Чтение онлайн

Когда все замолчали, Надежда Ивановна поднялась и сказала:

— Все это очень хорошо, девочки. Но вот мне бы еще хотелось знать: обсуждали ли вы в своих звеньях какие-нибудь интересные книги?

Звеньевые переглянулись друг с другом.

— Нет, — сказала Настя. — В моем звене не обсуждали.

— А ведь это очень интересно — обсуждать, — сказала Надежда Ивановна. — Тут и поспорить можно, и разные случаи из своей жизни вспомнить, и о будущем помечтать…

— Да, наверно, это хорошо… — сказал кто-то задумчиво и негромко.

— А твое звено, Катя? — спросила Надежда Ивановна. — Часто вы собирались?

Катя покраснела.

— Нет, не очень часто… Можно даже сказать, довольно редко. Очень трудно бывает всех собрать. Только назначишь сбор, а девочки и разбегутся…

Надежда Ивановна очень серьезно и даже строго посмотрела на Катю.

— А как ты думаешь, Катя Снегирева, отчего они разбегаются? — спросила она.

— Не знаю, — тихо ответила Катя.

— А в других звеньях тоже разбегаются?

— Разбегаются, — мужественно сказала Настенька Егорова.

А Валя Ёлкина только вздохнула.

— Так. — Надежда Ивановна посмотрела на всех трех звеньевых по очереди. — Давайте-ка попробуем разобраться, в чем тут дело. Скажи мне, Катя, охотно твое звено работало в библиотеке?

Катя на минутку задумалась.

— Сначала охотно, — сказала она. — Первый раз все пришли и работали почти два часа. Бумагу резали, клей варили… на электрической плитке. Марья Степановна нам объясняла, как надо подклеивать книжки по-настоящему, чтобы было точно из переплетной.

Надежда Ивановна кивнула головой:

— Что ж, это интересно. Ну, а во второй раз как было?

— Тоже ничего… Только уже не все пришли и раньше разошлись.

— А под конец?

— Под конец почти никого не осталось… я да Аня Лебедева.

— И долго вы еще работали?

— Нет, не особенно. Марья Степановна скоро сказала нам, что больше не надо.

Губы у Надежды Ивановны чуть-чуть поморщились, как будто она хотела улыбнуться.

— Пожалела вас, должно быть?

Катя смущенно пожала плечами. А Надежда Ивановна повернулась к Настеньке Егоровой:

— Ну а теперь ты, Настя, скажи мне по совести: как девочки у тебя в звене ухаживают за цветами?

— Обыкновенно, — сказала Настя и с некоторым удивлением посмотрела на Надежду Ивановну. — Когда надо было принести чернозем, горшки, отростки достать — все достали и все принесли. А Людмила Федоровна учила нас, как рассаживать…

— Понятно. Ну а как вы цветы поливаете? По очереди, наверно?

Настя кивнула головой:

— Да, по очереди. Только девочки часто забывают. Я больше сама поливаю. — Она виновато поглядела на старшую пожатую. — А вот Катины цветы и ёлочкины, то есть Вали Ёлкиной, я иной раз не поспею полить, и они от этого хуже растут…

Надежда Ивановна засмеялась. У нее были очень хорошие зубы — белые, ровные, тесно поставленные, и когда она смеялась, все лицо у нее точно освещалось. Засмеялась и Людмила Федоровна своим милым хрипловатым смехом, и Оля засмеялась, но при этом она почему-то хмурилась и смущенно поглядывала на сестру.

— Ну, что ж это у нас выходит, девочки? — все еще улыбаясь, спросила Надежда Ивановна. — Выходит, что звеньевые у нас очень хорошие — цветы поливают, книжки подклеивают. А вот звенья у них неважные — не хотят работать. Разбегаются, да и все тут… Может так быть?

— Не может! — в один голос сказали Катя, Настя и Валя.

— Не может, а случилось. И знаете, почему? Потому что вы совсем не заботились о том, чтобы на сборах всем было интересно. Вот, например, если бы во время подклейки кто-нибудь из вас читал вслух хорошую книжку, работать было бы куда приятнее. А если бы поливку цветов вы поручили тем девочкам, которые это любят, они бы этого не забывали. Ведь вот Валя Ёлкина не забывает кормить птиц…

— Никогда! — закричали девочки.

— Сама не позавтракает, а уж птиц накормит, — сказала Настя.

— Ну, вот видите. Надо, значит, понаблюдать, кто что любит и чем интересуется.

Надежда Ивановна быстрым, еле уловимым взглядом посмотрела на Олю, но Оля поймала ее взгляд и понимающе кивнула головой.

— Так выходит, что мы совсем плохо работали — просто никуда! — с огорчением сказала Настенька. — А мы и не знали.

Надежда Ивановна усмехнулась:

— Ну вот уж и «совсем плохо»! Не плохо, но можно работать лучше. Подумайте хорошенько и беритесь за дело — весело, с выдумкой. Весь год у вас впереди.

Она говорила так спокойно и уверенно, что девочки опять ободрились и повеселели. А вместе с ними повеселела и Людмила Федоровна. Видно было, что она вместе с каждой из своих звеньевых пересмотрела во время этой беседы весь прошлый год.

В классе на одну минуту стало тихо.

— Ну, девочки, — сказала громко Оля, выходя вперед, — давайте перейдем к перевыборам. Напомню вам: в совете должно быть пять человек — председатель, редактор, два члена совета и вожатая отряда. Вожатую, конечно, выбирать не надо. Она… то есть я, — Оля смущенно улыбнулась, — вхожу в совет и так, без выборов. Значит, нужно выбрать четырех человек. Подумайте хорошенько, кого бы вы хотели выбрать.

Девочки не стали долго думать. Все сразу задвигались, зашептались.

— Давайте Зою Алиеву!

— Катю Снегиреву…

— Настю Егорову…

Девочки шептались, дергая друг друга за рукава, за лямки передников.

— Тише, девочки, не шумите! — остановила их Оля. — Звеньевых не выдвигайте. Они в совет не входят.

— Почему?

— Потому что они и так достаточно заняты. Хватит с них работы в звене. К тому же они все равно будут приходить на совет отряда. Ну а Зою Алиеву запишем. Она как староста класса обязательно должна войти в совет. Кого еще вы предлагаете?