Чтение онлайн

— Ну, значит кто там, на ШОПИНГ собирался?! Где бабло?! — Ангус, тут же отчинил 300руб.

Крутя колошами мы отправились по извилистым улоч­кам кишлака, переступая через трупы «ДУХОФ» и горы фа­садных камней.

Через, пару минут, мы оказались около проломанной стены, где догорал второй бэтэр, из нашей колонны. Во дво­ре богатого дома, валялось около 30 трупоф, три из которых были НАШИ:

— А вот и «БЕРЁЗКА»! — сказал начальник дисантуры, — Берите, чё хотите! Вощем, что влезет в ваш оставший­ся грузовик, без колёс! Когда мы вошли в особняк, то сразу прихуели от персидских ковров, телеков и прочих джакузи! Мы с Ангусом, сразу застолбили невьебенный двух кассет­ный магнитофон ПАНОСОНИК и коробку чистых кастет SONY. Я был без ума от счастья! На прощанье, подошёл стар­ший, он пнул нагой коробку Пакистанского вискаря и протя­нул буханку хлеба:

— А это подарок Бочьке! Ну, чтоб было веселее — слу­шать вашу музыку!

— Не понял?! Зачем нам булка?! У нас хлеба два мешка! — Москалёк, тут же врубился и говорит:

— Бочка! Не тормози! Нам подгон — АФГАНСКОГО ГА­ШИША! Это просто ПИНК ФЛОЙД какой-то, а не войнуха!

— АААА?! Москаль соображает! Вощем, артиллерия, слу­шай мой приказ! Щас когда, мы на наших грузовиках вывезем важные трофеи, я подам вам сигнал ракетой. После этого, вы уберете весь этот мусор! Понятно вам?!

— Не понял товарищ полковник?! Какой мусор?!

— Да хер тут не понимать, то ?! Просто всё ЭТО — сравняете с землей! Чтоб было просто ВСЁ ровно! Теперь понятно?!

— Теперь понятно! Дать 666 залпов по местным трущёбам! — он раздобрился, улыбнулся и похлопал меня по пле­чу: — Давай Псков руби шакалоф! Тока по моему сигналу!

— Есть!

— И что было дальше? — удивлённо спросила панк гер­ла...

— Когда мы вернулись к себе на горку, нас ждал страш­ный удар судьбы. Все оставшиеся на позиции были мертвы. Они валялись в самых нелепых позах, в том числе и лейте­нант. Вернее он продолжал мертвым смотреть в стационар­ную трубу. Мы подбежали к рации, но она была в дребезги разбита кувалдой. Мы были в ахуе, от круговорота событий. Два маленьких батла Вискаря, тут же были выжраты. Мы си­дели курили «приму» и просто охуевали...

Из состояния шока, нас вывела красная ракета:

— Бля, какой-же я дурак! Надо срочно сообщить полков­нику, что ДУХИ, положили ВСЕХ НАШИХ! Я бросился к гру­зовику, открыл дверь, но рации на сиденье уже не было! Я точ­но помню, когда мы подъехали на позиции, я положил её на сиденье!!! 10 минут назад — она была, а теперь просто испа­рилась! Я метнулся к обрыву, чтобы замахать руками или по­дать сигнал, но лишь застал — ХВОСТ колоны из 15 грузо­виков и БЭТЭЭРОФ, удаляющихся в клубах пыли... Я сначала даже и не подумал, как и когда эти грузовики смогли заехать в кишлак и выехать из него...

День клонился к закату, несмотря на выпивку, меня на­чал одолевать жуткий страх. Я реально врубился, что мы ос­тались втроем, и на десятки километров вокруг нас — НЕТ НИКАКИХ НАШИХ и нет СВЯЗИ! Ситуацию спас Ангус:

— Смотри БОЧКА! Я забил большой ДЖОЙН! Теперь надо всё прекрасно организовать и УБРАТЬ МУСОР!

