Чтение онлайн

Максим сразу взял пять бутылок. Немного постоял, подумал и купил ещё две. Так...! На всякий пожарный....

Через несколько дней, что бы пополнить домашний запас коньячка на будущие времена, он опять зашел в тот же магазин. И в тот момент у него, у Максима был, наверное, довольно глуповатый вид. Он молча смотрел на пустую витрину, стеллажи и полки. Не было ни вина, ни водки, ни коньяка. Стояло только дешёвое кислое, сухое вино.

Максим молча вышел из магазина, он даже ни о чём не стал спрашивать продавца. Он и сам всё понял. Мужики в буквальном смысле попили всё. Всё, что льётся и пьётся. И вино, и водку и коньяк, и всё остальное, по нарастающей цене. Им было всё равно, что пить.... Лишь бы по мозгам шибало...
– "Ой, как нехорошо вы поступили ребята...!" - в сердцах, но при этом очень "культурно и очень интеллигентно", об этих самых ребятах, проглотивших всё спиртное, подумал он.

Но, так, или иначе, Максим не смог пополнить армянским коньяком свои винные погреба.... И вот эти свои драгоценные семь бутылок, Максим растягивал, как только мог. Доставал коньяк, только по большим праздникам, наливал, и то, по чуть-чуть, и в самую маленькую рюмочку. Он его больше нюхал, чем принимал во внутрь.

На часах было без четырёх минут двенадцать. По телевизору, вкрадчиво и почти задушевно, с чуть заметным волнением, определённым старанием и усердием, при этом тщательно подбирая слова, и стараясь не ошибиться в правильности их произношения, постепенно проникая и вкрадываясь, как пение (или Вой...) сирены..., в головы, и в само сознание, доверчивого и во многом глупого российского люда, целенаправленно раскидывая повсюду, свои уродливые щупальца, порождающие метастазы, некой, неотвратимой и заразной болезни..., по всему телу большой и основательно больной России, - под названием Русская демократия..., - шуршал свою поздравительную речь п(резидент), и он же одновременно..., - царь наш рОдный батюшка, царь всея Руси....

Максим налил в бокал шампанское, и стоя ждал боя кремлёвских курантов.

Когда они пробили двенадцать раз, Максим поздравил себя и всех отсутствующих..., с наступившим Новым годом, выпил шампанское..., и уже в который раз за сегодняшний вечер, подумал о Рите.

Затем он пошёл к шкафу, достал из него ракетницу, вышел на балкон и вместе с другими жителями города, стреляющими всем чем ни попадя, в ночное, звёздное небо, уже сам выпустил три светящиеся ракеты. Когда они разноцветной радугой зависли в этом ночном небе, он вновь вспомнил Риту и невольно сравнил её с этой самой сияющей в вышине радугой....

Ночное небо светилось и вспыхивало разными цветами праздничного фейерверка. Люди гуляли, веселились, радовались частенько сами, не зная чему, а жизнь продолжалась, жизнь неумолимо, катилась дальше...!

– Ээх-ма..., горе от ума..!
– представляя себе это пьяное людское веселье, подумал Максим - "Жизнь то идёт! И жизнь катится. Кто не пьёт и не гуляет, потом хватится...!

Максим ещё немного посмотрел на этот небесный калейдоскоп, организованный пьяным, весёлым и на всё и вся наплевавшим народом, вернулся в комнату, и в одиночестве, сел к своему праздничному столу.

Ему сейчас было хорошо и спокойно, и тоже было почему-то на всё наплевать. Он налил в рюмку коньяка, пожелал себе здоровья, теперь уже в Новом году, и медленно, смакуя, выпил его, за искоренение алкоголизма в нашей стране, и в нашей, такой экологически нечистой, людской среде....

Откинувшись на спинку кресла, Максим задумчиво смотрел на красивую, новогоднюю ёлку, на блестящие игрушки..., и опять подумал о Рите.

Последнее время, он вспоминал её, всё чаще и чаще, как вспоминают красивую, разноцветную радугу после дождя. Это получалось помимо его желания, как-то само собой. С тех самых пор, как Рита не сдала вступительный экзамен в Ростовский институт народного хозяйства, и уехала к себе домой в Ульяновск. С того дня прошло почти семнадцать лет. А разноцветная радуга Любви, которую Рита подарила Максиму, когда-то очень давно в Ростове..., осталась с ним. И Максим помнил это Всегда.

