Обсидиан
Шрифт:
Я замотала головой, сжав руку:
— Да пошел ты…
Он растворился в воздухе, став смесью темноты и размытых теней. Мгновенно оказавшись на ногах, я издала резкий вопль и, замахнувшись, направила руку с обсидианом прямо в центр черной тягучей дыры.
Лезвие горело, переливаясь, как раскаленный уголь. Но мой удар так и не достиг цели. Тенистая рука перехватила мой кулак. Прикосновение было холодным и пронизывающим до мозга костей. Его голос звучал едким шелестом среди потока моих мыслей, как змея, извиваясь в моей голове.
«Ты думала, я попадусь на это? О, пожалуйссста…»
Он вывернул мою руку, и я услышала хруст, прежде чем почувствовала жгучую боль. Мои пальцы разжались, и обсидиан со звоном упал на землю, разбившись на сотни осколков, словно хрупкое стекло. Я закричала, чувствуя, как по телу расползалась острая боль.
«Это ззза моего брата».
Тенистая рука схватила мою шею, поднимая меня на ноги.
«А это ззза то, что ты мне досаждаешшшь».
Барак швырнул меня назад. Я с силой ударилась о землю, проехав несколько метров по стерне. Оглушенная, я смотрела вверх на бездонное черное небо.
«Скажи мне, где он есссть».
Глотая ртом воздух, я перекатилась на бок и, снова поднявшись, рванула в сторону деревьев. Прижимая поврежденную руку к груди, я бежала так быстро, как только могла. Мои кроссовки скрипели, ударяясь о камни, торчавшие стебли и опавшие листья. Я не оглядывалась назад, потому что сзади была смерть. Ворвавшись в лес, я мчалась, цепляя низко висевшие ветки.
Меня охватило состояние дежавю, когда я спотыкалась о выступавшие корни и неровную землю. Барак материализовался из ниоткуда, двигаясь смазанной тенью. Вновь приняв человеческий облик, он остановился прямо передо мной, наотмашь ударив меня. Я не успела подняться, потому что он был уже рядом, снова сбивая меня с ног.
— Ну что, еще не устала, а? — Жестокая улыбка исказила его губы. — Или хочешь побегать еще немного?
Я карабкалась по грязи, пытаясь вдохнуть через пекущие легкие. Ужас лишал меня всякой возможности контролировать собственное тело.
Я не успевала. Барак снова замахнулся. Его рука не коснулась меня, но я отлетела прочь от него, опять грохнувшись на твердую поверхность. Из легких вышибло воздух. Мелкие камни с острой болью врезались в тело сквозь джинсы.
Аэрум наклонился, погрузив пальцы в мои волосы, наматывая их на кулак. Закусив губу, я пыталась заглушить вопль, пока он волок меня вслед за собой. Ткань на коленях разодралась, и боль, пронзавшая мое тело, была настолько сильной, что я захлебывалась криком, пребывая в полной уверенности, что он выдернет все волосы на моей голове, пока я стирала колени до кости. Он еще раз дернул с силой, и я взвизгнула.
— Упсс, — он остановился. — Всегда забываю, насколько хрупкий ваш вид. Не хотелось бы случайно оторвать тебе голову, — он расхохотался собственному комментарию. — По крайней мере не сейчас.
Барак держал меня за неповрежденную руку, видимо, стараясь ослабить хватку, но это не слишком помогало, потому что он продолжал тащить меня по камням, корням и веткам. Мои мышцы протестующее вопили, перед глазами все плыло, сознание начинало отключаться, поддаваясь невыносимой боли.
— Как дела там внизу? — поинтересовался он почти любезным тоном, а потом резко поднял мою голову, отчего мою шею свело от острого спазма. — Вижу, все замечательно.
Он остановился, и я рухнула на землю. Мы уже почти вышли из леса.
Он навис надо мной:
— Говори, где он.
Задыхаясь, я уперлась разодранной ладонью в траву:
— Нет.
Его нога в ботинке с размаху пнула меня в бок. Что-то сломалось. Нечто очень серьезное, потому что я почувствовала, как под одеждой стало горячо и влажно.
— Скажи мне.
Морщась, я подтянула колени к подбородку. Холод, исходивший от его естественной формы, пронизывал меня до самой души. Барак придвинулся ближе.
«Есссть вещи похуже физической боли. Возможно, это промотивирует тебя».
Аэрум снова вцепился в мое горло, поставив меня на кончики пальцев ног. Наклонившись, он грубо притянул меня к себе. Его лицо, застывшее в сантиметре от моего, поглощало весь мой мир.
«Я могу высосать твое сознание, пить тебя, пока твое сердце перессстанет битьссся. Скажжжи мне, где он».
Я не старалась казаться храброй, но выдать Дэймона этому убийце… никогда. Если Барак расправится с Дэймоном, следующей его жертвой будет Ди. Я никогда не смогла бы с этим жить. Я была не настолько слабой или малодушной. Ди не станет жертвой, потому что мне не хватило духу держать язык за зубами.
Я молчала.
Он отклонился и погрузил свою руку в область моей грудной клетки. Я могла это чувствовать — его тенистую ладонь внутри себя, превращавшую каждую клеточку моего тела в лед. То малое расстояние, которое нас разделяло, совсем исчезло. Воздух из моих легких вырвался наружу, и после этого я уже не могла вдохнуть. Мои легкие сжались, а Аэрум продолжал дышать моим воздухом. Обжигающая боль в горле и легких за секунды превратилась в удушающее пламя, распространяясь по всему организму.
Каждая клеточка в моем теле кричала, умоляя об освобождении, пока мое сердце, сбиваясь с ритма, рвалось из груди. Он крал у меня не просто драгоценный кислород, он лишал меня самой жизненной энергии. Я теряла силы. Затапливавшая меня с головой паника не помогала. Мои руки онемели, безвольно болтались вдоль тела.
Все вокруг замедлилось, боль начала притупляться. Я едва чувствовала, как его пальцы разжались на моем горле, но я не могла двигаться. Его сила держала меня прикованной к нему, пока он высасывал из меня жизнь. Барак говорил что-то, но я больше не разбирала слов, потому что чувствовала себя слишком уставшей, слишком отяжелевшей. Только ощущение острой боли в области грудной клетки все еще заставляло меня оставаться в сознании.