— Мы можем поговорить в гостиной, — предложил Ник. Он провел гостя в небольшую уютную комнату. — Что вам предложить? По части готовки мы с Ники не великие мастера. Но у меня есть неплохой ликер. Очень освежает, хм…

Вспомнив, как описывала свои кулинарные способности Николь, Дастин не смог сдержать улыбку:

— Ничего освежающего не требуется, благодарю. Я совсем недавно плотно позавтракал. Кроме того, мне не хотелось бы терять время. Мы многое должны обсудить.

— Это точно. — Ник жестом пригласил Дастина садиться, после чего сам опустился в мягкое кресло.

— Прежде всего хочу извиниться за то, что пришел несколько раньше, — начал Дастин, устраиваясь на краешке дивана. — Знаю, что вы не ждали меня раньше полудня, но утренняя встреча оказалась настолько же краткой, насколько успешной, и я взял на себя смелость явиться прямо к вам домой. Надеюсь, что доставил вам не слишком много неудобств.

— Милорд, меня смущают только ваши извинения, — сказал Ник, в нетерпеливом ожидании подавшись вперед. — У вас нашлось время для утреннего собеседования… Означает ли это, что Проказница… — Олдридж неловко закашлялся. — Я хотел спросить: неужели Николь поладила с вашим жеребцом?

Прозвучавшая в голосе Олдриджа нежность была так же трогательна, как и отеческая гордость, отразившаяся на его лице.

— В рекордное время, — улыбнувшись, сказал Дастин. — Целый час они с Кинжалом шли рысью, двигаясь так, словно работали в паре месяцами. Способности вашей дочери поразительны.

Лицо Ника осветилось счастливой улыбкой:

— Рад это слышать. Она прирожденный наездник.

— Вы об этом сообщили в рекомендательном письме.

Улыбка сошла с лица Ника.

— Простите меня за тот обман, милорд. Если бы у нас был другой выход…