Максим всё больше и больше понимал, что именно Рита, так внезапно исчезнувшая из его жизни, для него, для Максима, представляла в ней, самую большую в этом мире ценность. Это она, Рита, когда-то давно, семнадцать лет тому назад, как в Русской волшебной сказке, в каком-то воздушном, упоительно-захватывающем, Вечном танце, нашей бесконечной, прекрасной и загадочной Вселенной..., подарила ему маленький кусочек Счастья, который впоследствии, оказался самым драгоценным, самым желанным и самым дорогим для его сердца камнем, имя которому..., - Любовь....

Это она, Рита, дала Максиму глоток Живой воды, которая всю жизнь, неощутимо и незаметно для него самого, поддерживала его жизненные силы, исцеляла и согревала его уже изрядно уставшую Душу. Давала ему желание жить дальше....

Ни Вика, с которой он виделся в прошлом году, находясь в отпуске, ни Изольда, надолго приковавшая его к себе своей непомерной страстью, ни другие женщины, которых он встречал на своём пути, ни даже Инна, ни сыграли в жизни для него такую роль, какую сыграла всего за один месяц Рита.

Максим теперь уже знал, что "болтаясь...", как говорят многие мужики, по "бабам"...," и, подбирая с них только одну замусоленную и слюнявую шелуху, прогорклую пену и объедки, он по большому счёту никогда не добирался до главного, - до сути, до Души...!

Всё было легкомысленно, пОшло и в высшей степени бессмысленно.

Он сейчас, не мог вспомнить даже просто имена многих женщин, с которыми ему приходилось, ложиться в постель.

Максиму иногда казалось, что он, большую часть своей жизни, чем-то очень сильно, напоминал волка - одиночку в тайге, высматривающего свою очередную жертву, или бездомного, голодного кобеля, бесцельно снующего по городским улицам, и мусорным свалкам, не пропускающего ни одну "суку", у которой началась течка.... И которой, было практически всё равно, с кем сегодня "лечь в койку", в очередной собачьей конуре....

Максим был по настоящему счастлив в своей жизни с женщиной, всего только один месяц. Только один...! Всё остальное можно было отдать коту под хвост. Всё остальное, ничего не стоило. Абсолютно...!

– Ну и дела...!? Ай да я! Ай да ухарь!
– думал он - Прожить почти сорок лет, и из этих сорока лет умудриться быть нормальным, счастливым человеком всего лишь один месяц...! Ну, ты Максим и молодец, среди отары овец...!

– Я должен разыскать Риту...
– как бы утверждая для себя это, думал Максим - И я её, разыщу...! Во что бы то ни стало! Ведь я её, сам того до конца не осознавая, любил все эти семнадцать лет. Риту и больше никого. Она всегда была в моём сердце, и пусть в его дальнем уголке, но всегда жила и была со мной. Незаметно для меня самого, согревала меня. Просто я со свойственной многим людям жизненной слепотой, не видел этого, или того хуже, старался это, просто не замечать.... Сколько же я потерял, и не просто времени, а счастливого времени!? Просто страшно даже подумать...!

Сам себя обокрал...!
– про себя, вполне искренне ужаснулся Максим - Ведь всю жизнь я прожил одиночкой, хоть всегда и имел видимое жильё и друзей, но всегда был каким-то бездомным, бродячим и гончим псом. А всё это "созвездие..." из встретившихся на моём пути женщин, в конечном счёте, в итоге, оказалось ложным, оказалось простым призраком, миражом на небосклоне моей жизни.

Максим невольно сравнил свою жизнь с падающим метеоритом, от которого не остаётся никакого следа. Как не осталось никакого, хоть сколь-нибудь заметного следа, от той жизни, которую он уже прожил. Максим понимал, что он пока всё ещё, находится в состоянии движения. Но он также понимал, что это состояние движения, называется куда более точно, определённо и совсем прозаично. А именно..., - элементарно-грустным падением, из неведомой точки, "ниоткуда", в такую же неведомую точку, в "никуда"....