Чтение онлайн

Но Донни был настойчив в поцелуе — словно с его помощью хотел вживить свою новую идею прямо в Джоанну. Но она почему-то думала сейчас не о Донни, мысли ее вновь унеслись к той коротенькой мимолетной прогулке под дождем и к тому ощущению небывалого душевного уюта и спокойствия, окутавшему ее тогда, как безбрежное море. Разве мог этот пафосный поцелуй Донни сравниться с нежной силой Капитана, когда он помогал ей подняться на борт, а потом спуститься, и с его взглядом, когда он, улыбаясь, смотрел на нее, промокшую с головы до ног, на пороге «Соловьев»?! Ей вдруг захотелось вновь испытать это ощущение, и в нетерпеливом порыве она оттолкнула мужа.

— Торжественная церемония? — Джоанна рассмеялась, чтобы скрыть раздражение. — Это мило, Дон. Но по-моему, мы и так женаты. Разве нет?

— Ты не понимаешь!.. — Во взгляде Донни была мольба. — Это мне нужно! Мне. Я стремился к этому. Все эти годы. Ты же знаешь, Джо. И ты меня до сих пор не бросила. О таком я мог бы разве что мечтать! — Глаза его блестели.

— Ой, Донни!.. — Джоанну тронули его слова, но вместе с тем она понимала, что они были произнесены слишком поздно.

— Ты не бросила меня, Джо, и я сделаю все, чтобы ты об этом не пожалела. Я сделаю все, чтобы ты почувствовала себя самой счастливой женщиной на этой гребаной планете!

Похоже, впервые в жизни Донни говорил такие вещи от чистого сердца; Джоанна даже чуть не клюнула, но спохватилась, припомнив, что слышала подобные цветистые обещания уже много-много раз — обещания, за которыми следовало или которым предшествовало полное дерьмо. Этого дерьма она уже порядком наелась.

— Я тебе так скажу, Донни: я оценила твой жест. Он очень романтичен, но я не считаю, что в нем есть необходимость.

— Он необходим мне. Я тебе об этом и говорю! — Донни взял ее руку, поднес ее к губам, испепеляя при этом Джоанну страстным взглядом. — Мы начнем все сначала, Джо! Мы выберемся из этой помойки и начнем новую жизнь. Счастливую жизнь, Джо! Заведем детишек полный дом! Ведь мы же хотели, помнишь?

— Но тебе нравится эта помойка, — сказала Джоанна. — Ты сам-то подумай, далеко ли мы из нее уйдем?

— Как это? — сказал Донни. — Уйдем куда захотим. Куда угодно. Ухаживать за больными и стричь волосы можно везде. Мы вообще, если хочешь, можем быть кочевниками. Такой образ жизни нам подойдет.

— Во-первых, Донни, я не хочу быть кочевником. Во-вторых, я никогда не говорила, что хочу иметь много детей. Ты, наверное, перепутал меня с кем-нибудь из своих подружек.

Донни обиделся.

— Эй, это удар ниже пояса! У нас все-таки годовщина!

— Ну и что? При чем тут годовщина?

— Да что такое, Джо? Что происходит?

— Ничего не происходит! — отрезала Джоанна.

У Донни отвисла челюсть, и он растерянно уставился в пустоту.

— Только не надо устраивать мне вот этого, Донни, — сказала Джоанна. — У меня, знаешь ли, был очень тяжелый день, и я не могу сейчас думать о таких вещах.

Но Донни воспринял эти слова по-своему.

— Это ты не устраивай мне вот этого, Джо!

— Не устраивать тебе чего, Донни? Ты вообще о чем?

— Ты изгаляешься надо мной, — обиженно сказал он. — Пытаешься отомстить мне за что-то! И главное, в какой день! В день нашей годовщины! Это неправильно, так нельзя, Джо!

Джоанне вдруг стало противно, что он прикрывается годовщиной, используя ее в своих целях. Так же противно, как если бы он вообще забыл об этой дате.

— Знаешь, что я поняла, Донни? — сказала Джоанна, изо всех сил стараясь держать себя в руках и не переходить на крик. — Я поняла, что не могу доверять тебе. Ты потерял мое доверие. Кто обманул один раз, будет обманывать всегда. Это наукой доказано. Откуда мне знать, не валялся ли ты сегодня днем в постели с какой-нибудь сучкой из своего салона? А, Донни? Откуда мне знать? Может, мне по постели пошарить, сережку поискать или волосинки чужие?

— Я завязал со враньем, Джо, я больше не вру тебе, — продолжал канючить Донни. — Это раньше было, это был другой Донни, а сейчас Донни новый. Видишь, я даже надел брюки парадные для тебя!

— Тогда ответь мне честно. У тебя был кто-нибудь за последние три месяца?

— Чего?..

— Смотри мне в глаза, Донни, и отвечай правду. Я хочу, чтобы ты поклялся жизнью своей матери.

— Эй, только не надо впутывать сюда мою маму! У нее и так проблем по уши.

— Нет, поклянись ее жизнью!

— Ну хорошо, хорошо. Клянусь жизнью своей матери, что у меня никого не было за последние три месяца. Так тебя устроит?

— Ты целовался с кем-нибудь?

Донни усмехнулся:

— Меня зовут Дон, а не Дон Жуан.

— Так целовался или нет?

— Да нет же, Господи Боже!

— Поклянись жизнью матери! Давай!

Отведя глаза в сторону, Донни торопливо проговорил:

— Клянусь жизнью своей матери, что я ни с кем не целовался.

Потом он злобно и как-то затравленно посмотрел на Джоанну, как смотрит тот, кого загнали в угол.

— Ну? Теперь довольна?

Джоанна укоризненно покачала головой:

— Какой же ты врун, Донни! А еще клянешься жизнью своей матери. Своей собственной матери!

— Я не вру, Джо, — устало проговорил Донни, желая, по-видимому, дать ей тем самым понять, что она все выдумывает. — А тебе никогда не приходило в голову, что ты склонна к паранойе?

— А если и склонна, то кто в этом виноват?

Тут Джоанна нарушила свое обещание больше никогда не упоминать о его прошлых прегрешениях, чем, кажется, вывела Донни из себя.

— А как насчет тебя самой? — спросил он с видом человека, готового начать крушить все. — С кем ты сама-то спала? Сколько мужиков у тебя было за этот год?