Чтение онлайн

Эллочка…

Она трётся о него так развязно, так пошло. И улыбается ему, хитро, маняще, а потом бросает случайный взгляд за его плечо, и улыбка её моментально сползает. Хорошенькое личико лучшей подруги тотчас искажает гримаса страха. Резко отпрянув от моего мужа, она заскакивает обратно в ванную.

Славик оборачивается, и взгляд его, сначала недоумённый, становится таким же суетливо-испуганным, как у Эллочки.

Именно этот взгляд отрезвляет меня, и я с ужасающей ясностью понимаю: это не розыгрыш и не глюк. Это страшная, мерзкая, беспощадная правда. Мой муж изменяет мне с моей лучшей подругой, как в дурном анекдоте.

Оцепенение постепенно отпускает. Но пол, стены, всё вокруг качается и плывёт перед глазами, будто меня крепко приложили по голове мешком.

На деревянных ногах я прохожу в комнату, сажусь на диван. Сажусь, чтобы не упасть. Мне дурно. Мне тошно. И воздуха не хватает. Лёгкие как будто скукожились. И вдохнуть так больно, словно меня ударили в солнечное сплетение. Нет, хуже. Будто нож воткнули.

Что делать? Что мне теперь делать? Жизнь моя разбита. Вдребезги…

4

Сколько я так просидела — не знаю. Может, пять минут, может, двадцать. Время для меня замерло.

В прихожей хлопнула дверь. Видимо, Эллочка сбежала, потому что затем ко мне подошёл Славик. Уже одетый в домашние шорты. Сел рядом, широко расставив ноги. Наклонился вперёд, упершись локтями в колени. С минуту молчал, потом тяжко вздохнул и произнёс:

— Ксеня, это вышло случайно. Я не хотел, чтоб так получилось… просто… ну, мне очень тяжело в последнее время… хотелось какого-то релакса, чтоб не сойти с ума… Понимаешь, мне нужно было просто спустить пар… иначе я не знаю, что бы со мной было…

Странно это, но я понимала, что всё-всё рушится и летит со свистом под откос — налаженная жизнь, надежды, планы, мечты, что больше ничего этого не будет, но внешне оставалась спокойной. Ни всхлипа, ни слезинки. Не тянуло закатить скандал, не было желания копаться в причинах. Хотелось просто отключиться, никого не видеть и не слышать, ничего не чувствовать, погрузиться в небытие…

Взгляд мой упал на нетронутую бутылку вина — ну вот, верный способ отправиться в это самое небытие.

Я поднялась с дивана, взяла вино, достала штопор. Славик потянулся помочь, но я не позволила, отвела его руку. Уж с этим-то и сама справлюсь.

— Ты понимаешь, мне было очень тяжело, — повторил Славик. — А я ведь живой…

— Надеюсь, теперь тебе полегчало, — процедила я, выкручивая пробку из горлышка.

— Ты никогда меня не понимала, — упрекнул он меня в ответ. — Ты и сейчас даже попытаться понять меня не желаешь. А, по-твоему, это легко, когда твоя жена тебя… — Славик осёкся, помолчал, но всё же договорил. — … командует тобой.

От удивления я сморгнула и не нашлась, что ответить, а он, решив, что на верном пути, бойко продолжил:

— Да-да, ты командуешь, помыкаешь, раздаёшь указания. Ну ты, конечно, ловко маскируешь свои приказы под просьбы… тю-тю-тю, дорогой, сделай то, сделай это… Но я-то вижу эти твои манипуляции. И мнение своё мне постоянно навязываешь, а моего вообще не спрашиваешь. Я с тобой перестаю себя чувствовать мужчиной!

Вот это была бессовестная ложь! Сроду ему ничего не приказывала и не навязывала.

— И когда это я командовала? Наверное, когда твердила тебе каждый вечер: «Славик, дорогой, вкрути в прихожей лампочку?». Или когда просила вынести мусор?

— О! Вот оно, в этом вся ты! Вижу этот взгляд! — Он аж подскочил с дивана. — Это прям в твоём духе: унизить, показать, что ты выше… Ну, конечно, ты же у нас начальница, а я так… пешка… Даже лампочку вкрутить не в состоянии. Ты вся такая правильная, умная, замечательная, а я никчёмный типа… обуза для тебя. Не достоин левой пятки своей умницы-жены…

— Какие глупости ты говоришь!

— Да так и есть! Если хочешь знать, то наш брак развалился не сейчас… Ты же сама меня, считай, подтолкнула на измену.

— Я?!

Ну, приплыли!

— Потому что ни один нормальный мужик такого отношения не потерпит! — кипятился Славик.

— Какого — такого?

— Наплевательского! Тебе же плевать на меня, плевать на моё мнение… Тебя кроме карьеры ничто не волнует. Ты же непробиваемая. Ты… ты не женщина. Вот она, — Славик указал в прихожую, и я поняла, что он имеет в виду Эллочку. — Она — женщина. А ты… ты просто деревяшка. Ты и в постели бревно бревном… Я, дурак, думал поначалу, что ты это так… ну, по неопытности. Но нет. Ты же фригидная. И даже не пытаешься сделать вид, что тебе… хоть немного секс с мужем нравится. У тебя же такое лицо всегда… будто тебе противно, и ты ждёшь, когда же всё кончится. Как я с тобой ещё импотентом не стал!

5

Славик завёлся не на шутку. Его буквально прорвало. Сыпал и сыпал претензиями, упрёками, оскорблениями.

А я сидела и думала: ну и зачем я всё это выслушиваю? Если бы он не изменил мне, тогда — да, я бы слушала, расстраивалась, рыдала, винила себя, может быть…

Но его измена эти упрёки лишила всякого смысла. Больнее, обиднее и горше мне уже не будет.

Я молча поднялась, прошла в прихожую. Надела сапоги, пальто.

Славик сначала кричал из комнаты, потом тоже выскочил.

— Ну и куда ты?

— А тебе не всё равно? — глухо отозвалась я.

Как удобно, что сумка оказалась собрана. Там есть всё необходимое на первое время. А за остальными вещами приеду потом, когда мало-мальски приду в себя.

Славик вцепился в сумку и попытался затянуть меня обратно в квартиру, когда я шагнула в подъезд, но я вывернулась. Он раздражённо зашипел:

— Куда ты на ночь глядя? Зайди домой. Не устраивай концерты.

Бороться с ним я была не в состоянии, но и возвращаться не хотела. Провести вдвоём целую ночь, выслушивая и дальше его нескончаемые обвинения — нет уж. Да и просто видеть его невмоготу.