Общий враг
Шрифт:
– Что ты как неродной, в самом деле? – продолжал наседать Павел. – Ну хорошо, хочешь, я тебе свой шоколадный бисквит отдам!
– Засунь этот бисквит себе в жопу…
– Фу, как некультурно!
– Когда я ем, я глух и нем.
– Ну и?.. Чья рожа?
– Это не мое. Кто-то из консульских, наверное, забыл.
– Ага. Точно. Как же это я сам не догадался! И эта картинка лежит аккуратно сложенной вместе со всеми твоими документами! Придумай что получше.
Сергей почувствовал, как по спине, почти как крысы с тонущего корабля, побежали холодные-холодные мурашки.
– Как же ты меня бесишь, а…
– Наверное, тебе надо его того… Угадал?
– С чего ты взял? – Сергей изумленно вытаращился на Павла. – Ты не перегрелся часом? Могу остудить.
– Ну не магнит же на холодильник передать! У него такая рожа, что даже я хочу его убить, хотя не знаю, кто он такой. Серый, я может быть и похож на идиота, но далеко не идиот… Вот тут у тебя, – Павел кивнул за спину, – калаш, ГШ-18 и куча патронов к ним. С учетом того, что ты залез на трубу и не свалился, когда сработала светошумовая…
Павел по одному загибал пальцы.
…– и если вспомнить, что тебя обеспечили замечательной дипломатической неприкосновенностью, то мне не остается места для маневра. Ты самый что ни на есть спецагент. Да ты, бля, самый настоящий русский Джеймс Бонд!
Бойченко почувствовал, что ладони его вспотели и осторожно перевел дыхание. «А ведь действительно не идиот…»
– Если ты не заметил, Павлик, мы в Багдаде. Тут стреляют. Не веришь – вон, у брата спроси. Почему я не могу возить с собой ствол для самообороны?
– Ну ладно, пусть для самообороны. Хотя с таким количеством боеприпасов можно месяц самообороняться… И не называй меня «Павлик». Меня это раздражает.
«Ну все…Пипец…»
– И что ты мне сделаешь, Павлик?
– А с какой стати ты приехал именно сюда, а? С оружием. И еще приволок с собой жратвы недели на три, не меньше. Вывод напрашивается сам собой, – Захаров откусил приличный кусок бисквита. – О, вкусная штука, между прочим. Зря ты отказался… Если жрачка кончится, Коровин еще привезет, да? Еще раз назовешь меня «Павлик», я ткну тебе пальцем в глаз.
– Я тебе палец сломаю.
– Не страшно. У меня пальцев больше, чем у тебя глаз.
– Слушай, ты, юморист хренов, откуда ты такой вообще взялся, а? – Сергею было все труднее сдерживать себя.
– Откуда взялся? Меня Надя сюда пригласила. Но ты рака за камень не заводи. Не уходи от темы. У меня последний вопрос.
«Сейчас он спросит, зачем Аль-Бахмару тут появляться…»
– Ну? – С как можно более равнодушным видом Бойченко глянул на собеседника.
– Какого хрена этому дядьке тут делать?
«Ладно, будь что будет…»
Бойченко резко протянул руку и, схватив Павла за широкую лямку бронежилета, подтянул его к себе.
– А теперь слушай меня внимательно, – Сергей практически шептал. – Я приехал сюда, чтобы группу прикрывать. Оружие – для самообороны. Мы же не по Арбату гуляем, да? Сухпаи – чтобы мне и вам жрать. Откуда мне знать, в каких вы тут условиях торчите? А? Фотографии и бумажки в машине не мои. Машина консульская, в ней много кто катается, могли и оставить. Каким образом Коровин мне дипнеприкосновенность сделал, я понятия не имею. Мне сам факт важен, ясно? Пинкертон херов… Не плоди сущностей сверх разумного.
Секунд пять Павел пытался врубиться в суть услышанного, а потом расхохотался.
– Заткнись, – процедил Бойченко сквозь зубы и отпустил руку.
Он увидел, что они уже не одни – к машине направлялась Курочкина.
– Как же тяжело с тобой разговаривать, – вздохнул Павел. – Друзей, похоже, у тебя совсем нет, Серега…
Последняя фраза была произнесена так, что Бойченко будто током ударило. Сергей уже не был уверен, что именно из сказанного Павлом его больше напугало: догадки относительно его миссии или слова о друзьях.
– Все мои друзья… – он не успел договорить и замолчал.
– Привет, мальчики! – Надя с улыбкой помахала Сергею. – Вы тут, я смотрю, весело проводите время. А мне можно к вам?
– Забирайся, – Бойченко нажал кнопку на передней панели – и задняя пассажирская дверь разблокировалась. Девушка потянула за ручку и забралась в салон.
– Фу-у-у… Ну и жара там… Солнца вроде нет, а духотища жуткая! – Курочкина сняла каску и стащила резинку с «хвоста» – рыжие локоны волнами рассыпались по плечам. – О-о-о, благодать. Слушай, какой-то ты… Бледный.
– Бледный? – Сергей глянул на себя в зеркало заднего вида. – Не, это тебе показалось. Ну, может быть, слегка небрит…
– Водички? – Павел протянул Наде бутылку. – Из холодильника.
– Да-да-да, обязательно! Давай. Спасибо.
– А чего Леонид не пришел? – Сергей повернулся вполоборота, чтобы видеть Надю.
– Леня пошел батареи менять.
– О чем вам Родион рассказывал? – Павел решил угостить журналистку конфетой из пайка. – Держи батончик.
– Не, Паш, спасибо… Мы решили переснять отдельные куски. Он нас по бункеру снова провел, рассказал, где у них и что. А потом его позвали.
– Пойду-ка я проведаю Леонида и посмотрю, чем там братец занимается, – с этими словами Павел выбрался наружу и перед тем, как захлопнуть дверь, многозначительно подмигнул Наде. – Не скучайте тут без меня!
– Проваливай уже, – махнул ему рукой Сергей.
– Слушай, что ты на него взъелся? – Курочкина не могла не почувствовать напряженности между мужчинами. – Он нормальный парень. Веселый. А ты всю дорогу на него рычишь.
– Да ну его… Болобол и пустозвон, – Сергей следил за тем, как Павел шагал от машины к бункеру. – Где ты его откопала? Откуда ты его знаешь? Когда вы познакомились?