Чтение онлайн

–  Марсель, - проговорила Хатч.
– Я все еще не могу поверить, что такое возможно.

–  Если вы имеете дело с Французом, - усмехнулся он, - то возможно все. Гравитация цепко ухватится за нас, но к тому времени, когда вы туда попадете, мы уже будем в режиме торможения.

–  Замечательно.

–  Мы забираем вас ровно в тот момент, когда стержень начнет двигаться вверх.

–  Так, говоришь, отверстие диаметром пятьдесят три метра?

–  Совершенно верно. Половина футбольного поля.

–  Не промахнуться, - сказала Хатч.

–  Уж мы старались.

Она произнесла тихо, поскольку не хотела, чтобы кто-нибудь услышал:

–  Теперь верю, что мы выберемся отсюда!

Найтингейл смотрел вниз, на бушующие повсюду грозы. Неестественно-черные жуткие облака, подсвеченные огнем, вспучивались на огромную высоту.

У него перехватило дыхание. Что бы ни случилось, они не могут вернуться туда. Да поможет им Господь. Ему не хотелось здесь погибнуть. И он не желал, чтобы остальные знали, что он чувствует. Все были страшно напуганы; это-то он осознавал. Однако остальные, похоже, лучше умели держать себя в руках.

Умоляю тебя, Боже, не дай мне оказаться разорванным на кусочки.

Голос Марселя потрескивал в приемнике, давая Хатч указания снизить скорость или подправить курс. Или подняться чуть выше. Голос был ровный и холодный. В нем не чувствовалось никаких эмоций. Но он говорил доверительно.

Да, разумеется, ему не сложно вести себя уверенно. Найтингейл отдал бы все на свете, лишь бы в эти ужасные мгновения оказаться рядом с Марселем, надежно укрытым в одном из сверхсветовых кораблей.

Насколько он знал, Хатч ничего не рассказала остальным о его поведении в лифте. И даже с ним этого не обсуждала, не считая ответа на выраженное им сожаление. И все же в ее глазах он читал разочарование. Презрение. Много лет назад, когда Макаллистер выставил его на посмешище перед всем миром, он был способен разумно обосновать свои действия. Любой человек подвержен стрессу. Тем более, он был серьезно ранен. Он мало спал в то время. Он…

…но все это теперь не важно.

На этот раз его трусость была несомненной. И он не способен дать внятное объяснение ни другим, ни себе самому. Когда это все завершится, он, если не погибнет, уедет в Шотландию. И спрячется от мира.

–  Марсель, это Абель. Обреченная начинает распадаться.

Капитан переключил экран на климатолога.

–  Как? Почему? Что происходит?

–  В океанах появились огромные разломы. То же самое произошло на двух материках. На Конце Времени началось извержение нескольких вулканов. Исчезла вся восточная граница побережья Глориамунди. Одна ее часть поднялась на шесть километров. И продолжает подниматься. Происходят гигантские землетрясения на обеих полушариях планеты. Повсюду потоки лавы. Парочка вулканов проявилась даже в Туманном море, совсем рядом с тем местом, где недавно сидел посадочный модуль.

–  Наши наверняка в безопасности. Они уже достаточно высоко.

–  Думаешь? Только что на Глориамунди произошло такое извержение, что часть лавы попала на орбиту.

–  Покажи мне, где они, - попросил Марсель.
– Я имею в виду вулканы Туманного моря.

Киндер оказался прав: два активных вулкана находились близко к маршруту полета. Однако невозможно было задать обходной маршрут. Такой, чтобы модуль оказался в нужном месте, когда прибудет сеть. Оставалось только продолжать лететь вперед и надеяться.

–  Спасибо, Абель!

Киндер лишь угрюмо проворчал что-то в ответ. Кто-то положил руки ему на плечо и протянул записку. Тот нахмурился.

–  В чем дело?
– осведомился Марсель.

–  Подожди.
– климатолог посмотрел куда-то в сторону, кивнул, опять нахмурился и заговорил с пришедшим. Марсель не слышал их разговора. Потом Абель возвратился к монитору.
– Северный Темпус уходит в Атлантику.

–  Тонет?

–  Да.

Один из экранов все время показывал корпус «Венди». Марсель заметил на нем движение, но все случилось так быстро, что он не был уверен, не плод ли это его воображения.

–  Спасибо, Абель, - снова поблагодарил он климатолога.

Марсель внимательно посмотрел на экран. Какая-то тень промелькнула мимо «Венди», и тотчас же исчез один из его сенсоров. Отсек связи был разворочен, электронные приборы разлетались в пустоте. Марсель переключился на ИИ и поймал голос Билла посреди шумового потока: «…несколько расположенных в носовой части систем. Интенсивность потока, похоже, убывает…» Голос пропал, изображение Билла на экране помигало и исчезло. Вскоре оно появилось, и Билл стал докладывать об оценке нанесенного ущерба. Потом картинка опять исчезла.

Николсон, сидя в кресле командира корабля, получил донесение, что связь с «Венди» прервалась.

Он спросил техника, нельзя ли ее возобновить.

–  Капитан, проблема совершенно не в этом, - ответил тот. Другой техник отмотал пленку с записью того, что происходило некоторое время назад.

Николсон взглянул на Марселя.

–  Что, черт подери, случилось? Ты сможешь в этом разобраться?

–  Сдается мне, слишком много камней и прочей космической дряни, - обронил Марсель.
– Кстати, будет намного хуже, когда Джерри подойдет ближе.

Экран оставался пустым.

–  А что если нам не удастся восстановить связь?

–  А нам это и не нужно. Билл знает, что делать. И все ИИ тоже. Пока чрезвычайные обстоятельства не потребуют от нас корректировки курса и прочего.

Кэньон сидел в расслабленной позе человека, свидетельствовавшей, что он весь внимание.

–  Выходит, это был твой первый выход наружу, Том. Не мог бы ты рассказать нам, о чем думал, покидая воздушный шлюз?

Сколари самому захотелось расслабиться.

–  Ну, Август, я знал немного о том, что мне предстоит. Поэтому я просто решил это сделать, и все.
– Ответ, разумеется, прозвучал по-дурацки, но у Тома внезапно наступило полное поглупление. Как же меня зовут?
– Я имею в виду, опасность была не такой, чтобы возникало желание сбежать оттуда. Просто речь шла о жизни и смерти.

Он посмотрел на Клео, которая с невинным видом разглядывала потолок.

–  Ну а вы что скажете, Клео?
– осведомился Кэньон.
– Наверное, когда смотришь вниз и не видишь ничего, это здорово действует на нервы?