Чтение онлайн

– Ра-распишитесь, пожалуйста, – похоже, у паренька едва не случился ступор, пока он передавал ей букет ярких карамельных роз, точно под цвет ее волос.

София подарила ему точно выверенную улыбку, оставив крупную угловатую подпись, и захлопнула дверь, едва не прищемив курьеру нос. Ей вдруг стало интересно, кто же все-таки потратился на далеко недешевый букет для нее. Среди полу раскрывшихся бутонов, аккуратно привязанный золотистой ленточкой висел молочно-белый конверт. Даже прикасаться к бумаге было приятно, а извлечение записки превратилось в любопытное искушение. Прижав розы к себе покрепче, София нетерпеливо развернула послание, чтобы тут же с ругательством его отбросить.

«Дорогая, Софи.

Моей радости от скорой встречи нет предела. Я даже не смог уснуть, думая, как сделать наше общение постоянным. Не волнуйся, моя прелесть, сегодня же вечером я решу все наши трудности. Если желаешь узнать все первой, приходи в Ренессанс на вечеринку. Я буду ждать.

Влад»

Женщина снова выругалась, в ярости отбрасывая от себя цветы, и тут же зашипела от боли, порезав палец о единственный забытый цветочницей шип.

– Чтоб ты провалился в ад! – она едва удержалась, чтобы не затопать ногами, как иногда в детстве, когда Влад, живший по соседству с ее чешской бабушкой, выводил ее из себя.

Хорошее настроение, столь тщательно лелеемое ей все утро, помахало ручкой, статистика и вероятности были заброшены, а цветы отправились вниз с балкона. Но ей все продолжал чудиться смех Влада.

– Ничего. Я найду на тебя управу, – о том, что она вовсе не собиралась в «Ренессанс», София предпочла не вспоминать.

Николай

Офис Медведя по утрам напоминал растревоженный улей. Сотрудники носятся, куда-то звонят, срочно печатают отчеты, выясняют друг у друга нужную информацию, передают ее шефу. И общий фон состоит из постоянного «жжжжжжжж», которое порой неимоверно раздражает.

Николай не любил бывать здесь в первой половине дня. Но, как все знают, глава сообщества одаренных России предпочитает работать с раннего утра и до обеда, а потом… Потом он обычно покидал офис и уезжал на внешнее совещание, с которого уже не возвращался до следующего утра.

Мужчина прошел до приемной, где сиротливо сидела секретарша – в противовес современным стереотипам отнюдь не длинноногая блондинка, а женщина лет тридцати-сорока со строгой короткой стрижкой и в деловом брючном костюме.

– У себя? – небрежно поинтересовался он, кивая на дверь.

– Занят, просил подождать. Кофе? – Вера отвела взгляд от монитора и вопросительно взглянула на него без намека на улыбку. Серьезная взрослая женщина, получившая свое место долгим трудом.

– Нет, благодарю.

Секретарша невозмутимо перевела взгляд на монитор и сделала вид, что ее не существует. Николай прошелся по просторной приемной, растер шею, которая ныла последние дни особенно сильно. Спать приходилось в неудобной позе, часто вообще не покидая собственного офиса, что для него, признанного мастера Сна, было ощутимой потерей. Но что поделать… Подготовка к проклятому Совету, организация безопасности всего города – не шутки. Один маленький промах, и их вступление в Европейское сообщество сорвется…

Дверь кабинета Медведя распахнулась. Оттуда вышли двое мужчин. Высокий сухощавый блондин, продолжающий что-то говорить, и коренастый какой-то весь округлый и мясистый брюнет – хозяин офиса.

– Все-все-все, Толя, хватит. Как я сказал, так и будет, иди уже, – проговорил Медведь, покровительственно похлопывая собеседника по плечу. Тот еще пытался что-то возражать. – Иди-иди… Коля, здравствуй…

Одаренный отмахнулся от сотрудника и едва ли не с распростертыми объятиями кинулся к Николаю. Наверняка за время разговора блондин его сильно утомил. Мастер Сна выдавил ответную улыбку и, нехотя, пожал протянутую руку. Хватка у Медведя была соответствующей, руку будто стиснули в металлическом прессе. А ведь с виду по этому шумному и энергичному мужчине совсем не скажешь, что он обладает такой силой.

– Добрый день, Михаил Юрьевич, – пробормотал Николай, зная, что его не слышат.

Медведь уже буквально тащил его к кабинету, громко требуя себе кофе. Как только дверь в приемную за ними закрылась, руководитель отпустил его и шумно выдохнул.

– Задрал меня этот отдел маркетинга, – Медведь значительно медленнее двинулся к своему столу. – Ты представляешь, он мне впаривает, что «наша агрессивная политика на рынке не соответствует современным мировым тенденциям». Тьфу! Не соответствует… Десять лет соответствовала, и процветали, а тут вдруг не соответствует.

Николай сочувственно покивал, понимая, что его мнение здесь никого не интересует. Он медленно подошел к креслу для посетителей и сел, откинувшись на спинку. Кресла здесь были удобные. Кожаные, мягкие, даже, кажется, ортопедические. Шея практически перестала ныть, что существенно улучшило ему настроение. Надо узнать, где Медведь их заказывал, и приобрести в свой офис такие же. Для личного пользования.

Хозяин кабинета еще некоторое время повозмущался самодеятельностью сотрудников, на ходу просматривая и подписывая какие-то бумаги. Затем в кабинет вошла Вера с дымящимся и ароматным кофе, и хаос тут же прекратился.

– Николай Александрович, вам, может быть, анальгин? – вежливо поинтересовалась она, вырывая мастера Сна из полудремы.

– Нет, благодарю, – одаренный невольно подобрался. Если уж ему предлагают обезболивающее только по оценке внешнего вида, значит, он, действительно, раскис. Или уже стареет?

– Коля, ты что-то, действительно, плохо выглядишь, – тут же переключился на него Медведь. – Тебе, может, отдохнуть? А то ты совсем себя не бережешь, весь в работе, как всегда. Вы с Арсением у меня, конечно, золотые и незаменимые, но нужны мне здоровые. Его-то я вчера вообще в отгул на сегодня выгнал. Чтобы отоспался и привел себя в порядок. А то зарубежных гостей встречать будет некому.