Чтение онлайн

Но и испытывая жуткие муки, король сосредоточился на том, как спасти себя. Он уже не пытался вспомнить, что случилось в ночь убийства Бевуса, но сконцентрировался на том, чтобы принять тот факт, что первым, кого он когда-либо убил, был его младший брат.

Отвратительная пелена ненависти к себе обрушилась на Тихиана, и на какой-то момент он больше ощущал ее, а не терзащую его физическую боль. Он чувствовал, как лживая тьма вспухает внутри него, поднимаясь из тайника, настолько глубокого и хорошо упрятонного, что он никогда даже не подозревал о его существовании. Когда этот кошмарный секрет показался на свет, он распознал это отвратительное чудовище и, несмотря на весь ужас внушающего страх знания, принял его как часть самого себя.

И тогда, немедленно, благостное чувство освобождения опустилось на Тихиана. Он понял, что случилось той страшной ночью, и почему с того времени все так легко удавалось ему: подъем в иерархии темпларов, упрочение семейного состояния, и даже удачный союз, который король заключил с ним. И еще он понял почему, когда он не мог чего-нибудь добиться, и ни предательство ни взятки не помогали достичь цели, он всегда получал удовольствие от последнего средства – настаивая, практично или нет, что всегда сделает это своими собственными руками.

Теперь, когда он думал об этом, было ясно, что смерть Бевуса была начальной точкой, моментом, когда он понял, что в действительности ему надо от жизни и когда его судьба стала ясна ему.

Король поднял руки, чтобы обнять своего брата, говоря, – Иди ко мне. – Пока он говорил, он использовал Путь, чтобы изменить свое тело в призрачное подобие почтенной женщины. У нее были седые волосы, блестящие коричневые глаза, небольшой нос, высокие скулы и добрая, приятная улыбка. – Да, мой сын, – сказал Тихиан, говоря мягким голосом своей матери. – Обними меня в последний раз, прежде чем я пожелаю тебе спокойной ночи.

Руки Тихиана обняли плечи брата, Бевус взглянул на него – ужас мелькнул в его глазах – Нет! – закричал он.

– Да! – ответил Тихиан, прижимая свои губы к щеке юноши. Одновременно король поднял руку и призвал свой костяной стилет. Когда оружие появилось в его руке, он резко вонзил его между лопаток брата. – Спокойной ночи, Бевус.

Агис швырнул сумку на землю, протянул руку и схватил Сача за узел на волосах, выдернув его из воздуха. – Где Тихиан и линза? – рявкнул он.

– Он никогда не возвращался в этот туннель, – ответила голова. – Проклятый негодяй предал нас всех.

Агис с размаха ударил своего пленника о мерцающую стену из черной слюды. – Лжец!

– Был бы я здесь, если бы знал где Тихиан – или линза? – возразила голова. – Я пришел сюда искать его, как и ты.

Держа Сача за волосы одной рукой, аристократ медленно осмотрел комнату из слюдяных плит, тщательно проверяя каждый уголок и каждую нишу в поисков какого-нибудь знака, указания, что случилось с королем. Он принес с собой импровизированный факел из расщепленного гарпуна, но он не понадобился. Багровый солнечный свет, который падал из щели в крыше, окрасил всю комнату ярким розовым светом.

– Ты только зря теряешь время, – сказал Сач. – Тихиан не здесь. Я смотрел.

– Я посмотрю сам, – сказал Агис, тщательно осматривая каждую стену и заглядывая в каждый темный уголок. Когда он не нашел короля, он снова занялся Сачем. – Если ты говоришь мне правду, тогда объясни, как Тихиан испарился из этой комнаты вместе с линзой.

Сач указал глазами на щель в потолке. Багровый солнечный диск висел над ними, пройдя четверть пути от восточного конца. – Может быть он вскарабкался? – предположила голова.

Прищурившись из-за яркого света, Агис более внимательно осмотрел прорезь в потолке. Гладкие слюдяные плиты, окаймлявшие щель с обеих сторон, были наклонены почти вертикально, так что вскарабкаться по ним было очень сложно, но не невозможно. Щель была достаточно широка, чтобы человек мог, упираясь спиной в одну сторону и ногами в другую, вылезти или – в случае с Тихианом – вылететь в нее.

– Лучше бы придумал ты другую ложь, Сач, -сказал Агис,. – Из того, что Садира рассказала мне, ясно, что линза никогда не прошла бы через эту щель.

– Могла бы, если положить ее в эту сумку, – предположила голова.

Агис внимательно оглядел сумку. Он уже решил сказать, что Черная Линза никогда бы не вошла в такой маленький мешок, но он видел, и не однажды, как Тихиан доставал оттуда большие предметы, так что сумка была магическая. – Если бы Черная Линза была внутри, Тихиан тоже был бы здесь, – сказал Агис, невольно отметив, как сумка измята. – Он никогда не оставил бы ее.

Несмотря на собственные слова, аристократ положил Сача на землю рядом с сумкой, поставив ногу на бестелесную голову, чтобы удержать ее на месте. – Но не будет вреда, если мы это проверим. Как эта штука работает?

– Сунь руку внутрь и представь себе линзу, – сказала голова. – Если она там, она сама придет тебе в руку.

– Как она выглядит? – спросил аристократ.

– Откуда мне знать? – огрызнулся Сач.

– Раджаат использовал ее, чтобы напитать силой тебя, как одного из своих Доблесных Воинов, – напомнил Агис, одновременно нажимая посильнее ногой на голову.

– Она большая, сделана из обсидана, и круглая, – ответила голова сдавленным голосом. – Это все, что я помню – было ужасно больно, и вся башня была полна вспышками света.

Агис сунул сумку под локоть своей сломанной руки, готовясь сунуть свою целую руку внутрь. Но прежде, он взглянул вниз, на голову, и сказал. – Если это твой очередной трюк, я привяжу тебя к камню и брошу в Залив Горя.

– Я хочу найти Оракул ничуть не меньше тебя, – огрызнулся Сач. – И понять, что случилось с Тихианом.

Агис сунул руку в сумку и нарисовал в уме образ большого обсиданого шара, похожего на один из тех, которых они нашли в сокровищнице Калака, когда убили его. Мгновением позже, он почувствовал холодную, гладкую поверхность обсидана, лежащую у него на руке.