Чтение онлайн

Сидорович вернулся с еще одним обрезом и коробкой патронов.

— Старый ты черт, у тебя еще есть? Я думал, ты свой отдашь, — восхитился Дима.

— Держи карман шире! Пользоваться хоть умеете? Давай покажу.

…Славку мы встретили на лестничной площадке, где он разрисовывал пол кусочком мела.

— Почему ты играешь один? — поинтересовался я.

— Катька болеет, — отмахнулся мальчик. — Ой, а что у вас за пазухой?

— Ничего, малец. — Дима плотнее запахнул гимнастерку, скрывая обрез. — Болеет? А что с ней?

— Так мама говорит, я не знаю.

Я присел на корточки рядом.

— А Катя ничего не рассказывала после вчерашнего? Она видела внизу… кого-нибудь?

— Не, она вообще со мной не разговаривает. Лежит и пялится в одну точку. — Слава пожал плечами.

Мы попросили нарисовать, где он нашел консерву. Оказалось, действительно недалеко, буквально два поворота от лифта до нужного помещения. Дима приободрился.

— Вы снова хотите спуститься? Дядя Сергей, возьмите меня с собой. Я больше не испугаюсь, честное слово! Я вам дорогу показывать буду.

— Спасибо, дружище, ты и так помог. А теперь для тебя еще одно задание. — Я придвинулся ближе к ребенку и заговорщицки зашептал: — Охраняй сестру, ты ей нужен. А еще о нашем разговоре ни слова, даже маме с папой. Понял?

Мальчик кивнул трижды, видно, для убедительности.

— Это будет наш секрет, как у партизанов. Знаешь, кто такие партизаны? Нет?

По правде говоря, я и сам не знал, слышал лишь обрывки баек, из тех, что рассказывают старики после кружки самогона. Из тех, в которых ничего не понятно и ничему не веришь.

— Вот вернется Серега и расскажет. — Дима потянул меня за руку. — Пойдем.

Мы дождались отбоя на кухне, гоняя кипяток. По очереди сыграли с Алиной в шашки и даже выпили по чарке с расщедрившимся Вовчиком его отвратного пойла. Собираться стали быстро и тихо, понимая, что второй раз от Полины нам так просто не ускользнуть. К счастью, тетя вновь была занята утешением нашей соседки.

— …я чувствую, понимаешь? Будто не моя больше дочь. Она не говорит со мной, ничего не кушает, не спит… Правда, даже глаз не сомкнула, а ведь уже сутки прошли! Смотрит только, внимательно так, пронзительно.

Обрывок разговора долетел из комнаты, пока я проверял вместимость наплечных мешков.

— Ну ты сама подумай, какого страху там девочка натерпелась, — тихий голос Полины, казалось, может обволакивать собеседника. — Сколько времени провела одна в темноте. Дай ей время. Вы сейчас очень нужны своей дочери. Вы с мужем и Славик. Будьте рядом и будьте терпеливы. Давай я тебе еще накапаю.

— Это не самое странное, — голос женщины стал приглушеннее, пришлось дышать через раз, чтобы расслышать отдельные слова. — Помнишь платьице ее, то, серенькое? На днях она прожгла в нем дыру спичкой, случайно уронила на подол. Я заштопать не успела. А теперь нет ее, дыры той. А я точно помню… Мне кажется, что с ума схожу.

Всю дорогу до четвертого этажа у меня не выходило из головы легкое платье девочки, прикрывающее тощие коленки. «Сначала был грохот, потом нас подбросило, Катька даже подбородок разбила», — сказал Славка в лифте. Но я не помнил ни единой ссадины на лице девочки.

И лишь скрип открывающихся дверей шахты оторвал меня от странных мыслей. Аварийное освещение больше не горело, теперь в проеме нас ждала лишь тьма.

— Готов? — в притворной браваде Дима похлопал меня по спине.

Нет.

* * *

В первую очередь мы сделали то, о чем я не додумался в прошлый раз — включили свет. Бегло изучив тянущиеся по стенам кабели, Дима потянул меня за собой.

— Смотри. — Он показал на железную коробочку, спрятанную между вереницей проводов. Такие встречались через каждые пять-десять шагов. — Это датчики на Самосбор. Только на этажах их в стены прячут, а здесь решили не заморачиваться.

Рубильники обнаружились уже за первым поворотом. Но тусклое свечение ламп не сделало это место привлекательней, потолки бетонного лабиринта словно опустились еще ниже.

А вот полагаться на маршрут Славы было ошибкой. То ли света спичек оказалось недостаточно, то ли страх заставлял бежать не разбирая дороги, но мальчик перепутал повороты.

Мы осторожно шли по бесконечным коридорам, стараясь не создавать лишнего шума. Осматривали каждое помещение, что встречалось по пути: в пустых проемах лежала только пыль. Когда мы нашли место с разбросанными на полу огарками спичек, я почувствовал, как натягиваются тяжелые канаты внутри. Прислушался, пытаясь уловить знакомый стук.

— Проверим еще несколько и поворачиваем, — тихо сказал я. Уходить слишком далеко от лифта не хотелось.

Дима лишь крепче сжал обрез и упрямо двинулся вперед. Что ж, иногда упрямство действительно вознаграждается.

Та комната отличалась от других размерами и казалась просторней, несмотря на стройные ряды стеллажей.

— Да тут на весь блок хватит… — мы, затаив дыхание, осматривали полки, забитые блестящими консервами.

ГОСТ 5284-84/4

ГОСТ 9936-76/4

ГОСТ 2903-78/4…

Полдесятка ничего не говорящих нам обозначений и ни одной этикетки. Я с ужасом представил, сколько ходок нужно сделать, чтобы унести хотя бы половину.

— Предлагаю взять каждого вида по одной, а остальных набрать уже знакомого тушняка. — Дима гремел банками, набивая рюкзак. От предвкушения сегодняшнего пиршества наши желудки урчали в унисон.

Сложно описать чувство, переполнявшее нас в тот момент. Наверное, нечто оставленное в далеком детстве, за границей обыденной серости. Нечто настолько непривычное, из-за чего мы не сразу заметили лежащее буквально в паре метров тело.