Обжигающий север
Шрифт:
– Я тоже так подумаю в следующий раз, когда Дитор до тебя доберется, – спокойно пообещал Рид стархине и пошел в направлении санитарной зоны.
А Кривона расстроилась и, бросив на меня злой взгляд, ушла за похлебкой моему мужу.
Вот же ж...
Быстро съев ужин, во время которого задумчиво молчал, Рид обернулся ко мне, так и сидевшей рядом с Руензом, и спросил:
– В душ пойдешь? – я тут же кивнула и, поднявшись, отправилась на этот раз сама собирать нам необходимое для помывки.
Закончив и сложив все в пакет, обнаружила Рида уже стоявшим рядом. Мы, как и вчера, осторожно пробравшись через зал, дошли до санитарной зоны. Заскочив по пути в туалет, быстро разделись и шагнули под струи воды. Сегодня я уже более уверенно отнеслась к просьбе мужа помочь с мытьем спины и даже согласилась на его аналогичную помощь. Старх своими большущими ладонями основательно намылил мне не только спину, но и плечи, и бедра. А когда полностью смыла пену и раскрыла зажмуренные от воды глаза, то обнаружила совсем рядом лицо наблюдавшего за мной мужа. Осторожно вытолкнув меня из-под потока, он оперся руками о стену по бокам от меня и спокойно спросил:
– Разрешишь мне тут? – и, наклонившись ниже, потерся щекой о мое влажное плечо.
У меня сразу перехватило дыхание от волнения, и ноги дрогнули в предчувствии первой волны слабости. Молча кивнула, уставившись на широченную грудь, и тут же почувствовала как руки мужа переместились мне на талию, обхватывая в таком привычном и успокаивающем уже жесте.
Старх молча подхватил меня, приподнимая, и начал слизывать с груди капельки воды. Обхватив шею мужа руками, помогая удерживать меня на весу, вздрогнула от приятного ощущения вызванного прикосновением шершавого языка, медленно скользящего по моей груди. Рид сделал маленький шажок вперед, прижимая меня спиной к стене. Потом поймал губами сосок и, громко причмокивая, принялся его посасывать, вызывая у меня одновременно и улыбку, и удовольствие.
– Готова? – старху явно не терпелось.
– Да... – тихо прошептала, чувствуя, что тоже соскучилась по ощущению его абсолютной близости.
Приподняв меня выше, дождался, пока обхвачу его за торс ногами и тогда медленно опустил вниз. Наверное, потому что мы оба очень скучали по этим ощущениям, рождаемым физической близостью или подсознательно возбудились еще пока мылили друг друга, но почти сразу довольно обмякли, шумно дыша и стискивая друг друга в общих объятиях. Руки бессильно соскользнули с его плеч, и Рид осторожно опустил меня на пол, продолжая прижимать к стене.
– Спасибо, – спустя пару минут тихо шепнул он где-то возле моего виска и уже громче добавил, – а теперь снова мыться!
И я, смущенная причиной этой повторной помывки, подхватила гель и начала намыливаться снова, особенно тщательно натирая места, где наши тела соприкасались. Как они существуют с таким нюхом? Вся личная жизнь на всеобщем обозрении.
Когда мы одевались, Рид спокойно и непререкаемо сообщил:
– Сейчас в конец коридора отойдем, если попадешь туда, куда я укажу, скеш дам тебе свой. И завтра последнюю ночь тут переночуем, а с утра отвезу к себе. Готово все не полностью, но там Дитор не объявится точно. Поэтому первое время будет не очень удобно.
Растерявшись от новостей, только кивнула в ответ. Как бы не промазать от волнения, да и смотря с какого расстояния еще стрелять, и цель какая... Но в итоге, едва увидев выступ в стене на расстоянии пяти метров, мгновенно поняла, что с закрытыми глазами попаду. Поэтому, получив и проверив оружие, мишень уверенно поразила. Рида это нисколько не удивило:
– Оставь себе, – кивнул он на скеш сразу.
Вернувшись в общий зал, убрали свои вещи и, вместе разобрав матрас, улеглись спать. Рядом со стархом засыпать было тепло и уютно, и это ни шло ни в какое сравнение с приятной внешностью Дитора.
И снова появилось ощущение, что времени прошло всего ничего, а Рид встал и ушел. У меня же никаких сил не хватало полностью пробудиться – сон крепко держал в своих оковах. Проснулась опять в одиночестве. На сегодня муж никаких поручений не давал, но я уже самостоятельно, умывшись и позавтракав, собрала грязную одежду и отнесла стирать. Надо будет к вечеру все вещи собрать тщательно, чтобы быть готовой к переезду в будущий дом. Невероятно, но у меня появится дом, где я буду жить постоянно. Это было так непривычно и удивительно.
К моменту возвращения в общий зал появился и Руенз. Поприветствовав пожилого старха, который тоже собрался поесть, отправилась на склад продолжать вчерашнюю сортировку. Работы я сделала не мало: почти треть из того, что было в общем контейнере, разложила по грубым тканевым порционным мешкам.
– Ты знаешь что это за корнеплод? – голос Руенза раздался вслед за хлопнувшей дверью. Видимо старх опять решил составить мне компанию.
– Нет, – мотнула головой, разглядывая ярко-фиолетовый удлиненный овощ, диаметром сантиметра в четыре.
– Морус! – пояснил Руенз. – Он всегда должен быть в твоих запасах и обязательно добавляй в пищу каждый день. Легче всего его потереть и положить в самом конце в похлебку. Он почти безвкусный, но необходим там, где нет естественного освещения. И детям начнешь давать с полугода, вначале сок отжимай, а позже уже и саму мякоть.
– Хорошо, – благодарно кивнула я, с большим уважением присматриваясь к незнакомому овощу. – А откуда он?
– Морус? С Ридана, – ну конечно, надо было догадаться, что только в подземном мире этой планеты могло появиться что-то с подобными свойствами.
Мысль о том, что и под поверхностью земли что-то может расти, засела в голове. Опять же и мох этот прижился, хотя мхам и лишайникам много не надо, как я слышала, им и влаги в воздухе вполне достаточно, чтобы выжить, а вот растениям хоть какая-то почва нужна. А откуда ей тут взяться? Без тех же растений, которые ее формируют? Нет ее тут, одна твердая порода под ногами.
– И еще помни всегда, что мясо, конечно, важно в рационе: и еда от него вкусная, и энергии придает, но и растительной пищей не пренебрегай. Она тоже немало пользы дает, пусть эффект и не такой явный. У нас синтетические микроэлементы не очень в ходу, если уж только по нужде большой. А в овощах и вообще в растениях много того, что необходимо и очень полезно. Будешь их добавлять в еду – хворей меньше будет, а сил и крепости здоровью добавишь, – продолжал поучать пожилой старх. – А уж детям и вовсе поначалу мясо нельзя есть.