Около нашего орудия, мы постелили ковры, передвину­ли к нему палатку, поставили туда персидские диванчики, красиво расставили кальяны, японский телевизор и магни­тофон. Врубили дизель, музыку и ПОКУРИЛИ АВГАНСКИЙ ДЖОЙНТ!

— ПАЦАНЫ! Я вам клянусь! ЭТО приход, даже с еблей сравнить НЕЛЬЗЯ!...

— Везёт тебе!

— Затем мы ебанули вискаря и начали делать свою рабо­ту — убирать МУСОР. Было уже темно. Первый фугас метнули для маркировки, а когда их улетело штук двадцать, то весь аул стал прекрасно освещён! Нам было очень весело это де­лать...

Мы валялись на персидских коврах, слушали альбом группы «СЛЕЙД-80», курили гашишный кальян и постоян­но ржали. Иногда мы советовались с мёртвым лейтенантом и даже разговаривали с ним, а иногда даже выполняли его при­казы. Он приказал нам, сложить наших товарищей в кучу и как в древнем РИМЕ, сжечь их на огне. Мы сделали всё, как он приказал...

Вощем, курили и херачили три дня! Иногда мы даже па­лили сразу из трёх орудий. Вначале всё было как на луне, а по­том заровнялось, по всей видимости, там внизу даже скор­пионов и ящероф не осталось....

Когда начальство приехало, нас всех демобилизовали и отправили в Москву, а там положили в «дурку», в «Ганушкино»! Вощем, как я понял, из США зарубились! Назревал ме­ждународный скандал — «РЕЗНЯ в АХМАРЕ». Поэтому всю батарею представили психами! Парни, но я то — не псих?!

— А сколько, ты там валялся?!

— Пять месяцев на галопередоле!

— Понятно! Тебе дико не повезло. — теперь, я понял, по­чему Бочка немного странный. Советские психиатры сделали из него — «немного» дурачка! Вот она самая гуманная Совет­ская ПСИХИАТРИЯ!

Мы были впечатлены, но соло взяла «ЛЮСИ», она осто­рожно спросила:

— И сколько там, в этом кишлаке «АХМАР» — обитало мистических «ЗЛЫХ ДУХОФ»?

— Да хер его знает, не считал! Наверное 3 или 5000 голоф! Или 6000! Вощем, немного, меньше даже, чем например, в Великих Луках, в центральной части....

— А этого гашиша, у тебя не осталось случайно? Напри­мер, хотя-бы горбушки?!

— Да есть ещё малость! Мы его в цинковом гробу тону привезли! Нам мальца парни отчинили!

Я вошёл в ацкое возбуждение!:

— Бочка говори правду! Можешь ли ты прямо щас, сматаца не за САМОСАДОМ, а за Афганским гашишем, о ко­тором пел Джорж Харисон и Пинк Флойд и срочно привезти его нам! Именно тогда, когда ты его нам принесёшь — мы сможем послушать Севу Новгородцева!

Вскоре дождь вообще перестал барабанить по крыше, во­круг разлилась первозданная свежесть, пели соловьи и све­тила луна. Вскоре на велике приехал Бочка. Не помню как, мы курили и что говорили, но я скоро отрубился с Лили, в слад­ких грёзах и в одежде, на узкой железной койке, а Сева Нов­городцев и Бочка продолжали капать на мозги:

Добрый вечер, друзья...Сегодня мы закончим рассказ об австралийской группе AC/DC, начатый две недели назад, но сначала — очередной выпуск рок-хроники:

31 августа. В 1976 году в этот день закончился судеб­ный процесс, ответчиком в котором был Джордж Харрисон. Процесс этот Харрисон проиграл, судья решил, что его пес­ня «My Sweet Lord — Дорогой мой Господь» слишком похожа на песню «Не Is So Fine», исполнявшуюся в свое время амери­канским вокальным квартетом «Ши Фонз».