Чтение онлайн

— А ты ожидал цветы и вино? — хрипло пробормотала госпожа Вольт, силясь отыскать взглядом Лейврна и понять, что с ним сделали, — прости, но в другой раз.

Эмиль ничуть не расстроился, что женщина осталась в этот раз без должного наказания, но оценил ее стойкость и уже не стремясь причинить лишнюю боль, вырубил ее одним движением. Это было лучшим выходом, чтобы не ждать, когда она сумеет взять себя в руки и ожидать от нее нового удара. Он легко подхватил обмякшее тело ведьмы и быстро внес ее в Фиолетовый сад, где давно был облюбован один из заброшенных гротов. Это место никто не посещал кроме него самого, поэтому Эмиль чувствовал себя здесь полноправным хозяином. Он не обманул, когда сказал Ведаре, что этот сад создали его родители: это действительно было так. Его мать лично сажала великолепные фиолетовые астры, заполонившие собой огромное пространство.

Посадив бессознательное тело ведьмы на землю в небольшой темной пещере, он для пущей надежности привязал ее руки к штырю в стене на уровне полуметра от земли, а затем вернулся за бароном и проделал ту же самую процедуру. Лейврн, в отличие от комиссара был не слишком-то ему и нужен, поэтому вампир еще окончательно не решил, что именно с ним делать. В любом случае оставлять его там, где барона могут найти раньше времени, ему было не с руки.

Ведара провалялась без сознания почти всю ночь, придя в себя лишь на рассвете, когда упрямые солнечные лучи, продравшись сквозь листву высоких деревьев, нахально ласкали ей лицо. Эмиль не стал оттаскивать пленников вглубь грота, устроив их у самого входа. Он мог не бояться, что их вдруг услышат, даже если они вдруг придут в себя и начнут орать и громко звать на помощь. Эта пещера была окружена старой забытой магией и не пропускала никаких звуков дальше, чем на несколько шагов.

Голов болела дико, конечности затекли и словно кололи миллионом маленьких иголочек, в горле пересохло, но главное, она была жива, хоть и связана. Пошевелив руками, расположенными над головой, Ведара невольно застонала: Эмиль позаботился о том, чтобы ведьме было максимально неудобно.

— Лейврн, ты жив? — почему-то шепотом позвала Ведара, разглядывая привязанного рядом к железному крюку мужчину.

Лейврн был одет в пыльные темно-коричневые брюки и легкие лаковые ботинки, рубашка на одном плече порвана, правая скула и бровь на склоненной к плечу голове рассечены, но кровь уже не текла, запеклась темно-бордовой корочкой. В отличие от ведьмы, мэр Маккендзи был оформлен по правилам: чтобы нейтрализовать мага, ему действительно надо было зафиксировать руки так, чтобы лишить возможности делать пассы. Магия ведьм от подобных манипуляций никак не зависела, идя изнутри, из души.

— Лейврн?!

— Неужели и правда, помер? Жаль, я только придумал ему подходящую роль в моем маленьком спектакле, — радостно осклабился Эмиль, неожиданно возникая на пороге пещеры.

Выглядел он великолепно, даже небольшие усы не вызывали такого явного отторжения, как при первой встрече. Темные волосы гладко зачесаны назад, а высокое худощавое тело было задрапировано в бирюзовую тунику с узорчатой вышивкой, швы которой были отделаны золотой каймой. Ведара скептически осмотрела стоящего перед ней мужчину и попыталась улыбнуться:

— Я смотрю, у вашей милости неожиданно появился вкус.

— Просто приготовился к твоему Обряду, это ритуальная одежда для всех мужчин, участвующих в процессе, — любезно ответил вампир.

Он подошел к напрягшейся женщине почти в плотную и прошептал прямо в губы, сжатые в тонкую линию:

— Только жаль, что ты до него не доживешь. Смешно смотреть, как храм Баст украшают цветами, и все сбиваются с ног в поисках невесты. Церемония должна начинаться уже в полдень и завершиться к полуночи.

Эмиль с демонстративной нежностью провел худой ладонью по лицу ведьмы, и ей стоило немало усилий, чтобы не ударить по нему силовой волной и показать, что ей по-прежнему доступна магия. Вампир, чувствуя себя хозяином положения, гордо вскинув длинный орлиный нос.

— Может, стоит отправить твою голову выскочке Шайенну к началу церемонии? Как думаешь, он сильно расстроиться?

Ведаре расставаться с головой не хотелось категорически, поэтому она осторожно пробормотала.

— Я точно расстроюсь. А вот ему плевать, он влюблен в Латифель.

Эмилю было без разницы к кому пойдет верный пес графа, в конечном итоге ведь главное, чтобы Мердо и все его окружение страдало. А смерть человеческой ведьмы из чужого королевства и особиста, служащего короне, окончательно обострит отношения между двумя государствами.

— Это не важно, потому что после твоей трагической гибели, наш Владыка будет вынужден действовать и чтобы не допустить ненужных действий со стороны Рут, уберет дискредитировавшего себя графа. Я единственный наследник графской короны и фамилии Соммерсет и с удовольствием приму эту ношу. О, Баст, как здорово об этом рассказать хоть кому-то, тем более что скоро тебя будут поедать черви.

У Ведары язык чесался ответить по поводу червей, но провоцировать того сумасшедшего вампира было нельзя. Поэтому она с трудом подавила в себе отвращение и желание пнуть этого мерзавца и протянула:

— А я все гадала, зачем нужны были эти убийства, ну никак не могла отыскать причину. Даже Шайенна умудрился подставить, не побоялся, что тебя вычислят через это, но ошибся.

Эмиль чуть наклонил голову в бок, смотря на хорохорившуюся ведьму как на удивительный феномен.

— Ошибся? Какая уже разница, где я наследил, если после твоей смерти всем будет плевать, и никто не станет разбираться. Я уже подготовил неопровержимые улики, которые скоро начнут находить повсеместно и Мердо арестуют свои же поданные.

Это не звучало как угроза, он просто констатировал факт. Если Ведара не выживет, Мердо будет обречен на бесславную казнь, а этого допустить она не могла. И не только потому, что он не виновен и может пострадать просто так.

— Я не знала точно, что это ты. Доказательств не хватало, но то, что ты подкинул образцы своего почерка в кабинет сэр Херефорда, поняла. Вычислить тебя было не трудно, но смущало отсутствие мотива.

Эмиль не стал комментировать то, что, по его мнению, и так было очевидно и глядя на беззащитную шею Ведары раздумывал, что именно сделать с ней. Выпить ее так же, как других невест он мог, но не хотел, потому что смерть пришлого комиссара должна была стать кульминацией в его плане. В этот раз нужно обставить все по-новому, грандиозно, а не повторять то, что уже было. В горле ведьмы пересохло, она чувствовала опасность, которая висит над головой и, как назло, в этот момент не знала, что предпринять.

— Почему именно alere? — хрипло вырвалось у нее, — они же так ценны для вашего народа. Неужели нельзя было как-то иначе убрать Мердо с пути?

— Если б я стал вредить отцу напрямую, то источник проблемы нашли бы очень быстро, — скривился Эмиль, — меня бы поймали, если б я решился убить его самого. При нем на самом деле находиться очень хорошая охрана, один его сенешаль чего только стоит. Нет, самого Мердо трогать было нельзя, хотя хотелось. Да и девушек, пока они не прошли обряд и не обратились в вампиров убить легче, чем если бы они стали одними из нас.